Сын — за отца
Москвич обвинил воронежского врача в смерти отца — следователи не могут разобраться в медицинских документах, но не назначают экспертизу.
Следователи Следственного комитета в Воронеже разбирают непростую ситуацию. Сын жителя Москвы, умершего после приема у воронежского врача, добивается возбуждения против медика уголовного дела. Он считает, что причиной смерти его родителя стало назначение уролога, которое вызвало у отца инфаркт головного мозга. Заявитель настаивает на том, что медик перед назначением препарата не провел всех необходимых исследований, в частности, даже не измерил пациенту давление, что в итоге и привело к инфаркту, а затем — и к смерти. Правоохранители уже более полугода пытаются разобраться в медицинских документах, но, видимо, обоснованных выводов по ситуации они сделать пока не могут. Тем временем убитый горем сын продолжает забрасывать их все новыми и новыми заключениями и справками. Пока безрезультатно.
Назначено принять
59-летний житель столицы Алексей Михайлов в марте 2024 года во время пребывания по делам в Воронеже обратился к местному урологу. Он нашел его через популярный сервис «ПроДокторов». Перед обращением изучил отклики других пациентов о враче, которые вызвали у него доверие к специалисту.
Придя на прием, он пожаловался доктору на свои возрастные проблемы. Тот за 10 минуты сделал узи почек, простаты, мочевого пузыря и половых органов, взял за это деньги, поставил диагноз и назначил лечение. Кроме прочего, назначение включало также препарат Йохимбин. Он в том числе нормализует половую функцию, но может проявлять и такое побочное действие, как повышение артериального давления.
Вернувшись домой в Подмосковье, Алексей направился в аптеку и приобрел почти все лекарства, которые назначил ему воронежский доктор, за исключением Йохимбина, и начал курс. Через пару часов в другой аптеке ему удалось найти Йохимбин и вскоре после его принятия, именно Йохимбина, он почувствовал себя плохо. Сначала систолическое давление поднялось до 160, потом — до 180, а в итоге — и до 200. Затем нарушилась речь, в левых конечностях появилась слабость. Пришлось вызывать скорую, которая сразу заподозрила инсульт и отвезла Алексея в больницу.
Таблетка ударила в голову
В больнице ему поставили диагноз «инфаркт головного мозга, вызванный неуточненной закупоркой или стенозом мозговых артерий» (медицинские документы имеются в редакции). В них также уточняется, что инфаркт произошел по ишемическому типу, и что пациент имеет гипертоническую болезнь III степени. Врачи спасли Алексея, но, пролечив, отправили на больничный на три месяца. После этого качество его жизни существенно ухудшилось, левая рука перестала слушаться, и он утратил возможность работать.
В случившемся Алексей Михайлов начал винить воронежского уролога. Позже в своих объяснениях он напишет, что врач, делая назначения, не измерил ему артериальное давление, хотя Алексей имел гипертоническую болезнь. С его слов, врачи, которые им занимались в больнице пояснили: Йохимбин противопоказан пациентам с таким диагнозом. Это же подтвердила ему и судебный медэксперт, которой он в частном порядке заказал заключение по своей ситуации.
После инфаркта мозга, мужчина продолжил урологическое лечение, обращаясь к другим врачам, на этот раз он старался выбирать специалистов с учеными степенями и профессорскими званиями. И каково же было его удивление, когда те, скажем мягко, высказали иные точки зрения на его диагноз, поставленный ему воронежским урологом.
Тогда он решил обратиться со своим случаем в Росздавнадзор. Ведомство провело свою проверку и ответило Алексею, что нарушений в действиях врача ревизоры не обнаружили, сведения заявителя о том, что во время приема ему не измерили давление, не подтвердились. В письме Росздравнадзора даже указано, что согласно проверенным документам частной клиники, артериальное давление у него было измерено и зафиксировано на уровне 125/85, и якобы его информированность о рисках лечения подтверждается его подписью. С такими выводами мужчина не согласился, так как хорошо помнил тот день и был уверен, что никаких подобных документов он не подписывал.
Однако довести этот вопрос до конца он не успел, потому что умер в январе минувшего года, не дожив несколько дней до своего юбилея.
Потерпевшего терзают смутные сомнения
Теперь призвать к ответу врача, который, по мнению Алексея, нанес вред его здоровью, собирается его сын — Никита Михайлов. Похоронив родителя, он пошел в следственный отдел по Коминтерновскому району г. Воронежа СУ СК России по Воронежской области с заявлением о проведении проверки в отношении медика.
Проверка его заявления длится уже восемь месяцев, но результатов она пока не принесла. Следователи за это время, очевидно, не смогли разобраться в медицинской документации, при этом судебно-медицинскую экспертизу по делу они не назначают.
Сейчас мужчина требует у правоохранителей изъять всю медицинскую документацию по его отцу из больницы, назначить комиссионную комплексную судебно-медицинскую экспертизу в столичном экспертном учреждении, чтобы исключить влияние местного врачебного сообщества на воронежских экспертов. При этом он ссылается на положения уголовно-процессуального закона о том, что назначение экспертизы в случаях, когда необходимо установить причину смерти, является обязательным.
Помимо этого, Никита Михайлов настаивает на том, что Росздравнадзор, разбирая кейс его отца, имел дело с подложной медицинской документацией, включая протокол приема, информированное добровольное согласие, карточку больного и даже договор оказания платных медицинских услуг. Он настаивает на проведении по ним почерковедческой экспертизы. Мужчина уверен, что подпись на них его покойному родителю не принадлежит, утверждениям об измерении его отцу давления перед медицинским назначением он не верит. А уверенность его проистекает из имеющихся у него документов, а также аудиозаписи, которую его отец сделал во время злополучного приема. Ее он также требует приобщить к материалам проверки.
Право на правду
Имя медика редакция не разглашает по этическим соображениям, а также исходя из принципа презумпции невиновности. Доследственная проверка еще не завершена, и мотивированное процессуальное решение с оценкой действий врача еще не вынесено. А оно может быть любым, в том числе и оправдывающим врача, ведь и переживающая горе утраты семья может быть необъективна в своих в обвинениях. Главное, чтобы это решение было мотивированным.
Журналисты «АН» не являются экспертами в сфере медицины. И данный материал не имеет целью обвинить кого бы то ни было в чем-либо. Однако заявления сына умершего мужчины выглядят и законными, и разумными. Граждане вправе рассчитывать на установление причин смерти своих родных, если имеют подозрения о том, что те ушли из жизни по чьей-то вине. Они вправе рассчитывать на соблюдение уголовно-процессуального закона и на привлечение к проверке их подозрений и заявлений экспертов, обладающих познаниями в узкоспециальных областях науки. И наконец, они вправе рассчитывать на законные и обоснованные решения правоохранителей, принимаемые в установленном законом сроки.
Редакция полагает, что в этом же заинтересован и врач, которого заподозрили в непрофессионализме и грубой ошибке: очистить себя от подобных подозрений в случае невиновности должно сейчас являться его приоритетной задачей.