Лекарственная зависимость
Есть вещи, без которых человек прожить не сможет. Это вода, еда и после определённого возраста лекарственные препараты. От сердца, от давления, от зубной боли и депрессии.
Почти от каждой болезни есть лекарство той или иной степени эффективности. Российский фармрынок огромен, он даже вошёл в топ-10 мировых и достиг с парафармацевтикой 3,343 трлн рублей. Премьер Михаил Мишустин, выступая с ежегодным правительственным отчётом, даже удостоил эту отрасль экономики отдельным упоминанием: «Одними из самых быстрорастущих направлений остаются фармацевтическая и медицинская промышленность. Выпуск лекарств увеличился почти на 15,5%, а медизделий – на 10%».
Кто правит на этом рынке? Какова доля отечественного производителя? Доберутся ли санкции до нашего здоровья? В этих сложных и финансово ёмких вопросах и разбираются «Аргументы недели».
После введения первых, ещё «крымских», санкций до государственной машины стало доходить, что экономика наша, мягко говоря, очень зависима от импорта всего на свете. Начиная от детских игрушек и заканчивая жизненно необходимыми лекарственными препаратами. Но если без первого ещё можно обойтись, то отсутствие необходимых лекарств грозит социальным ворчанием. Был провозглашён курс на импортозамещение и лекарственную независимость.
Прошло почти 12 лет. И надо признать, что определённые успехи были достигнуты. По данным Минпромторга, на отечественные препараты приходится 63% от общего объёма фармрынка и 80% – от объёма госзаказа. По ряду групп эта доля может приближаться к 80%, но если рассматривать показатели в денежном выражении, ситуация выглядит иначе. В октябре 2025 г. министр здравоохранения Михаил Мурашко оценивал долю отечественных лекарств на всём рынке в 40% в денежном выражении.
В принципе всё правильно и верно, но есть ряд нюансов. Первое – система подсчёта. Рынок свинины, например, можно оценивать в тоннах мяса или в рублях. Несмотря на некоторый разброс цен, можно вывести некую среднюю стоимость тонны. Фармацевтический рынок оценивают как в рублях, так и в упаковках. Так вот, по подсчётам компании DSM GROUP (специализируется на исследованиях фармрынка), по итогам декабря 2025 г. доля лекарств, локализованных, то есть произведённых на территории России, занимала 66% аптечного рынка в натуральном выражении (в упаковках) и 51, 7% стоимостного объёма аптечного рынка (в рублях).
DSM отдельно подчёркивает, что в 2025 г. локализованные лекарства растут в рублях почти в два раза быстрее, чем импортные, именно это и приводит к тому, что их доля в денежном выражении перевалила за 50%.
Для сравнения: в 2022 г. доля локализованных лекарств составляла 45, 7% в рублях и 65, 1% в упаковках. Доля лекарств импортного производства в целом на рынке по итогам 2022 г. составила 55, 5% в рублях и 32, 3% в упаковках.
Тяжело искать молекулу в тёмной комнате
Мы начали с конца фармрынка: с продаж уже готовых лекарственных форм. Деньги там действительно крутятся серьёзные. Многие знакомые, да и мы сами часом хватаемся за сердце при виде ценников в аптеках. Они растут значительно быстрее и сильнее, чем официально признанная инфляция. Прошлый год, естественно, исключением не стал. Лекарственная инфляция, по подсчётам DSM GROUP, составила 6, 7%.
В 2025 г. локализованные лекарственные препараты (ЛП) дорожали существенно быстрее импортных по средней цене упаковки: средневзвешенная цена упаковки выросла на 17, 5% – до 347 рублей за упаковку в декабре 2025 года. В то же время на импорт цена упаковки выросла на 5, 5% – до 629 рублей за упаковку.
Но следует понимать, что иностранные производители больше реализуют «уникальные» позиции – оригинальные препараты и брендированные «дженерики-генерики». Российские лекарства в большом объёме выпускаются в виде небрендированных генериков несколькими предприятиями. Вопрос «какие из них эффективнее?», пожалуй, скорее риторический, чем спорный.
И в этом заключается ещё один нюанс, о котором стараются не говорить. По-настоящему российских лекарств в России практически нет. Выпускаются некоторые лекарственные препараты, разработанные ещё при советской власти, и «генерики-дженерики». Исключения есть, но именно в виде исключений. И виноваты в этом не производители, не учёные, не мы.
Сегодня созданием лекарства, а точнее, разработкой ингибиторов – основы для открытия новых лекарств – занимаются даже не суперкомпьютеры, а национальные суперкомпьютерные сети, объединяющие десятки и даже сотни самых быстродействующих машин в стране. Миллиарды комбинаций перебираются для правильного выбора среди существующих молекул кандидата в ингибиторы заданного белка-мишени. Или разработки новой молекулы.
У нас только один относительно мощный компьютер «Ломоносов‑2», входивший в топ-500 (покинул список суперкомпьютеров в 2024 г.), работает по научной тематике (закрытый ядерный центр в Сарове не учитываем, там машине хватает работы по профильной теме). Суперкомпьютеры «Яндекса», Сбера и прочих в научных разработках не засветились.
В любом случае, по подсчётам экспертов, средняя стоимость разработки одного лекарства составляет 2, 6 млрд долларов и 10 лет жизни. И только чуть больше 10% препаратов, которые дошли до первой стадии клинических испытаний, получат свидетельства регулятора. Есть у нас хотя бы один фармгигант, который захочет потратить столько денег и времени на разработку? Вряд ли.
Основа основ, начало начал
Если, как говорил Козьма Прутков, «зреть в корень», то локализованные в стране производства выпускают совсем не российские лекарства. Основа основ каждого препарата – активная фармацевтическая субстанция (АФС). Её доля в готовом изделии – порядка 80%. Именно она содержит вещества, которые делают лекарство лекарством. Без него таблетка – пустышка, плацебо. Ещё раз: нет субстанции – нет лекарства.
А теперь внимание, цитирую ТАСС: «Доля фармацевтических субстанций российского производства, необходимых для создания стратегически важных лекарственных препаратов, составляет лишь 6% от их общего объёма в килограммах. Об этом ТАСС сообщил президент компании «Активный Компонент» (крупнейший производитель фармацевтических субстанций в РФ) Александр Семёнов. «Если взять перечень стратегически значимых лекарственных средств (утверждённый правительством РФ 1 августа 2020 г.), где оговаривается, что эти лекарственные препараты должны производиться в России по полному циклу, включая субстанции, то примерно 5, 5–6% необходимых для них субстанций создаётся у нас, остальное – импорт. А если говорить про жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты (ЖНВЛП), то эта цифра составляет около 8%», – сказал он». Конец цитаты.
Сразу оговорюсь, что это интервью от 15 февраля 2021 года. До всех и всяческих санкций. Стала ли ситуация лучше? Даже по официальным данным – не стала. По оценкам отраслевых экспертов, фармсубстанции для стратегически важных препаратов в России остаются почти полностью импортозависимыми.
Учёные из РАН подтверждают, что в перечне стратегически значимых лекарственных средств (СЗЛС) на момент оценки из десятков наименований только 35 препаратов имели отечественного производителя субстанции, что подчёркивается академическими авторами как критический риск для лекарственной безопасности. А по перечню ЖНВЛП – хотя 63% лекарственных препаратов и производятся в России по полному циклу с точки зрения готовых форм, но только 30% торговых наименований ЖНВЛП реально производятся из российских субстанций, тогда как около 40% – из импортных АФС. Главные импортёры – это, естественно, Китай и Индия.
Кстати, маленький штрих: именно советские специалисты научили китайцев и индусов делать фармацевтические субстанции. Затем отечественного производителя успешно уничтожил господин Чубайс, переселившийся на берега Мёртвого моря. Сейчас на счетах индийских банков лежат десятки миллиардов долларов в их рупиях. Возможно, имеет смысл выкупить обратно технологии и фабрики по производству субстанций?
Это относительно краткий анализ нашей очередной зависимости от импорта. Сюда не вошли ни проблемы с импортным оборудованием для отрасли, ни головная боль с научными высокотехнологичными приборами, которые необходимы как для разработки, так и для стандартизации лекарственных препаратов.
Ах да – нужны ещё кадры: научные, инженерные, технические. Все эти проблемы не решить простым вливанием миллиардов рублей. Нужна государственная стратегическая политика. А не победоносные доклады, основанные на формальных цифрах. Фактически отрасль надо поднимать с нуля. В противном случае при введении санкций (а это вполне реально!) и Дели, и Пекин будут вынуждены подчиниться. И что будет тогда?