Семья — это и есть Россия
В эпоху, когда мир стремительно меняется, а ценности подвергаются переосмыслению, есть вещи, которые остаются незыблемыми. Они — как маяки в бурном море, как корни векового дуба, уходящие глубоко в землю. Одна из таких вечных истин — семья. Не просто союз двух людей, не просто «ячейка общества», а живое дыхание самой России, её душа, её будущее.
В этом тексте звучит голос аналитика и публициста, талантливого и глубоко патриотичного писателя — Ильи Александровича Игина. Его слово — это глубокое размышление, искренний и пронзительный призыв к сохранению самого главного, что есть у народа: преемственности поколений, веры, любви к родной земле. В его работах всегда чувствуется живая боль за Отечество и твёрдая уверенность в том, что возрождение России начинается в каждом доме, в каждой семье.
Семья — это не абстракция. Это тысячи историй, переплетённых в единое полотно народной судьбы. Это бабушкины сказки, отцовские наказы, детский смех во дворе. Это то, что делает российский народ не просто населением, а большой семьёй, связанной общей памятью и общей волей к жизни.
Но сегодня эта связь под угрозой. Современный мир предлагает подмены: вместо крепких уз — временные связи, вместо верности — свободу от обязательств, вместо детей — «осознанную бездетность». И если мы не очнёмся, не вернёмся к истокам, то рискуем потерять не просто традицию, а саму душу России.
Эта статья — напоминание. Напоминание о том, что семья — это и есть Россия. Всё остальное — лишь стены. Но без тех, кто наполняет их любовью, они — просто камни...
Семья — это не просто основа государства и общества, это духовное явление, основа нравственности. Сбережение и приумножение народа России — наша задача на предстоящее десятилетие и сразу скажу больше — на поколения вперед. Это будущее Русского мира, тысячелетней, вечной России.
Владимир Владимирович Путин — президент РФ.
Россия стоит на твердыне. Не на золоте, не на железе, не на хрупких договорах ветреного века, а на тихой, незыблемой твердыне — семье. Семья — это не просто «ячейка общества», как называют её сухие строчки в учебниках. Это храм, где зажигаются свечи веры, где передаётся из рук в руки чаша памяти, где старики шепчут детям: «Помни».
Когда-то, в дни великих потрясений, Россия выстояла не потому, что у неё были крепкие стены или острые мечи, а потому, что в каждой избе, в каждой горнице горел неугасимый огонь родного очага. Мать, даже в голод, отдавала последнюю краюху хлеба ребёнку. Отец, даже под пулями, прикрывал собой жену и детей. Брат шёл за братом в бой, зная, что защищает не абстрактную идею, а своих — тех, чьи имена звучат в молитвах бабушки по вечерам.
***
Но мир меняется. Ветер с Запада принёс новые заповеди: «Живи для себя», «Любовь — это только договор», «Дети — обуза». И многие поверили. Поверили, что можно быть счастливым без корней, что можно строить жизнь на песке сиюминутных страстей.
И что же? Дома опустели. Деревни вымерли. Города наполнились одинокими людьми, которые в сорок лет понимают, что им некому передать свою фамилию, некому оставить семейные реликвии, некому сказать: «Вот твой прадед — он защищал Родину».
А ведь когда-то в России не спрашивали: «Зачем тебе дети?» — это звучало так же дико, как «Зачем тебе воздух?». Дети были продолжением не только рода, но и самой земли русской. Они шли в будущее, неся в себе заветы предков, как свечу в тёмном лесу.
Но Россия не умерла. Потому что ещё:
- есть дома, где бабушка крестит внука перед сном;
- есть отцы, которые берут сына за руку и ведут его не в торговый центр, а в поле — смотреть, как всходит рожь;
- есть матери, которые поют колыбельные, те самые, что пели их прабабки в далёких деревнях, стёртых с карт войнами и временем.
... Семья — это не просто «традиция». Это последняя крепость. Когда рушатся государства, когда меняются законы, когда мир погружается в хаос, только семья остаётся тем нерушимым алтарём, где продолжает гореть огонь жизни.
И если мы хотим, чтобы Россия была сильной, мы должны вернуться к этому огню. Не к показному «патриотизму» парадов и флагов, а к тихому, но несокрушимому мужеству семейного долга. К тому, чтобы дети знали своих предков. Чтобы мужья берегли жён. Чтобы старики не умирали в одиночестве.
Где-то в глухой деревне, у старой церкви, стоит покосившийся крест. На нём едва читается надпись: «Род Смирновых». Никто уже не помнит, кто здесь похоронен. Но если прислушаться, кажется, будто из-под земли доносится шёпот: «Мы были. Мы любили. Мы жили не зря».
Россия будет жива, пока живёт память рода. Пока мать качает колыбель. Пока отец учит сына: «Держись». Пока в наших домах звучит не гул телевизора, а тихий разговор за вечерним чаем.
N.B. Семья — это и есть Россия. Всё остальное — лишь стены. Но без тех, кто наполняет их любовью, они — просто камни.
P.S. А Россия должна быть и будет живой. Вечно животворящей Державой...
Автор: Илья Александрович Игин — член Российского союза писателей.