Блеск науки и нищета производства
Между тем, к 2020 году Россия должна обеспечить себя семенами основных агрокультур более чем на 75%. По крайней мере, именно этот срок прописан в государственной программе развития сельского хозяйства, принятой три года назад. Стало ли это решение руководством к действию или остается очередным красивым намерением чиновников?
Надежда Семеновна Киршина, заведующая Можгинским сортоиспытательным участком: - Министерство сельского хозяйства РФ заинтересовано в создании новых отечественных сортов, но практически не заботится о том, кто и как их будет создавать. В Удмуртии сортоиспытательных участков 5 - по трём климатическим зонам. Специалисты каждого участка испытывают вновь выведенные сорта зерновых и бахчевых культур, овощей и многолетних трав для определения дальнейшей судьбы полученного сорта. Если в климатических условиях Удмуртии он дает хорошие урожаи, его вносят в Государственный реестр сортов. То есть рекомендуют сельхозпроизводителям для массового возделывания.
Так, в прошлом году на Можгинском участке мы провели 423 сортоопыта по 19 культурам и предложили для включения в Госреестр ячмень яровой «памяти Чепелева», горох посевной «шрек», клевер луговой «трифон», капусту белокочанную «миррор», огурец «фуга F1». В Госреестр вошли лишь ячмень и клевер.
С учётом переменчивого климата
Светлана Стовбун, «АиФ-Удмуртия»: После включения в Госреестр испытания сорта прекращаются?
- Нет, испытания сортов продолжаются, и в случае низкого урожая или неустойчивости перед болезнями уже утвержденные сорта могут быть из Госреестра исключены. Ведь климат, действительно, меняется. Уже третий год мы наблюдаем резкие переходы от тепла к холоду и обратно. Прошлогодний июнь принес жару и засуху, а температура июля была близка к показателям осенних месяцев. Нынешняя весна по температуре близка к норме, а вот зима была цикличной: январский холод резко перешел в февральское тепло. Такая погода опасна выпреванием озимых зерновых. Их спасло ускоренное таяние снегов, которое остановило гнилостный процесс. А для яровых, напротив, нужна именно такая погода. Создавая и испытывая новый сорт, мы учитываем и эти обстоятельства и используем свои знания в области агротехнологии. Только в этом случае можно застраховаться от неурожая при неблагоприятных переменах климата.
А технике – под 50...
- А как государство финансирует опытные участки – это переходное звено между наукой и производством?
- Мы переживаем время значительного сокращения финансирования на сортоиспытательную деятельность. И началось оно сразу после вхождения страны в рынок. Сортоиспытательные участки – это обязательная составляющая всей семеноводческой отрасли, созданной в СССР по очень правильному принципу. Новая власть, отказавшись от советского опыта, и нас посчитали устаревшим элементом.
30 лет назад мы пользовались специальными финскими комбайнами, удобными сеялками, лабораторным оборудованием. Но это оборудование безнадежно устарело и физически, и морально. У нас нет современных электронных весов, приборов для определения натуры зерна, измерения осадков. Раз техники мало, приходится работать вручную. И доля ручного труда у нас уже составляет около 90%. Ежегодно к нам приезжают всевозможные комиссии из различных государственных структур. Чиновники видят удручающее состояние материально-технической базы, но мер не принимают.
Поэтому средства на горюче-смазочные материалы для единственного трактора мы изыскиваем сами. Для сокращения расходов на ГСМ обработку почвы проводим осенью без перепашки. Минеральные и органические удобрения не вносим. Спасибо ООО «Исток», которое по мере возможности поддерживает нас топливом и техникой. Но дальше экономить уже не на чем.
Пока нам сохранили финансирование семенного материала для опытов и зарплаты. Кстати, весьма скромные. У научных сотрудников (!) она не превышает 7 -8 тысяч рублей. А каждый сотрудник в среднем проводит 103 сортоопыта, а количество сортоопытов растет - нынче их будет уже 537.
Сортоиспытательный участок находится в федеральном подчинении. Нам говорят: обращайтесь за помощью в местные органы власти или получайте деньги от реализации выращенной продукции. Местными бюджетами помощь сортоиспытанию, как вы понимаете, не предусмотрена, а для того, чтобы наладить сбыт тех же овощей, нужно получить горы разрешительных документов. Посчитаешь затраты на эти бумаги, и поймешь, что они съедают весь доход от овощей. Вот такой экономический лабиринт.
Догнали и перегнали импорт
- При таком положении дел не удивительно, что селекция семян в стране чахнет, а зависимость от зарубежных производителей семенного материала по многим культурам растет. «Зачахла» - это слишком сильно сказано. Селекционеры выводят новые конкурентоспособные сорта. Так, картофель фаленской селекции «виза» в прошлом году дал 314 центнеров в пересчете на один гектар, «чайка» - 253 центнера. Оба сорта по урожайности превысили импортные сорта. Так что качество наших семян не уступает мировому. К тому же эти семена более подходят к нашим климатическим условиям.
- А насколько готовы сельхозпредприятия республики применять в производстве результаты ваших опытов?
- Задача селекционеров и сортоиспытателей - создавать новые сорта, гибриды растений с максимальной урожайностью, хорошей сопротивляемостью болезням, высокими потребительскими качествами. Госреестр сортов обновляется ежегодно. Сельхозпроизводителям есть из чего выбрать. Специалисты, бесспорно, интересуются новинками. Другой вопрос, что в некоторых сельхозпредприятиях не то, чтобы агрономов -семеноводов нет. Им просто нечем платить.
Так снова замкнулся все тот же порочный круг – семена нужны, а денег на их создание и внедрение нет. Спасает энтузиазм. Но надолго ли его хватит?