Княжна Урусова: какой на самом деле была девушка, покорившая Николая I и Александра Пушкина
Благодаря портретам кисти Петра Соколова наши современники могут представить, как выглядели первые красавицы пушкинской эпохи. А благодаря воспоминаниям современников – сделать выводы о том, какими они были. Однако об одной из них – княжне Софье Александровне Урусовой, в замужестве княгине Радзивилл, сохранились весьма неоднозначные отзывы.
П. Ф. Соколов. Портрет С. А. Урусовой, 1832
Софья Александровна была одной из трех дочерей князя Урусова. По свидетельству французского историка Марка Фурнье, в Москве 1820-х гг. «было три грации, дочери князя Урусова, три красавицы, справедливо считавшиеся украшением московского общества того времени». А Софья Александровна отличалась особенной красотой и обаянием: «Она была высокая и ловкая, во всем ее облике была удивительная свежесть»; «Нельзя было встретить цвет лица чище и свежее. Ее волосы спадали мягкими и обильными волнами на округлые плечи – со всею роскошью античного контура. Особенно хороши были ее глаза, большие голубые, полные света и неги, глаза, излучавшие вокруг какую-то магнетическую силу».
П. Ф. Соколов. Портрет С. А. Урусовой (предположительно), 1827-1828
Если о красоте Софьи Урусовой современники отзывались единогласно, называя ее «царицей московских красавиц», то об интеллекте и моральных качествах сохранились противоречивые отзывы. Некоторые именовали ее «богиней глупости» и рассказывали о ней анекдоты. Например, такие: однажды на балу кавалер спросил княжну о том, что она читает. И та ответила: «Розовенькую книжку, а сестра моя читает голубую». В другой раз влюбленный в нее князь Мещерский долго и упоенно рассуждал о литературе, пока девушка не прервала его вопросом: «Скажите, князь, какое Вы употребляете мыло, когда бреетесь?». А по словам других знакомых, так о ней могли говорить только завистники, а на самом деле княжна была доброй и милой девушкой.
Сестра Софьи, княжна Мария Александровна Урусова
Сестры Софьи были замужем, одна – за Мусиным-Пушкиным, другая – за Кутайсовым. В доме Урусовых часто устраивали приемы, и на одном из них в 1827 г. с Софьей познакомился Александр Пушкин. По воспоминаниям современников, на него «красота и любезность молодых хозяек действовала возбудительно, и он бывал весьма весел, остер, словоохотлив». Княжна тоже не обделяла его вниманием, чем вызвала ревность своего поклонника В. Соломирского, давно в нее влюбленного. И тот вызвал Пушкина на дуэль. Благодаря усилиям общих друзей конфликт удалось уладить.
Император Николай Павлович и императрица Александра Федоровна
Софья была фавориткой императора Николая I. Марк Фурнье писал: «Император не заслуживает никакого упрёка (в супружеской измене), если не считать нескольких нежных изъявлений, тайно сделанных юной княжне, прославившейся своей красотой… Княжна Урусова, бесспорно, представляла собой законченный тип русской красавицы». Долли Фикельмон также говорила о двусмысленном положении княжны Урусовой при дворе, так как поведение Софьи Александровны выражало «абсолютное смирение перед императрицей, но было не совсем естественным перед императором, смесь робости, замешательства и интимности».
Ф. К. Винтерхальтер. Портрет Ольги Николаевны, дочери Николая I
Великая княжна Ольга Николаевна пыталась развеять слухи о связи отца с княжной Урусовой: «Она была красавица, энергичная, высокого роста, с чудесным голосом альтового тембра, и за её холодной внешностью скрывалась страстная натура. Немногие рисковали приблизиться к ней: был пущен слух, что Папа к ней неравнодушен. Это было неправдой. Никто другой, кроме Мама, никогда не волновал его чувств». Ее поддерживала и Смирнова-Россет, утверждавшая, что «Урусова была горда и глупа, но чиста, как хрусталь».
Ф. К. Винтерхальтер. Портрет Ольги Николаевны, дочери Николая I, королевы Вюртембергской
А после ее ждала судьба многих фрейлин, о которых Н. А. Добролюбов писал: «Обыкновенно порядок был такой: брали девушку знатной фамилии во фрейлины, употребляли ее для услуг благочестивейшего, самодержавнейшего государя нашего, и затем императрица Александра начинала сватать обесчещенную девушку за кого-нибудь из придворных женихов». В 1833 г. Софья Урусова вышла за князя Льва Радзивилла. Об этом союзе многие отзывались скептически. Так, П. Вяземский писал В. Жуковскому: «Урусова вчера обратилась в княгиню Радзивилл, по крайней мере, духовно: о дальнейшем преображении не ведаю. Да едва ли! Он был очень болен и не совсем ещё оправился, а женился потому, что последние дни настали».
Ф. К. Винтерхальтер. Портрет княгини Софии Радзивилл, 1864
О дальнейшей судьбе княгини Радзивилл сохранилось мало сведений. Известно, что с 1846 г. она была владелицей особняка на Дворцовой набережной, 16, и много времени проводила за границей, вдали от мужа. В 1850- х гг. княгиня блистала в парижских салонах, где о ней говорили: «Она была очень изящная и величественная, но считалась за женщину капризную и высокомерную». Она скончалась в 1887 г. в Париже и там же была похоронена.
Княгиня Софья Радзивилл (предположительно), 1848