Насильников-рецидивистов предлагают сажать на 20 лет

Лайф ознакомился с текстом законопроекта и выяснил, что если эксперты в Правительстве РФ и парламентарии поддержат поправки Максаковой в УК РФ, то насильникам-рецидивистам будет отменено право на условно-досрочное освобождение — УДО, — а также увеличен возможный срок содержания под стражей до 20 лет. 
— Сейчас наказания за изнасилование и повторное изнасилование совершеннолетних практически не отличаются. Законом предусмотрено наказание — до шести лет лишения свободы. Однако, если поправки будут поддержаны Правительством РФ, то за "сексуальный рецидив" преступнику будет грозить максимальный срок заключения до 20 лет, — утверждает  Максакова.
По словам автора поправок в УК РФ, сейчас нередки случаи, когда один и тот же преступник дважды и более раз насиловал одну и ту же потерпевшую либо выбирал новую после отбытия наказания.
— Это доказывает, что насильники, совершающие рецидив, однозначно демонстрируют признаки расстройства сексуального предпочтения и нуждаются в применении дополнительных мер уголовно-правового характера, которые ограничивали бы их манию, — считает Мария Максакова. — Однако сейчас из-за отсутствия правовых оснований, предусмотренных в УК РФ, сделать это невозможно.
— Согласно УК РФ, сейчас к двадцатилетнему сроку заключения могут быть приговорены только те злодеи, которые совершили преступления на сексуальной почве против лиц, не достигших 14-летнего возраста, — рассказывает Мария Максакова. — Но, как показывает практика, ужесточение ответственности за посягательство на сексуальную неприкосновенность несовершеннолетних в 2012 году привело к тому, что совершённые преступления сократились.
В пояснительной записке к своему законопроекту, направленному на юридическую экспертизу в Правительство РФ, депутат обосновывает необходимость принятия её поправок в УК РФ тем, что, согласно статистике правоохранительных органов, рецидив преступлений на сексуальной почве составляет до 20%, то есть примерно пятую часть лиц, ранее привлекавшихся к уголовной ответственности за изнасилования и насильственные действия сексуального характера.

— Причина мне видится в том, что никаких ограничений для условно-досрочного освобождения серийные насильники сейчас не имеют и приравниваются в этом вопросе к лицам, совершившим общеуголовные ненасильственные деяния, — утверждает Мария Максакова.
По её словам, ярчайшим примером рецидива преступления на сексуальной почве является дело Сергея Паладьева — ВИЧ-инфицированного насильника, осуждённого в 2006 году Перовским судом города Москвы за двойное изнасилование.
— Освободившись условно-досрочно в 2015 году, Паладьев за два месяца до своего нового задержания совершил нападения ещё на четырёх женщин. Характер совершённых им действий свидетельствует о наличии стойких девиаций, при этом выводы судебной психиатрической экспертизы свидетельствуют в пользу его полной вменяемости, — утверждает Максакова в пояснительной записке к законопроекту. — А причина, по которой этот реальный рецидив стал возможен, — отсутствие должного правового регулирования.
Мария Максакова утверждает, что усиление уголовной ответственности, принудительных мер медицинского характера для насильников-рецидивистов и ужесточение требований для их условно-досрочного освобождения, введение обязательного административного надзора положительно скажутся на криминогенной обстановке в РФ.
С депутатом Госдумы РФ VI созыва согласен и председатель коллегии адвокатов "Старинский, Корчаго и партнёры" Евгений Корчаго.
— Именно профилактика совершения преступлений в первую очередь достигается не увеличением размеров наказания, а его неотвратимостью при создании надлежащих условий честного и беспристрастного судебного разбирательства. Несомненно, наказание за половые преступления, в особенности совершённые взрослыми людьми в отношении несовершеннолетних, должны быть достаточно суровыми, чтобы максимально сдерживать любое лицо от совершения подобных противоправных деяний, — заявил Лайфу юрист Евгений Корчаго.
При этом юрист Корчаго не исключает, что при несовершенстве работы нашей судебной системы тотальный обвинительный уклон и полное потакание позиции правоохранительных органов при откровенном нежелании объективно оценивать доводы защиты может привести к юридическим ошибкам.

В то же время собеседник Лайф — следователь одного из районных управлений СК РФ по Москве — считает, что и без специальных норм при повторном совершении преступления с злодеями поступают более жёстко, чем когда они в первый раз преступают закон.
— У нас вообще-то есть статья 18 УК РФ — "рецидив преступлений", — которая указывает на то, что при повторном совершении преступления срок наказания не может быть менее двух третей от максимального срока наказания, — рассказывает Лайфу следователь СК РФ по Москве. — Но при этом ужесточать наказание по изнасилованиям надо, так как сам факт насилия подрывает психику жертв, и за это надо жёстко наказывать злодеев.  
Между тем кандидат психологических наук психолог Ярослав Спиридонов уверен, что поправки, инициированные Марией Максаковой, могут помочь изолировать насильника на более долгий промежуток времени, сделать его менее опасным, но не исправить.
— Мы имеем дело с явной психопатологией, отклонением в выборе сексуального объекта. Внешнее физическое воздействие человека не исправит, — считает Ярослав Спиридонов.
По словам психолога Спиридонова, причины такого поведения злодея — психологические, которые требуют другого вмешательства. Здесь необходимо лечение, эти люди нуждаются в психологической проработке, так как корни данного преступления психологические, заложенные в детстве. Тем более человек зачастую не контролирует своё поведение и даже может не осознавать своих мотивов, считает эксперт.
Согласно же статистике правоохранительных органов, до 90% жертв преступлений, совершённых на сексуальной почве, составляют совершеннолетние женщины репродуктивного возраста. А по утверждению психологов, женщины переживают последствия насилия годами, нуждаются в мерах медицинской и психологической реабилитации. Крайне негативно сексуальное насилие сказывается и на демографической ситуации, порождая у потенциальных матерей полное неприятие мужчин.