Константин Семин: Соль на рану. Сладкая ложь полезна только в хосписе

Если требуются мёд или елей – за ними не ко мне.

Я пишу о том, что действительно происходит с нами сегодня. О том, что скрывается за слоем эфирной патоки. О том, к чему мы придем, если некому будет кричать на каждом углу: "Проснитесь!"

Уверен, марксист Иосиф Сталин написал бы так же.

Нам нужен трезвый, мрачный, суровый анализ происходящего. Для нас смертельно опасна душеспасительная анестезия. Да, в хосписе из гуманных соображений врачи, пожалуй, могут обманывать безнадежного больного. Но если надежда еще есть, если жизнь еще теплится, больному необходима правда.

Правда о состоянии общества – экономики, образования, науки, медицины, оборонки. Убьет ли правда больного? Нет, его убьет прилив восторженных чувств, который больной принимает за чудесное выздоровление.

Мне скажут, наш ответ – эволюция.

Но разве не рыночная эволюция довела Украину до ситуации, когда там в любой момент могут быть развернуты натовские ракеты? Вот цена эволюции. Разве не рыночная эволюция безвозвратно, с кровью, разорвала сотни тысяч родственных сухожилий? Вот цена эволюции. Без зурабовской эволюции, без миллиардов в подарок Януковичу, без буржуазной двуличности и вечных попыток сторговаться ни по Майдану, ни по оккупированному Донбассу не шагали бы неонацисты. По крайней мере не шагали бы налегке.

Важно, что расхлебывать всю эту эволюционную кашу придется вовсе не тем, кто по возрасту относится к поколению разрушителей СССР. Расхлебывать любую подобную "эволюцию" – молодым.

Случайно попавшиеся нам в кадр молодые спросили на днях, за какой футбольный клуб играл Георгий Константинович Жуков?

И это – тоже эволюция.

В 2009 году я объехал всю Украину. В Харькове, Херсоне, Николаеве, Севастополе люди говорили мне – будет война. Мне рассказывали, что на черноморском побережье оздоровительные лагеря переоснащаются под лазареты. Что завозятся оружие и медикаменты. Что Янукович никакой не наш, что он такой же бандеровский, западный, что нет особой разницы между ним и его соперником. Что линия фронта проходит не между русскими и украинцами, русскими и крымскими татарами, православными и греко-католиками, а между барыгами с обеих сторон, которые просто-напросто делят рынки сырья и сбыта. Что купелью неонацизма давно уже является не галичанский Запад, а Восток Украины, где расположены крупнейшие предприятия, крупнейшие олигархические капиталы и принадлежащие этим капиталам футбольные клубы. Что есть наконец российские олигархи, финансирующие украинских националистов – просто ради получения выгодной лицензии или проведения законопроекта в Раде.

Всю эту тревогу я попытался передать и в фильме "Украина" и в личных беседах с большими дядями. Меня не услышали дяди. Меня не услышали зрители. Я нагнетал. Я перегибал палку. Той весной на Параде в Москве играли гимн Евросоюза, а перед Мавзолеем шагали медвежьи шапки "международных партнеров". Тогда же – в рамках примирения с партнерами – мы каялись за Катынь, за Молотова-Риббентропа и заглядывали в рот удивленному Анджею Вайде. Начинались Оттепель и Перезагрузка.

Чем закончилась та эволюция? Какова её цена?

Необходимо осознать, что деградация, вырождение, износ – это физический процесс, который имеет собственную скорость. В сантиметрах, в миллиметрах в секунду. И потому условия, в которых ты принимаешь бой послезавтра, могут быть значительно хуже условий, в которых ты принимаешь бой завтра. Условия, в которых ты принимаешь бой завтра – хуже условий, в которых ты принимаешь бой сегодня.

Эта формула не работает лишь в одном случае – если общество переживает не деградацию, а развитие. Такое, например, развитие, как с 1917-го по 1941-й. Тогда происходит подлинная, а не бутафорская эволюция, поскольку каждый новый день делал общество, науку, образование, сельское хозяйство, армию только сильнее и сильнее.

Не тупее и слабее. А умнее и сильнее.

Я подробно изучил чертежи, по которым разбирали Югославию. Я снял "Биохимию Предательства", чтобы прокричать: главное предательство – это предательство идеи, а не предательство веры и почвы вперемешку с кровью. Да, в 1941-м году шла речь о порабощении почвы и крови, но потому и только потому, что именно на этой почве и в этой крови восторжествовала социалистическая идея. Гитлер был лезвием мирового капитала, нацеленным на единственное в мире государство рабочих и крестьян.

Не "немцы пришли убивать русских", а фашисты пришли убивать советских, объявив всех русских неисправимо советскими.

И по сей день не стянуть с себя русским этой советскости. Не переодеться. Не задрапироваться.

Не потому мы ценим Победу, что воевал дедушка и воевала бабушка. Не из уважения к роду, семье, генам и хромосомам. Мы должны знать и помнить ЗА ЧТО воевали дедушка и бабушка. В противном случае – развивая хромосомную логику – мы должны признать какую-нибудь правду за каждым коллаборационистом, разве нет?

За бандеровцем.

За власовцем.

За красновцем.

За чеченцем, казахом, татарином и башкиром, азербайджанцем и армянином, узбеком из эсэсовского легиона "Туркестан".

Ведь у многих коллаборационистов были раскулачены отцы, братья или дедушки. А у некоторых коллаборационистов – расстреляны. И родоплеменная, хромосомная логика, логика крови и почвы требовала мстить за дедушку – рубить краснопузых.

И у сегодняшнего олигарха, и у бесправного рабочего могут быть воевавшие дедушки. В таком случае объединяет ли бесстыдного олигарха и бессловесного рабочего "Бессмертный Полк"? Разве пошли бы в одном строю с такими внуками оба дедушки?

Разве забота о будущем исключительно своего рода-племени заставляла сотрудников ленинградского ВИР ВАСХНИЛ умирать от голода, сберегая для Победы семена?

Разве казах-панфиловец стоял насмерть на Волоколамском шоссе, потому что внезапно почувствовал себя русским? От Москвы до Алма-Аты4000 километров. От Москвы до Берлина 1800. Почему же в 1916-м году папа или дедушка этого казаха поднимали восстание в Средней Азии? Почему лидер этого восстания, революционер-ленинец Алиби Джангильдин, в 1914 откажется идти на фронт, а в 1941-м попросится добровольцем?

Или же дело все-таки не в дедушках?

Почему так неистово выкорчевывают из народной памяти и культуры Павлика Морозова? Потому что Павлик Морозов – это символ советской идеи, в которой личное, родовое, каким бы важным оно ни было, обязано быть второстепенным к общественному.

Страшным и величественным воплощением этой идеи являются слова Сталина о его попавшем в плен сыне:

– Я солдат на генералов не меняю.

Вот без этой самой идеи не было бы ни Победы, ни нас. Именно эту идею пытаются удалить из Победы хирургическим путем, под елейной анестезией.
➡ Источник: http://publizist.ru/blogs/109504/18498/-