Что общего между реальным и вымышленным Виталием Калоевым
1 июля 2002 года из-за ошибки диспетчера в небе над Боденским озером столкнулись два самолёта. В этой катастрофе, помимо 68 человек, погибли Светлана, Константин и Диана Калоевы — родственники архитектора Виталия Калоева, летевшие к нему на отпуск в Барселону. За катастрофой последовали судебные разбирательства, компенсации и переговоры, но Калоева всё это не устроило — строитель из Владикавказа ждал простых человеческих извинений, которых ему никто не принёс. Через 478 дней после трагедии он появился на крыльце дома авиадиспетчера Петера Нильсена и после перепалки нанёс 12 ударов ножом на глазах у его жены и ребёнка.
Летом 2015 года студия Даррена Аронофски начала работу над сценарием под названием "478", основанным на истории Виталия Калоева. В ходе работ фильм был переименован в "Последствия", действие перенесено из Европы в столицу штата Огайо — Коламбус, Виталий Калоев стал Романом Мельником, а Петер Нильсен Джейком Бонаносом.
На главную роль с самого начала создания фильма был поставлен Арнольд Шварценеггер. Год назад критики сдержанно похвалили фильм "Заражённая", где Арнольд сыграл отца, спасающего больную зомби-вирусом дочь. Теперь Арнольд смело пробует любые роли, которые требуют не только эффектно выглядеть с автоматическим дробовиком в руках.
И всё же, Калоев — сложный образ для человека, десятилетия игравшего военных, шпионов и боевых роботов. Австрийцу не хватает актёрского рвения избавиться от родного акцента уже 35 лет, поэтому русский эмигрант Мельник у него звучит так же, как и робот Т-800.
Да и история тоже не из простых. Реальная драма Калоева и Нильсена так сильно разделила общество на согласных и осуждающих, потому что столкнула понятия закона и справедливости. По закону что Калоев, что Мельник могли подписать соглашения с компанией, отказаться от претензий и ждать суда над служащим. А вот справедливость, как оказалось, существует только на кончике перочинного ножа.
К таким деталям придираться не принято, но и с ножом в фильме получилось странно. Знаменитые 12 ножевых ранений Калоева, которые упомянуты даже на странице в "Википедии", и два точных тычка Шварценеггера-Мельника в "Последствиях" — совершенно разные вещи. Тут даже дело не в том, что Голливуд, давно привыкший демонстрировать с экрана отрубленные головы и оторванные конечности, вдруг спасовал перед десятью лишними ударами. Получаются два совершенно разных преступления, совершённых с разным умыслом.
У Калоева, который в интервью и на суде говорил, что даже не помнит, как эти удары наносил, — это возмездие. А у Шварценеггера нет ни помутнения в глазах, ни слепой ярости. Только седина и волевой подбородок.
Фотографии, которые показывал Калоев Нильсену, изображали его родных мёртвыми в гробах, а не сидящими на диване, в отдалении от Шварценеггера. Калоев не называл жену и детей хрипящего на полу диспетчера именами умерших родственников. Нильсен даже не думал уезжать начинать новую жизнь в другой край страны — и совсем не потому, что Швейцария маленькая.
Этого вполне достаточно, чтобы заявить, что "Последствия" — это не драма о Виталии Калоеве. "Последствия" — плохой фильм со Шварценеггером, в котором два человека после авиакатастрофы долго мучаются, ходят по врачам, пьют таблетки, уходят в запои, пока один из них не убивает другого.
И в этой истории никого не хочется ни уважать, ни жалеть.