ЧЕЧНЯ. Башни Кирды в Терлое, суракаты и Турловы

На фото – башни «КIирда-БIаьвнаш». ЧЕЧНЯ. Укрепление КIирда-бIаьвнаш в Терлое – это одна из самых стратегических позиций в горной Чечне. Располагаясь в Аргунском ущелье, укрепление занимает важное положение по маршруту, который, по мнению ученых, существовал в течение 13–17 веков, то есть еще со времен монголов. Здесь же проходили известные русские посольства в Грузию, а также сам грузинский митрополит и царевич Николай. Еще в 1977 году советский исследователь Т. А. Исаева писала: «Основная дорога в Терлой вела от места слияния рек Чанты-Аргуна и Терлой вверх по течению последней. В месте слияния рек перекрещивались важнейшие пути, соединявшие ряд обществ Чанты-Аргунского ущелья с обществами Мелхисты, Майсты, Кея и Терлоя. Этот узел горных дорог контролировался наиболее мощным замком терлойцев – “кирда бавниш”».  Неудивительно, что именно здесь скрылся Сурак – основатель династии хунзахских князей – в 1395–1396 годах после того, как воины Тимура потеснили его из Аварии. Здесь же, в Терлое, укрылся и сын Сурака, Байра, но уже позже, в 15 веке. Согласно записям Ахмада Сулейманова, Байра не стал задерживаться в Терлое и покинул область. У того же Сулейманова Ахмада в рукописных записях указано, что после Байра сильным предводителем в Терлое и даже в горах Чечни стал Берг-Бичча, тоже проживавший в башнях Кирды. Между прочим, все это, как и другие данные, послужили основанием для Т. А. Исаевой заключить, что хунзахские князья не только были чеченцами, но генетически были связаны с Терлоем. Тем более, что и князья Турловы, несколько десятков лет управлявшие «Чеченским владением» в 17–18 веках, не только связывали себя с князьями Хунзаха, но и начали свой «карьерный рост» в Аргунском ущелье. В частности, в ауле Оьзиг-Юрт, ныне несуществующем. Наконец, исследовательница отмечает, что представители Турловых жили «в тайпе Терлой», а с последними были связаны «в различных уголках Чечни топонимы и гидронимы с наименованием терлойских». Отметим, что помимо документов Т. А. Исаева упоминает предания и полевые материалы, собранные другим выдающимся чеченским историком – Кати Чокаевым.  Амин Тесаев