Тройной удар: как немецкая подлодка уберегла британский флот от больших потерь
22 сентября 1914-го немецкая подлодка U-9 потопила сразу три британских крейсера. Для Соединённого Королевства это стало шоком и настоящей трагедией. Но были и те, кто решил: эта катастрофа пойдет на пользу флоту Великобритании.
До Первой мировой подводные лодки массово для выполнения боевых задач не применялись. Поэтому война стала для них своеобразным экзаменом – субмаринам надо было доказать свою эффективность. Экзамен был сдан успешно. В 1914–1918 годах подлодки наводили ужас на морских коммуникациях, топя как транспорты, так и различные боевые корабли. Кроме того, они зарекомендовали себя отличным средством морской блокады, нанеся тяжелый урон торговому судоходству.
Однако перед Первой мировой немногие понимали, каким потенциалом обладает подлодка, поскольку ранние представители этого класса кораблей были уязвимы, малоподвижны и ненадежны. На поверхности субмарины приводились в движение двигателями внутреннего сгорания – перед их запуском подводникам приходилось поднимать на палубе высокую и тяжелую выхлопную трубу, которую перед погружением нужно было снять и убрать. Эта процедура мешала быстрому уходу лодки под воду.
[embed]https://profile.ru/military/tragediya-pallady-kak-russkij-fl...[/embed]
Хуже того, это еще и демаскировало субмарину. К примеру, первые немецкие лодки U-5 – U-18 с двигателем Кертинга днем легко было обнаружить из-за дыма, валившего из выхлопной трубы, а ночью – из-за извергавшихся оттуда искр и пламени.
Субмарины были носителем грозного оружия – торпед. Но и здесь были неприятные нюансы. Впервые в боевой обстановке подлодка выпустила торпеду 9 декабря 1911 года. Это произошло во время Первой Балканской войны, когда греческая лодка «Дельфин» (французской постройки) атаковала турецкий крейсер «Меджиде» у Дарданелл. Атака завершилась неудачей: выпущенный с «Дельфина» подводный снаряд оказался неисправным и в цель не попал.
Из-за этого бытовало мнение, что ввиду своей малоподвижности подлодка – это не активный охотник, а такое же позиционное средство, как мина, и угрозу может представлять лишь целям, оказавшимся возле нее. Но и в этом случае шансы на победу невелики, поскольку у противника больше шансов обнаружить дымящую и искрящую лодку, чем наоборот.
Недооценка потенциала подлодок привела к тому, что накануне Первой мировой не были разработаны ни средства борьбы с ними, ни тактика защиты кораблей от подводной угрозы. Это было довольно странно, поскольку на предвоенных маневрах в разных флотах субмарины в учебных атаках доказали, что являются прямой и явной угрозой как для крупных военных кораблей, так и для мест их базирования.
[caption id="attachment_1757297" align="aligncenter" width="1200"] Немецкие подлодки в Киле перед войной[/caption]
Впрочем, речь могла идти не о непонимании, а об элементарной скупости. К примеру, историк Джулиан Корбетт писал, что британское Адмиралтейство изначально не стало защищать базы флота, считая их «вне досягаемости» подлодок. Когда же стало очевидно обратное, то пришлось задуматься о цене переустройства баз. Например, усиление ПЛО главной базы в Скапа-Флоу требовало столь значительных средств, что британцы задумались, а «стоит ли игра свеч».
Когда же война началась, то вскоре Великобритания была ободрена известием о том, что первая атака Гранд-Флита немецкими подводниками закончилась для них катастрофой.
Поскольку в Берлине полагали, что после объявления войны британский флот начнет вторжение в Гельголандскую бухту, то 10 субмарин с двигателями Кертинга были выдвинуты в район между Норвегией и Скапа-Флоу для разведки и атаки британцев. Субмарины шли туда строем широкого фронта, и для их экипажей, ранее плававших лишь в Гельголандской и Кильской бухтах, этот переход стал тяжелым испытанием.
Утром 8 августа 1914-го U-9 Отто Веддигена из-за технической неисправности вынуждена была вернуться на базу. Оставшиеся лодки пошли дальше на север в поисках вражеского флота. И в тот же день одной из них – U-15 Рихарда Поле – судьба дала шанс стать первой в истории лодкой, открывшей боевой счет. Утром 9 августа у острова Фэр Поле заметил эскадру британских дредноутов. Лодка атаковала торпедой один из них – «Монарх», но промахнулась.
[caption id="attachment_1757293" align="aligncenter" width="1200"] Британский дредноут "Монарх"[/caption]
Это событие совпало с началом переброски в Бельгию британских войск, которая производилась не конвоями, а отдельными транспортами, прикрытыми с востока эскадрами кораблей. Ожидая, что главные силы ВМС Германии нанесут по ним удар, Гранд-Флит вышел на перехват. В море ему пришлось столкнуться с немецкими субмаринами. Однако, несмотря на атаку U-15, дальнейшие события убедили британцев: подводный враг не так уж и страшен.
Гранд-Флит в море встретил дозор, состоящий из британских крейсеров. Один из них, «Бирмингем», доложил комфлоту адмиралу Джеллико, что рано утром 9 августа обнаружил подлодку без хода, на которой, судя по звукам, шел ремонт. Крейсер открыл по ней огонь, промахнулся и, когда та начала погружаться, протаранил ее на полной скорости, расколов пополам. Так свой конец встретила U-15. Кроме нее, на базу не вернулась U-13, пропавшая без вести после 6 августа.
[embed]https://profile.ru/military/istrebitel-linkorov-kak-kajzerov...[/embed]
Хоть первая попытка атаковать британцев и закончилась плачевно, немцы оценили потенциал своих подводных кораблей, преодолевших за поход более 1600 миль. Также за время этого похода были выявлены недостатки в конструкции субмарин, которые нужно было устранить.
Британцев же охватила эйфория после победы над U-15. Легкость, с которой «Бирмингем» отправил ее на дно, стала причиной убежденности, что подлодки не способны всерьез угрожать надводным кораблям. Но, как отмечали британские историки Гибсон и Прендергаст, дальнейшие события подействовали отрезвляющее на тех, кто «был усыплен чрезмерной самоуверенностью».
Немецкие субмарины продолжили охоту на британский флот. Успех был достигнут 5 сентября 1914-го, когда U-21 атаковала крейсер «Патфайндер». Изначально причиной его гибели сочли мину, но выживший командир крейсера утверждал, что тот был потоплен торпедой, пущенной с подлодки.
[caption id="attachment_1757294" align="aligncenter" width="1200"] Британский крейсер "Патфайндер"[/caption]
О том, что с субмаринами следует считаться, следующими доказали уже британские подводники. 13 сентября в Гельголандской бухте британская подлодка Е-9 торпедировала и потопила немецкое авизо «Хела». Становилось ясно, что катастрофа не за горами, но оптимисты в Великобритании игнорировали стук беды в дверь. Поэтому для их отрезвления потребовалась куда более горькая пилюля, чем гибель двух упомянутых кораблей.
На рассвете 20 сентября U-9 вышла в море, чтобы занять позицию у бельгийского порта Остенде и атаковать там военные корабли и транспорты. Спустя три дня она донесла, что утром 22 сентября потопила шестью торпедами три вражеских броненосных крейсера. Это были «Хог», «Абукир» и «Кресси».
Когда Веддиген занял позицию у плавучего маяка Маас, он обнаружил три вражеских крейсера без охранения из миноносцев. Британцы были уверены, что сильное волнение моря делает нападение подлодок невозможным. Но Веддиген считал иначе.
[caption id="attachment_1757296" align="aligncenter" width="1200"] Немецкая подлодка U-9 и ее командир Отто Веддиген[/caption]
Оценив выгодную обстановку – плохую видимость, постоянный курс противника и небольшое расстояние до крейсеров, Веддиген успешно атаковал торпедой головной «Абукир», и тот начал тонуть. К гибнущему кораблю подошли «Хог» и «Кресси», застопорили машины и начали спуск шлюпок для спасения экипажа «Абукира». Воспользовавшись этим, U-9 атаковала «Хог» двумя торпедами и снова имела успех.
После гибели двух крейсеров на подлодке перезарядили торпедные аппараты, чтобы напасть на третий корабль. Между тем британцы все еще не понимали, что атакованы лодкой, полагая, что тонут на минном поле. Прозрение наступило, когда на «Кресси» заметили перископ и открыли по нему огонь. Командир крейсера приказал дать полный ход, но было поздно, поскольку корабль был поврежден торпедой. Однако из-за того, что он продолжал держаться на воде, U-9 пришлось атаковать еще раз, чтобы добить «Кресси».
Успех Веддигена был ошеломляющим. Маленькая и не совсем надежная подводная лодка шестью торпедами за несколько часов словно играючи уничтожила три больших военных корабля. И хотя потеря устаревших крейсеров не нанесла ее флоту существенного ущерба, Великобритания была потрясена большим числом жертв.
[embed]https://profile.ru/military/submarina-protiv-linkora-pochemu...[/embed]
В то роковое утро удалось спасти лишь 837 человек, в то время как свыше 1400 британских моряков погибли. В результате, по мнению историка Корбетта, Адмиралтейству пришлось признать, что «с начала войны ничто еще столь ярко не обнаруживало, какой произошел переворот в области морской войны, какое значение получило еще недавно сравнительно скромное боевое оружие» – подводная лодка.
Офицеры ВМС Великобритании, как профессионалы, отнеслись к трагедии сдержаннее, видя в ней то, что раньше не желали замечать другие. Среди этих реалистов был и командир линкора «Сент-Винсент» Дадли Паунд – будущий командующий британским флотом периода Второй мировой. 24 сентября 1914-го в своем дневнике Паунд написал, что гибель трех крейсеров стала хоть и горькой, но зато отрезвляющей пилюлей для британцев, считавших немецкие субмарины «бесполезными». По мнению Паунда, успех Веддигена стал для британских ВМС «пробуждением, которое все равно рано или поздно должно было наступить, и оно могло бы сопровождаться потерей части нашего боевого флота».