Смена одного фашизма другим в Европе становится исключительно вопросом времени
В свете, точнее во мраке, последних событий, смена одного фашизма другим в Европе становится исключительно вопросом времени. Видимо, очень короткого. Нынешний «толерантный» и «демократический» фашизм будет заменён на его более привычную традиционную разновидность. Толпы ультраправых, выходящие на улицы Лондона, Парижа и других европейских городов против власти псевдолевых, опираются на все большие симпатии обезумевшего от проблем и страха обывателя. Всё идёт по старому и известному сценарию, недоступному невежественной идиотизированной толпе.
Поэтому важно поставить жирную точку в глупейших рассуждениях о том, что «фашизм и нацизм не одно и то же, и проблема в нацизме, а не фашизме». Гитлеровский нацизм - разновидность фашизма, и проблема всё-таки в фашизме. Как известно, фашизм - любимый инструмент капитализма, когда власть элит оказывается под угрозой.
Вспомним его определение, сделанное Георгием Димитровым в 1935 году: «Фашизм - это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических, наиболее империалистических элементов финансового капитала... Фашизм - это не надклассовая власть и не власть мелкой буржуазии или люмпен-пролетариата над финансовым капиталом. Фашизм - это власть самого финансового капитала. Это организация террористической расправы с рабочим классом и революционной частью крестьянства и интеллигенции. Фашизм во внешней политике - это шовинизм в самой грубейшей форме, культивирующий зоологическую ненависть к другим народам».
Для полноты картины, вспомним мнения выдающегося итальянского кинорежиссера Пьера Паоло Пазолини, раньше многих других, предсказавшего логику сегодняшнего самоуничтожения Европы. Пазолини, ещё в 60-е годы утверждал, что настоящий новый фашизм — это господство массовой культуры, телевидения и потребительства. Он говорил, что именно телевидение и индустрия рекламы уничтожают народные и региональные культуры, выравнивают различия, насаждают конформизм и послушание куда глубже, чем когда-либо делал Муссолини. Пазолини утверждал, что старый фашизм был варварством, но новый — куда страшнее, потому что он незаметен, он внедряется через телевидение, рекламу и культуру потребления, разрушая человеческую душу и народную память.
Психологическая суть фашизма лучше всего показана в фильме Пазолини «Салó», который вовсе не ужастик с порнографией, как его поняли невежды, а анатомия самой людоедской из идеологий.
Фашизм это обращение сверху к дрожащему от страха и осознания собственной ничтожности обывателю, с предложением ему стать частью великого всех объединяющего проекта, взамен на его готовность полностью отказаться от своей человеческой сути. Это ставка на самые низкие и скотские из наших инстинктов и обещание свободы их полного удовлетворения без каких-либо этических угрызений. Это единственная свобода, которую фашизм предлагает.
Так, первое, что израильские инструктора колумбийских ультраправых боевиков «парамилитарес», боровшихся с партизанами, требовали от своих учеников убить свою любимую собаку и разрубить её труп на куски. А на следующем этапе, уже колумбийские парамилитарес, узнав что отец кого-то из их бойцов коммунист, требовали от сына отрезать, принести и зажарить язык своего отца. К сожалению, это не из фильма Пазолини, а из повседневной реальности латиноамериканского фашизма, который не хуже и не лучше любого другого.
Самое трагичное в том, что когда на улицах Европы, власть нынешних наркоманов и тусовщиков сменится на стройные колонны ультраправых штурмовиков, для её жителей ничего не изменится. Просто верховная власть - финансовый капитал - поменяет управляющих регионального филиала.