9 мая киевляне все шли и шли с песнями, детьми, наградами, весенним настроением. Не обошлось без грязных пятен варварского времени. В здании музея истории войны прямо с порога ощущается глубокий ментальный разлом. Девятое мая, Киев, у экспозиции в здании музея истории Великой Отечественной войны строгая бабушка с орденскими ленточками держит за руку флегматичного, впечатлительного внучка лет 6-7.
Внучек, задумчиво рассматривая экспонаты:
– Бабуль, а кто первый напал?
– Немцы на нас напали.
– А кто победил?
– Мы немцев победили. Потому что нельзя брать чужое.
Мальчишке повезло – детские годы пройдут под мудрым опекунством правильной бабушки, умеющей лаконично и доходчиво объяснить главное. Такие внуки вырастают неравнодушными к несправедливости.
Есть и другие. В детстве им с правильными бабушками не повезло. Теперь они сипло и старательно орут в лица ветеранам 9 мая: памьятай чужинець – тут господар украинець!
Их сторонились, как прокаженных. Впрочем, утреннее выступление для глаз прессы и неусыпных европейских «партнеров» завершилось как по расписанию – уже к обеду злых обезьян как ветром смело.
А киевляне все шли и шли с песнями, детьми, наградами, весенним настроением. Памятник Вечной Славы на могиле Неизвестного солдата, аллеи героев и городов-героев утопали в охапках цветов.
Цветами задарили и тех, кто покоится в Мариинском парке неподалеку: генерала Ватутина, рабочих завода «Арсенал». С «арсенальцев» начиналась история советской страны, в 1945-м победившей европейский фашизм.
Не обошлось без грязных пятен варварского времени. В здании музея истории войны прямо с порога ощущается глубокий ментальный разлом.
Одна история – новая – пытается вскарабкаться на другую. Меморабилия братоубийственного времени потеснила вглубь залов советских героев, воевавших единой стеной за свой народ.
Фотографии девятнадцатилетней советской девчонки-санитарки, бросившейся под танк со связкой гранат и спасшей отряд от гибели. Восьмилетнего мальчишки, повторившего подвиг Кибальчиша. Шестнадцатилетнего мальчишки, не успевшего получить аттестат зрелости, но уже увешанного гордыми орденами.
А в холле музея – кропотливо собранные отпечатки новой Украины: осколки снарядов, тряпки, гильзы, застекленные «саркофаги» с детскими пожитками и рисунками, восхваляющими подвиги новых «героев». Большое черно-белое фото раненого «героя АТО» – и постыдное отсутствие растерзанных дружественными снарядами человеческих тел, домов, сел, городских районов, садов.
Будто желая хоть как-то сгладить неловкость циничного соседства, музейщики внимательно вглядываются в лица и предлагают – не всем – главный сюрприз праздничного дня. Музейные разворотные открытки 1988 года, отпечатанные для поздравлений ветеранам еще в советское перестроечное время.
С внутреннего рисованного разворота улыбается плакатный солдат-победитель, дошедший до Берлина. Звенит медалями, подтягивает голенища сапог, лихо подмигивает.
И все так по-домашнему, по совести, как тогда, и за спиной больше не ощущается тяжелое, враждебное дыхание агрессивного животного, изготовившегося к прыжку еще накануне праздника.
Тогда киевлянам рассказали, что Третий рейх победила не РККА, а УПА.
«В Киеве в понедельник, 8 мая, на площади перед Национальным музеем истории Украины открылась выставка к годовщине завершения Второй мировой войны в Европе под названием «УПА – «ответ непокоренного народа», которую подготовил Украинский институт национальной памяти. Благодаря сотне киевлян, которые пришли на открытие, удалось избежать каких-либо провокаций, которыми пугали оппоненты...
Как сообщили в пресс-службе Института национальной памяти, фотодокументальная выставка рассказывает об истоках антинацистской позиции ОУН, украинском движении сопротивления, идеологическом противоборстве УПА и Третьего Рейха, про украинских националистов в нацистских концлагерях и тюрьмах. По словам организаторов, вклад украинских повстанцев в борьбу объединенных наций против агрессора остается малоизвестным...» (перевод редакции).
Вклад УПА оказался настолько незаметным, что в его подробности до сих пор посвящены исключительно отдельные ответственные лица, чем только не занимающиеся в заведении с нелепым названием «Институт национальной памяти».
Чтобы заранее оформить разрекламированное событие в «правдивом» националистическом клише, ему попытались придать ореол полуподпольной жертвенности. «...Завдяки сотні киян, які прийшли на відкриття, вдалося уникнути будь-яких провокацій, якими лякали опоненти...».
Отчего же «сотни», а не тысячи? Сотни тысяч, миллионы «киян»? Или, к примеру, весь «ликующий город»? Сразу «мильены», чего правду скрывать. Нет. Строго – сотни. Не более.
Мероприятию явно отводили роль ритуальной пляски для посвященных.
Между строк обыватель должен прочесть: неизвестные храбрецы-«кияны» с огненным блеском в глазах и задрапированные темными плащами, пробирались тайком, вдоль городских стен, подземными ходами-канализациями.
Еще бы, ведь им предстояло во что бы то ни стало избежать страшных провокаций безжалостных 90-летних «оппонентов», рыщущих с красными флагами, и совершить героический, опасный для жизни акт – поприсутствовать на выставке вождя Вятровича.
Как известно, самые страшные палачи – люди с комплексом жертвы.
Их легко заметить в толпе, они подхватывают любую риторику всех времен и народов, чтобы поспешно вплести в свое ничтожное, крикливое, преступное существование. Но и эффект они тоже любят.
Поэтому пока скромно – сотни. «Мильены» будут зиговать завтра.
Заметки так и дышали чахоточным пропагандистским жаром, с которым власть отчитывается перед Европой, низводя Великую Отечественную войну и Вторую мировую до «военного конфликта».
Обывателю всех стран хотят представить 9 мая как день, когда ветераны «примирились» с нацистами, в 1939-1945 народы мира лишь поконфликтовали немного, не сойдясь в вопросах, скажем, фашистского богословия. Но мы-то понимаем всю нелепость этого.
«...в Запорожье 8 мая, в День памяти и примирения, на Аллее боевой славы зажгли Вечный огонь. Огонь зажигали ветеран Второй мировой войны Виктор Варвашеня и боец 79-й десантно-штурмовой бригады Вооруженных сил Украины Сергей Мандалина. После этого присутствующие почтили минутой молчания всех жертв Второй мировой и зажгли лампадки. Участники мероприятия также сделали красные маки – символ памяти жертв военных конфликтов...».
Самое невероятное, что в этот день киевляне снова победили фашизм.
Не было побоищ стенка на стенку, разгонов водометами, убийств. Подонков просто окружили негласным кольцом молчаливого презрения. И они поняли. И убрались восвояси.
Чтобы на следующий же день слабо вскрикнуть:
«...вчерашний день минул под знаком акции с условным названием «Безсмертний полк». Эта кремлевская технология состоит в массовом шествии, которое перемещается по населенному пункту с поднятыми портретами якобы умерших во время Второй мировой родственников...
И вот на четвертом году новейшей войны эта вроде бы неопасная акция была перенесена на украинские просторы и местами превратилась в откровенную глорификацию украинско-российской дружбы и единства наших народов...» (перевод редакции).
Как же хочется им, чтобы «Бессмертный полк» стал смертным, «условной акцией» с обнуленным биржевым курсом.
Отмыться от презрения горожан, объяснить поражение воздействием очередного русского чудо-оружия. Назвать фотографии героически погибших советских солдат «
портретами начебто померлих під час Другої світової родичів».
Сами того не подозревая, они снова делают себя посмешищем всего мира, так постыдно ненавидя «
відверту глорифікацію українсько-російської дружби та єдності наших народів...»
Презрительно плюют 9 мая в лица возмущенным победителям фашизма, бросая: «советские рабы», «несчастные», «проигравшие».
В ответ – наполненные гневом глаза пап и мам с детьми, пришедших со своими ветеранами к советским памятникам в украинских городах. Это взгляды людей, возмужавших в годы лишений, вновь ставших народом, скрепленным навсегда общей родиной, ее разумными, человечными воззрениями, песнями, героями.
Полузапрещенный День Победы из официозно-парадного стал настоящим народным символом борьбы за возвращение своего.
Потому что нельзя брать чужое.
Теги:
День Победы, праздники, память, 9 мая
