Зелен камень. 4. "Окромя батюшки никто не разберется в этом чуде"
Предыдущие главы
На картине Н. П. Иванцова «Открытие землемером Ладыженским Баженовского месторождения асбеста», написанной в 1945 году и хранящейся сейчас в Ас-бестовском геологическом музее, Алексей Павлович изображен в тот момент, когда из шурфа извлечена удачная проба породы. Чувствуется, Ладыженский изумлен, он обрадован находкой, не зря с теодолитом мотался по таежным урманам. Довольны и его спутники: деревенский землекоп и подросток с геодезической рейкой.
Более всего в этой работе привлекает внимание вихрастый мальчишка в ситцевой рубахе. Не Пашка ли Медведев изображен художником? Именно таким и воображал я юного кладоискателя из одной дошедшей до нас версии открытия месторождения, одной из бесчисленного множества других, бытующих в окрестных местах. Как и во всех изустных преданиях, здесь главенствует принцип: один старожил слышал от другого, а тот—от третьего долгожителя, а тот... Но тем-то и прелестны легенды, что реальность в них смешивается с яркой народной выдумкой и необязательностью подтверждения истины. Вот и картина Иванцова: открытие произошло зимой, а художник увидел летнюю пору.
...Обоз из Ряпосовой приехал на Щучье озеро под вечер. Мужики чуток отдохнули с дороги, покурили и принялись за дело. Из камышей вытащили плоскодонку, разобрали сети. Пока Пашка раздувал огонь, его отец, бородатый Корнила, уже заканчивал устанавливать снасти. Сидевший на веслах Егорка Квашнин завистливо наблюдал за приятелями, ходившими с бредешком по мелководью. Когда они вытаскивали облепленный тиной бреде-шок на берег, в закатных лучах солнца вспыхивали золотистые караси.
Похлебав свежей ушицы, рыбаки расположились на ночлег. Но спать не хотелось, да и квашнинские байки о леших и ведьмаках, водившихся в тайге, заставляли мужиков поеживаться и подвигаться поближе к костру. Ночь прошла благополучно. И удача мужикам привалила: набили полные короба знаменитыми карасями. С тем и двинулись в путь, забросав короба озерной грязью, тиной, чтобы рыба не испортилась, заложили сырыми мешками, старенькими половиками.
Обоз двинулся по Липняжной дороге, но через версту остановился. Это задний сосед крикнул Медведеву: «Корнила, смотри-ка, шина съехала!» Корнила огляделся, нет ли поблизости камней, топор-то под корзинами, не достать. А ушлый Пашка уже тащил увесистый булыжник. Раз и другой стукнул мальчишка по изогнутому гвоздю, которым предстояло закрепить шину на ободе, а гвоздь не поддается, только камень как будто мягче стал. Еще удар — и булыжник развалился на части. Пашка растерялся: камень распушился, как бабушкина куделя.
Удивленный Корнила сжал обломок могучей рукой, и тот на его глазах расслоился, поблескивая под солнечными лучами. Никто из крестьян сроду не видел, чтобы камень в ладони мочалился. А Корнила смекнул: не простой камушек, надо грамотным людям показать. И Пашка бросил несколько булыжников на телегу про запас и еще долго не мог прийти в себя.
Домой добрались и про находку забыли: дел с рыбой оказалось немало. Только через день наткнулся Пашка на 'камни со Щучьего озера и напомнил о них отцу. Кому показать? В Ряпосовой грамотеев нет. Отставной матрос Еремеич, инвалид Крымской войны, повертев камушки так и сяк, авторитетно изрек:
— Стало быть, мужики, окромя батюшки никто не разберется в этом чуде.
Пришлось отправляться в село Знаменское. Тамошний поп даже очки на лоб нацепил, но ничего дельного не сумел объяснить любознательной пастве. Хотелось ему явить мужикам образованность, чтобы больше почитали святую церковь, но, увы, в семинарии горное ремесло не проходят.
— Вот что, братцы,— признался священник,— не сподобил меня господь, везите в Екатеринбург, там отменные мастера по камню есть.
Мужики сразу же за шапки. Хлеб убирать надо, а тут такая обуза, связались на свою голову. Уловил батюшка смятение, отпустил с миром, а когда случилось ехать к архиерею, прихватил и странные камни, чтобы показать кому следует.
Что с ними дальше было, никто не ведает. Словно в воду канули.
Только года через три появился в деревне человек, называвший себя инженером. Он живо интересовался у Корнилы Медведева и других крестьян обстоятельствами и местом находки необычного камня. Тем же летом созвал он охотников на разведку. Смышленый мальчишка тоже ушел с инженером бить шурфы на берег Щучьего озера.
Об этом и напомнила музейная картина. Кто знает, не был ли тем инженером Ладыженский? Возможно. А то, что Павел Корнилович Медведев личность достоверная, сомнений не вызывает. Старожилы встречали его перед Великой Отечественной войной. Был хорошо знаком с ним и Михаил Семенович Шилов, с которым доводилось мне видеться на склоне его лет. Интереснейший человек, он пришел на добычу асбеста 14-летним кувалдовщиком в 1890 году. Как сам любил говорить, трех императоров пережил. Тоже в своем роде Пашка-кладоискатель.
Молва хороша, но подлиннные документы лучше. Как же произошло открытие Баженовского асбестового месторождения на самом деле?
( Продолжение следует.)
А. Чечулин "Асбест" 1985 г.