Путин шлет диверсантов в кинотеатры Балтии

Порой складывается ощущение, что руководство стран Балтии решило использовать приемы и методы советской власти, причем не самые лучшие — например, цензуру в кино.

Депутат-консерватор Радвила Моркунайте-Микулинене в начале года призвала запретить к показу в Литве российский фильм «Викинг» о князе Владимире, жившем в X веке.

 

Если слушать гневную риторику депутата, не зная, что именно она критикует, можно подумать, речь идет о засылке диверсантов, затеявших кровавые злодеяния в республике. По мнению парламентария, все не так просто. Фильм «Викинг» — это «политический проект», который может представлять угрозу национальной безопасности Балтии.

 

Депутат усмотрела в киноленте попрание новой Концепции национальной безопасности Литвы, а именно «попытки исказить историческую память», что является информационной угрозой.

 

Исторических блокбастеров, где якобы искажается историческая память, в мире пруд пруди. В случае же с кинолентой, на которую ополчилась депутат-консерватор, по ее сюжету Владимир осаждает крымскую крепость Корсунь.

 

Видимо, Моркунайте-Микулинене не важно, что режиссер «Викинга» следует знаменитой летописи — «Повести временных лет». И что князь возвращает крепость Византии — тут главное, что крепость расположена в Крыму!

 

То есть события тысячелетней давности, оказывается, есть не что иное, как намек на «аннексию Крыма».

 

Кто-то спросит: при чем здесь национальная безопасность Литвы? Так вот, по мнению депутата Сейма, фильм «Викинг» — ход в информационной войне, и именно против Литвы.

 

Озадаченный режиссер фильма «Викинг» Андрей Кравчук только руками разводит: мол, и в голову такие ассоциации не приходили!

 

В феврале к показу в Литве запретили другой российский фильм — «Защитники». Фильм, сделанный по голливудским лекалам, местами вплоть до пародийности. «Супергерои», среди которых гигант с медвежьей головой, громят агрессоров. Сказка, да и только.

 

Не тут-то было. Литовские кинодистрибьюторы усмотрели в нем… «пропаганду чрезмерной мощи российской армии» и «ее агрессивной военной техники»!

 

И это еще цветочки. Не так давно «российскую диверсию» углядели… в мыльных операх по телевизору и в детском мультике «Маша и Медведь», завоевавшем популярность даже в Японии. В чем они-то провинились?

 

По убеждению депутата Сейма Лауринаса Касчюнаса (от партии все тех же консерваторов), Медведь символизирует русскую агрессию, а сериалы… затрудняют приобщение литовцев к «европейскости»!

 

Несомненно, для очень многих «демократических» политиков Литвы не прошла даром партшкола. Они, по всей видимости, могли бы сегодня подписаться под словами Владимира Ленина, произнесенными в беседе с Анатолием Луначарским: «Цензура все-таки нужна — ленты контрреволюционные не должны иметь место».

 

Борцам за «позитивные» новости на литовском телеэкране хочется напомнить, как в СССР в 1925 году запретили публиковать сообщения о «зараженности хлеба долгоносиком и клещом во избежание паники и злонамеренного истолкования этих сведений». А к началу 30-х — упоминать о стихийных бедствиях в Советском Союзе и даже… о плохой погоде!

 

Или как главный партийный идеолог Михаил Суслов хотел запретить к показу «Семнадцать мгновений весны» — мол, не раскрыт подвиг советского народа. Фильм отстоял… председатель КГБ Юрий Андропов, отметивший, что «советский народ не мог поголовно служить в аппарате Шелленберга».

 

Так и хочется воскликнуть: правильной дорогой идете, товарищи!

 

Впрочем, не только СССР «славился» своей цензурой. Американский Голливуд отметился «кодексом Хейса». А в Швеции и Норвегии запрещали фильм Стивена Спилберга о пришельце из космоса, так как он мог внушить детям, что взрослые «агрессивны».

 

Кажется, недалек тот час, когда в практику некоторых европейских стран вернется определение задач цензуры, данное в Большой советской энциклопедии:

 

«Цензура установлена с тем, чтобы не допустить опубликования в печати и распространения средствами массовой информации сведений, составляющих государственную тайну и других сведений, которые могут нанести ущерб интересам трудящихся».

 

Всё совпадает, только вот вместо последних двух слов — с учетом реалий сегодняшнего дня — будет вставлено, скорее всего, следующее: «демократии и правам человека».

 

Хочется верить, что в Евросоюзе в целом и Балтии в частности власть имущие перестанут упражняться в маразме и силком тащить свои народы в темные времена тотального контроля над личностью и творчеством.

 

Люди ведь не дураки — сами разберутся, «что такое хорошо и что такое плохо» в жизни и фильмах.

 

 

Павел Потапейко