Традиционные ценности - это те, которые не противоречат природе и Богу
Вчера прочитала у широко известного в узких кругах блоггера Сына Монархии две новости. Первая новость была о том, как какие-то дурналистики, суча ножонками от восторга, написали репортаж о первом сентября в одной из екатеринбургских школ, где в некоторых классах нет ни одного русского ребёнка, а на праздничную линейку пришла толпа разнаряженных замоташек в бруликах (они блеск любят, да...) и привела своих дочек, тоже уже замотанных.
Новость вторая - о том, как в Москве начали травить и угрожать "написать заявление" на русскую женщину, посмевшую сказать о том, что вокруг стало так много неславянских лиц, что ей страшно отпускать детей в школу. - https://t.me/SonOfMonarchy/32449
Ну вот, значит, прочитала я это, и решила написать исторические реконструкции. Но сначала - небольшое вступление.
У нас много говорят о традиционных ценностях и даже составили их список. Добрые русские люди согласны, что традиционные ценности это важно Тем не менее никоторые из них, в частности, тот же Сын Монархии, иногда задаются вопросом: а что же такое эти традиционные ценности? Лично я считаю, что традиционные ценности это те, которые не противоречат законам природы и законам Бога. Например, то что люди называют сексом и интимом, природой вообще-то задумано для размножения. Следовательно, крепкая семья, представляющая собой союз мужчины и женщины, в результате которого на свет появляются дети, является традиционной ценностью, ибо законам природы не противоречит, а вот всякие содомии, однополые браки, операции "по смене пола", движении типа чайлд-фри (всё это, к счастью, запрещено в России) - ценности нетрадиционные и нам чуждые.
А теперь главное. Нравится это кому-то или нет, но среди инстинктов, заложенных природой в человека, как, например, инстинкт самосохранения (кстати, основной инстинкт это именно инстинкт самосохранения, а не то, о чём вы подумали) и половой инстинкт, есть и инстинкт, который можно назвать инстинктом ксенофобии. С древнейших времён люди не любят и опасаются чужаков, ибо это помогало им выжить.
Например, представьте (переходим к реконструкциям) такую картину. Стая древних людей занимается своими делами - женщины собирают ягоды и коренья, мужчины собираются на охоту. Внезапно на горизонте появляется другая стая... Древние люди не знают, что этих других позже назовут неандертальцами, но у них есть инстинкт, который кричит им: это другие, это чужие, это те, кто убивает и пожирает ваших самок и детенышей! Спасайтесь, боритесь! Стая следует инстинкту - женщины хватают детей и бегут прятаться, мужчины берутся за дубины и камни и готовятся к борьбе... Стая выживает.
Проходят тысячелетия. Примерно на том же же месте, где когда-то бродили у меловых пещер древние люди, в теплый весенний полдень отдыхает на пригорке уставший от работы в поле парень. Внезапно он чувствует дрожь земли, вскакивает и видит, что по противоположному низкому левому берегу реки движется конная лава... Парень ничего не знает о других племенах (говорят, неподалёку, в лесах, живёт родственное и дружественное племя, из которого один из родичей даже умыкнул себе вторую жену), но у него есть инстинкт, который кричит ему: это другие, это не такие как мы! Мы высокие, стройные, русые и белокожие, мы сражаемся пешими и сеем хлеб, а те низкие, смуглые, кривоногие. Они как будто срослись со своими конями и за ними идёт стадо! Кажется, о чём-то таком однажды рассказывали старики! Надо бежать и срочно предупредить РОДичей об опасности, и пусть старики, женщины и дети на всякий случай уходят в лес, а мужчины бросают сохи и берутся за мечи... Парень успевает. Родичи предупреждены. Племя выживает.
Проходят столетия. Мы уже много знаем о других народах (хаживали мы и из варяг в греки, и за три моря, и в Новгороде принимаем заморских гостей, и литву да татар бивали) и никого не боимся. Но заложенные природой инстинкты по-прежнему, работают, хоть и с нюансами. Все знают, что МЫ - это МЫ, и это наша земля. Если ОНИ хотят здесь жить, работать, торговать, то милости просим. Но ИХ должно быть не очень много, они должны приносить пользу, и помнить, что они в гостях. Жить им лучше отдельно (немец, ступай на куКУЙ!), а если они вздумают, например, обманывать люд православный, то не приведи Бог видеть русский бунт. Кстати, если кто-то из НИХ захочет стать одним из НАС, то нет проблем - прими православие, выучи наш язык, полюби наши обычаи, и милости просим.
Снова проходят столетия, и мы, к прискорбию, видим, что нам в некоторых случаях нам начинают навязывать нетрадиционные ценности (напоминаем, что нетрадиционные ценности это те, которые противоречат законам природы и законам Бога). И встаёт вопрос: почему в НЕКОТОРЫХ случаях так получается? Почему опасения женщин, которые боялись, что их детей будут развращать содомитской пропагандой, услышали, а женщин, которые опасаются, что вокруг слишком много чужих, не слышат?
Мне кажется, что обеспокоенных женщин пора услышать. И не просто услышать, а сделать всё по традициям предков, описанным в третьем примере. То есть: если ОНИ, то есть пришельцы, хотят здесь жить и работать, то их должно быть немного, они должны приносить пользу, в некоторых случаях жить отдельно (например, если кто-то нанял иностранных рабочих, пусть разместит их в специальном общежитии под присмотром), соблюдать наши законы, и помнить, что они в гостях. И да, если кто-то из НИХ захочет стать одним из нас, то нет проблем - выучи наш язык, сбрей бороду, размотайся и прими православие. Как-то так.