С Новым сельхозгодом, товарищи!
С боем курантов в ночь на 1 июля на всей территории России от Калининграда до Сахалина (и обратно!) наступил новый год, новый неофициальный сельхозгод. Значит, стоит подвести итоги ушедшего сельхозсезона-2024 и мечтать об успехах наступившего. Тем более что сельское хозяйство – это немалый кусок ВВП страны: в районе 5%. И по старой русской традиции это ещё и повод поговорить, как нам обустроить Россию.
Слова и дела
Надо сразу сказать, что оценки итогов прошедшего сельхозсезона очень сильно расходятся в зависимости от того, кто их оценивает. Лица официальные и облечённые властью, безусловно, говорят только об очередных героических победах в битвах за урожай. Лица, облечённые знаниями, но не властью, высказывают гораздо более сдержанную оценку «успехам» и даже говорят о потерях и негативных тенденциях. При этом и те и другие основываются на одних и тех же цифрах Росстата, так как другой статистики «у меня для вас нет».
Министерство сельского хозяйства итогами прошлого года весьма довольно. Вот главные тезисы из отчёта министра Оксаны Лут: «По итогам 2024 года Россия заняла третье место в мире по экспорту продукции АПК в тоннаже. Поставки продукции АПК за рубеж увеличились на 5% – до 109 миллионов тонн. В денежном выражении объём превысил 43 миллиарда долларов. Каждая четвёртая партия пшеницы в мире и каждая пятая ячменя были российского происхождения. Объём экспорта зерна составил рекордные 72 миллиона тонн. Наша страна лидирует по поставкам пшеницы, ячменя и мороженой рыбы, занимает ведущие позиции по подсолнечному и рапсовому маслам, гороху и ряду других продуктов».
Действительно, за прошедшие годы наша страна совершила гигантский рывок, экспорт продукции АПК вырос в 20 раз. Однако в денежном выражении пока мы занимаем всего 16-е место в рейтинге глобальных мировых поставщиков продукции агропромышленного комплекса, обогнав Великобританию, Турцию и Грецию. Но впереди США, Бразилия, Нидерланды, Германия, Китай, Франция, Канада, Испания, Италия и Польша. И даже Индия с Таиландом.
Президентом страны ещё несколько лет назад была поставлена задача увеличить объём экспорта продукции АПК более чем до 55 млрд долларов к 2030 году, что позволит России войти в десятку крупнейших экспортёров продовольствия. Однако все последние годы экспорт «плавает» вокруг 43 миллиардов. Да, по пшенице и подсолнечному маслу мы фактически в мировых лидерах, но запасы роста практически исчерпаны, да и цены на такое сырьё очень волатильны. Очевидно, что на зерне и масле 55 млрд заработать невозможно.
Это, конечно, понимают и в Минсельхозе, акцентируя внимание на увеличении поставок продукции с высокой добавленной стоимостью. Например, муки или макаронных изделий вместо зерна.
Но мировой рынок продовольствия давно и строго поделён. «Королева муки» Турция жёстко держит этот сектор и вряд ли пустит на него Россию. Да и ресурсов тягаться с Анкарой у нас маловато. Для сравнения, в нашей стране порядка 70 крупных мукомольных предприятий. В 2024 году они произвели рекордные 8, 23 млн тонн при возможности производить порядка 20 млн тонн.
В Турции же, по данным Европейской ассоциации мукомолов, более 500 мельниц, которые производят более 12 млн тонн пшеничной муки в год при общей производственной мощности порядка 30 млн тонн. Половина муки – 6 млн тонн ушли на экспорт, принеся турецким мукомолам почти 1,5 млрд долларов. Мы экспортировали 1,2 млн тонн в прошлом году на 300 млн долларов. Масштабы несопоставимы.
А вообще, по подсчётам центра «Агроэкспорт» при Минсельхозе, доля базовой сырьевой продукции в структуре экспорта занимает 79% от общего объёма, а доля готовой продукции – 21%. И пока эти показатели не поменяются местами, говорить о 55 млрд или о каком-то месте в десятке лидеров – кормильцев мира даже не смешно.
Картошка на вес золота
Прошлый сельхозгод ознаменовался ещё и тем, что наше национальное достояние – так называемый «борщевой набор» (картофель, капуста, морковь, репчатый лук, свёкла) из общедоступных по цене продуктов питания переехал в сектор только для обеспеченных россиян. По данным Росстата, в 2024 году он подорожал на 25–32% в зависимости от ингредиента. Например, средняя розничная цена репчатого лука увеличилась на 87, 2% год к году, достигнув 72, 3 руб. за 1 кг, а белокочанная капуста стала дороже за тот же период на 56, 8% – цена в рознице дошла до 75, 2 руб. за 1 кг.
Лидером стал «второй хлеб»: за период год к году стоимость картофеля в опте выросла в 4, 4 раза, до 51, 1 руб. за 1 кг, в рознице – почти в три раза, до 85, 4 руб. за 1 кг. С начала года в опте он подорожал более чем на 85%, и только за апрель – на 25%.
Основными причинами ценового галопа сразу назвали плохую погоду, неурожай и самих россиян, неудержимо поедающих вреднейшую для организма картошку. Несколько профильных чиновников даже публично зареклись есть этот корнеплод, мол, чтобы народу больше досталось. Увы, не помогло.
Действительно, прошлогодний урожай царским назвать сложно. Приличный недобор по всем основным группам товаров. По зерну в целом в сравнении с 2023 годом – минус 13% (собрали 125, 8 млн против 144, 9 млн тонн). В частности, по пшенице минус 11% (82, 5 млн против 92, 8 млн тонн). Полный провал по ржи: 1, 1 млн тонн, а в 2023‑м намолотили 1, 7 миллиона. По ячменю – 21%, по кукурузе – 16% в минусе, по гречихе – 18%, по гороху – 19%. В плюсе только рис.
Картофеля собрали на 12% меньше, чем в 2023-м: 17, 8 млн тонн против 20, 2 миллиона. Сахарной свёклы – на 15%: 45, 1 млн тонн вместо 53, 1 миллиона. Капуста в плюсе – 2%, морковь тоже в плюсе, но уже на 10%, свёкла столовая, та самая из «борщевого набора», в плюсе на 2%. Лук репчатый – минус 2%.
То есть, кроме картофеля и сахарной свёклы, остальные корнеплоды с овощами показывали либо незначительный, но рост, либо падение в рамках статпогрешности. И тут есть интересный момент. Именно эти два продукта были кардинально зависимы от импорта семян из недружелюбных к нам государств. После известных событий 2022 года государство ввело квоты на поставку семенного материала из этих стран, и крестьяне «с восторгом» перешли на отечественный. Вышеизложенные цифры Росстата – это и есть результат кампанейщины.
Селекционерам известно, что новые сорта, например той же сахарной свёклы, можно получить только за годы кропотливой полевой и лабораторной работы. А такая работа велась последние десятилетия на упрямстве учёных, но при полном игнорировании государства. И это «игнорирование» было ещё не самым плохим итогом.
Гораздо чаще, и об этом много писали «АН», земли научных организаций и даже засеянные опытные поля, решениями некоей правительственной комиссии просто изымались у собственника и передавались под застройку «человейниками». Так было с Институтом картофельного хозяйства, с Центром овощеводства, с Институтом сахарной свёклы и сахара. Зато сегодня с трибун те же самые люди, которые цинично подписывали бумаги по изъятию земли, говорят об импортозамещении и продовольственном суверенитете.
Алиса, я заблудился!
Поручение Владимира Путина о вхождении нашей страны в десятку лидеров мирового агроэкспорта прозрачно и понятно. Стране требуется уходить от сырьевых (нефть, газ, зерно и т.д.) экспортных доходов. Они слишком волатильны из-за геополитических разборок. Да и цену на биржах недружественных нам стран диктуют всему миру недружелюбные к нам конкуренты. Это место должны занять на мировом продрынке российские продукты с высокой добавленной стоимостью.
Но, для того чтобы даже попробовать войти на него, нужны государственные усилия, а практически вся экспортная торговля продукцией АПК находится в частных мохнатых лапках. И возникает замкнутый круг: государство не будет проводить стратегическую линию ради очередного ООО. А у этого ООО никогда не будет возможностей государства. Плюс 43 млрд долларов тихо, но ежегодно проплывают мимо бюджета, оставляя в нём только слёзки в виде налогов.
Многие эксперты высказывали идею о том, чтобы экспорт в стратегических секторах мобилизационной экономики (а у нас она именно такая!) был в государевых объятиях. При этом производители остаются частниками. Иначе говоря, сельхозпредприятие (агрохолдинг) или мелкий фермер на этапе сбора урожая сдаёт свою продукцию (зерно, фрукты-овощи, мясо и т.д.) государственным заготконторам оптом по приемлемым ценам. Это всё хранится на госбазах и распределяется оттуда либо на внутренний рынок, либо на экспорт. Такой своеобразный Росрезерв под контролем «везденоссующего» ИИ.
В такой конфигурации агропроизводитель может не ломать голову над рынками сбыта. Но и ему смогут через экономику навязывать, что именно с точки зрения государства, а не его личной маржи нужно сеять в этом сезоне. Государство со своей стороны будет контролировать продовольственные товарные остатки, предотвращая дефицит. Все доходы от экспорта пойдут в госкарман. Это плюс.
Появится новая бюрократическая структура, которую назовут в духе времени как-то типа «РосЕда». Придётся отменять мораторий на смертную казнь для регулярных расстрелов топ-менеджмента «РосЕды» за хищения государственной собственности. Это минус.
Это, конечно, была шутка. Но, согласитесь, сама тема очень серьёзная. Поэтому редакция «АН» будет писать о продовольственной безопасности ещё неоднократно.