Российский писатель: приобрели Крым, потеряли Украину. Навсегда

Революция в Киеве стала серьезной травмой для путинского режима и остается главным его страхом. Именно по этой причине действующая российская власть приложила все усилия, чтобы оболванить население и редуцировать Украинскую Революцию Достоинства до бунта антирусских националистов-маргиналов.

Однако в этом стремлении Россия зашла слишком далеко, и уже в ближайшие годы государственная лодка действительно может перевернуться. Вот только принесет ли это желаемые изменения в стране? Вряд ли, считает популярнейший писатель и журналист Дмитрия Глуховский, давший эксклюзивное интервью Латвийскому радио 4 в рамках дискуссионной программы «Открытый вопрос».

 

«Писателю в России живется... интересно»

 

По признанию Глуховского, при всем окружающем его безумии современной российской жизни, покидать страну он не собирается. Ведь в первую очередь он — писатель.

 

«Писателю-то в этом жить очень интересно. Если бы я был крупным бизнесменом, мне, конечно, было б там совершенно неинтересно. Если бы я был учителем, я бы тоже призадумался. Но как писателю — находиться там, безусловно, интересно. На твоих глазах повторяют масштабный эксперимент по тотальной промывке сознания населению. И население, как зайчики, во всё это верят. У них мутнеют глаза, и они повторяют то, что говорит им вечером Владимир Соловьев, Ирада Зейналова, или Дмитрий Киселев — все вот эти бессовестные люди, которые безусловно будут гореть в аду. Это же супер-интересно, за всем этим наблюдать изнутри. Где еще такое мне сейчас покажут?», — серьезно отшучивается Глуховский. 

 

По его ощущениям, Россия сегодня пытается быть империей в кредит. И кредит этот выдает население, которое до сих пор приводят в трепет фальшивые телевизионные сюжеты о величии России.

 

«На имперский проект нужны деньги. А у России на имперский проект денег нет. Поэтому можно благодаря телевидению и фабрик троллей имитировать имперское величие, показывая три-четыре истребителя, летающие по кругу в Сирии, выдавая это за масштабное военное присутствие в России по всему миру.

 

Люди смотрят телевизор, у них восемь часов занимает работа, час-два — дорога, и не так уж много времени остается на то, чтобы представить себе, из чего состоит остальной мир. Они смотрят вечером час программы «Время» и исходя из этого пытаются представить себе, что же происходит в мире и какую роль в нем играет Россия. И пусть на работе — все ужасно, и зарплату не платят, зато мы встаем с колен!

 

Телевидение играет такую... хотелось бы сказать, психотерапевтическую роль, но на самом деле оно только усугубляет все наши психиатрические проблемы. Это расшатывание психику», — считает писатель. 

 

«Майдан стал главным кошмаром путинского режима»

 

Глуховский, впрочем, признает, что в последний год пророссийская пропаганда все же пошла на спад. Он отмечает, что всего за год-два беспрецедентной истерии в СМИ россиян и украинцев успели рассорить на поколения вперед. Такую высокую цену пришлось заплатить за банальный страх российского руководства перед революцией в центре Москвы по аналогу Майдана.

 

«Русских с украинцами стравили ради решения, мне кажется, тактических проблем, достаточно кратковременных. Для меня это совершенно понятное и осмысленное событие.

 

Изображение Майдана как фашистской, националистической антирусской силы было просто необходимо для того, чтобы дискредитировать любые попытки мирной уличной революции России.

 

Потому что всего за пару лет до этого была Болотная площадь, Навальный, несостоявшаяся белолетночная революция. Удалось каким-то образом все это сдержать. Сначала власть совершенно очевидно растерялась, никак не ожидая выхода на улицы ста тысячи человек. Потом стало понятно, что весь заготовленный инструментарий (в качестве прокремлевских молодежных движений) — не работает, люди не собираются, никто никуда не приезжает, никто не готов выходить и противостоять демонстрантам. Надо было показать, ошельмовать любую попытку уличного протеста и показать, чем это заканчивается. И мы на Украине смоделировали гражданскую войну в России. Для телевизора, прежде всего», — уверен журналист.

 

Страхи власти не напрасны, поскольку в сегодняшней России действительно есть все предпосылки для повторения киевского сценария. Но уже на московских площадях.

 

На Украине это была именно Революция достоинства

 

Люди чувствовали, что их используют, что власть совершенно ощущает себя безнаказанной и всесильной, и совершенно оторвалась от людей, не чувствует себя ничем им обязанной. Как, собственно, и настоящая власть в России. Я думаю, что именно по этой причине Майдан стал травмой для путинского режима. И нужно было его очернить, безусловно.

 

Нужно было представить это не как народное выступление, а как заговор бандеровцев и антирусских националистов. Хотя Киев вообще русскоязычный город, и многие из выходивших на улицы в Киеве были этнически русскими. То есть, никакого отношения к национализму это не имело», — настаивает Глуховский.

 

«Приобрели Крым, потеряли Украину. Навсегда»

 

По мнению писателя, именно Россия спровоцировала гражданскую войну на Украине вскоре после государственного переворота в Киеве. Сделано это было по уже отстроенному механизму, но обернулось все глубоким внешнеполитическим провалом.

 

«Гражданскую войну на Украине устроили для того, чтобы иметь рычаг воздействия на ее внешнюю политику. Не допустить Украину в НАТО, не позволить ей брать слишком прозападный курс. Это управляемый конфликт на территории нелояльной бывшей советской республики — модель, действующая в Болгарии, действующая в Грузии, теперь на Украине. Отлично отработанная и очень эффективная. [...] Но приобретя Крым, потеряли Украину. Навсегда, видимо. Это совершенно ужасающий провал российской внешней политики», — считает Глуховский.

 

«Во времена Болотной площади не было ни одной серьезной силы, которая могла бы ее поддержать»

 

Оглядываясь назад, когда и саму Москву пять лет назад лихорадило массовыми протестами и гражданское общество было «беременно» революцией, Глуховский признает: выкидыш произошел из-за того, что многие влиятельные силы были довольны положением вещей в России. Теперь это уже не так.

 

«С одной стороны, выходящие на площадь люди не были заинтересованы в конфронтации с властью, а с другой — не было ни военных, ни олигархата, ни полиции, никого, кто готов был бы придать настоящий вес этим выступлениям. Так или иначе, даже если была бы формальная победа, то непременно был бы какой-то откат. Потому что все властные, элитные и финансовые группы были заинтересованы в сохранении статуса кво. Тогда. Сейчас, я думаю, ситуация меняется. Потому что есть много проигравших от российской игры в империю. Есть люди, которые очень сильно потеряли в бизнесе. [...] Одно дело — поддерживать эту игру на уровне риторики, а другое — видеть объективные данные. Люди, которые имеют к ним доступ, понимают, что экономика сокращается, что Россия находится в международной изоляции.

 

Даже если Путину подают руку из-за того, что он навязал себя всему миру в Сирии, ну, очевидно совершенно, что все задачи — завалены: усиление России, собирание утерянных земель, признание России геополитической силой, и т.д. Итог — Украина и Белоруссия потеряны, остальные республики просто дико напуганы, в Латвии и Эстонии размещается контингент НАТО и живые американские солдаты — живой щит, который повысит ставки любых попыток решить вопрос каким-то бронетанковым путем.

 

Все это совершенно явно отдаляет Россию от целей, которые были поставлены. Это совершенно жуткий внешнеполитический провал», — подчеркивает писатель.

 

«Я не смог спрогнозировать Крым»

 

Несмотря на то, что написанный им культовый бестселлер «Метро 2033» многие признают пророческим, сам Глуховский не видит себя провидцем и воздерживается от прогнозов по поводу будущего России. 

 

«Я не берусь делать прогнозы. Я не смог Крым спрогнозировать, для меня это был абсолютно абсурдный сценарий. Я не мог поверить, что прагматики во власти могут взять и прибегнуть к методам, которые последний раз использовались Адольфом Алоизычем в начале 40-х. Это для меня был совершенно абсурдный сценарий.

 

Мне казалось, что есть вето на любые насильственные территориальные изменения в Европе; что взять и просто пришпандорить себе кусок другого государства, отнять его при помощи военной силы, легитимизировав референдум, и присоединить к себе — я думал, что такие фокусы уже не проходят. Но, оказывается, проходят. Я такой сценарий спрогнозировать не мог», — признается Глуховский.

 

Впрочем, отказываясь делать прогнозы, писатель готов раскрыть свои страхи.

 

«Я по жизни оптимист (несмотря на то, что у меня книги очень драматичные), и мне хотелось бы верить, что никакие апокалиптические и революционные сценарии в России невозможны.

 

Ведь если революция и произойдет, то она не будет революцией либеральной или интеллигентской. Это вполне может быть народное восстание, в результате которого к власти могут прийти различные ностальгирующие граждане, националистически настроенные товарищи, военные и так далее. Мне не хотелось бы, чтобы это случилось с моей страной: та Россия, которую будут строить они — вряд ли будет лучше нынешней», — заключил Глуховский.

 

Справка

 

Дмитрий Глуховский — российский писатель и журналист, автор романов-антиутопий «Метро 2033», «Метро 2034», «Метро 2035», «Будущее», «Сумерки», «Рассказы о Родине». Создатель книжной серии «Вселенная Метро 2033». Военный корреспондент, радиоведущий. 

 

С 2002 по 2005 год работал на европейском информационном телеканале EuroNews во французском Лионе, после чего вернулся в Россию и продолжил карьеру телекорреспондента на только что созданном Russia Today. 

 

За три года работы объездил полмира, входил в «кремлёвский пул», побывал на космодроме Байконур, в зоне отчуждения Чернобыльской АЭС, а также на Северном Полюсе, откуда в июле 2007 года совершил первый в мире прямой телерепортаж. Сотрудничал с европейскими СМИ — немецкой радиостанцией Deutsche Welle и британским телеканалом Sky News. С 2007 по 2009 год работал ведущим Радио «Маяк». В настоящий момент является колумнистом изданий «Сноб» и GQ.