Необходимо рассмотреть возможность разрешить публичные политические дискуссии на латгальском языке (латгальский является родным языком латгалов, проживающих в Латгалии, восточном регионе Латвии. – Прим. ред.). Об этом заявил омбудсмен латвийских общественных электронных СМИ Эдмунд Апсалонс.
Данное заявление Апсалонс сделал, комментируя скандал, возникший в ходе предвыборной муниципальной кампании. Тогда в дебатах LTV, в которых участвовали кандидаты в депутаты из Резекне, ведущий Гунтис Боярс попросил одного из политиков Андрея Морозова, представляющего список партии «Sarauj, Latgale!», перейти с популярного в Резекне латгальского на латышский.
Заявление Боярса вызвало недовольство ряда депутатов оппозиции сейма. По этому поводу было подано обращение омбудсмену общественных СМИ Апсалонсу. Который, с одной стороны, поддержал Боярса, заявив, что тот ничего не нарушил. А с другой – предложил в рамках подготовки к предстоящим в 2026 году выборам в сейм обсудить возможность использования латгальского в предвыборных дебатах.
Напомним, предыдущий скандал относительно использования латгальского в политике разгорелся в Латвии в 2014 году, когда на заседании сейма спикер парламента Солвита Аболтиня сделала замечание депутату Юрису Вилюмсу от Партии реформ, который произнёс речь на латгальском языке.
По словам Аболтини, Вилюмс «отлично играет в политический театр, но следует понимать, что не все присутствующие депутаты понимают, что он говорит». Она призвала коллегу соблюдать регламент, в котором сказано, что заседания проходят на государственном языке.
Вилюмс на это возразил, что в регламенте нет норм, запрещающих ему говорить на родном языке.
Официозные латышские специалисты в области языка заявляют, что латгальский является наречием латышского. Однако в Латгалии считают данный язык самостоятельным. Более того, латыши действительно слабо понимают латгальский, что свидетельствует о том, что данный язык является самостоятельным.
Литературная традиция латгальского языка начала развиваться в XVIII веке. Первая сохранившаяся книга, а именно «Evangelia toto anno», вышла в 1753 году. Орфографическая система была построена на основе орфографии польского языка. Напомним в этой связи, что до 1772 года основная часть Латгалии, где говорили на латгальским, находилась в составе Речи Посполитой. Исторически эта область называлась Инфлянтами Польским.
Латгальский язык активно развивался в Латвии с обретения независимости в 1918 году до переворота, организованного Карлисом Ульманисом в 1934 году. После установления в Латвии диктатуры Ульманиса использование латгальского языка в публичном пространстве было сведено на нет. На латышский язык перешли школы, прекратилось издание периодики, латгальский язык исчез из театров.
В 1920-1930-е годы в Сибири, куда в ходе Столыпинской аграрной реформы переселились несколько тысяч латгальцев, наладилось преподавание латгальского языка в школах, открылось латгальское отделение в Ачинском педагогическом техникуме, выпускались книги, газеты (Taisneiba, Jaunais Latgalīts) и журналы (Ceiņas Karūgs, Gaisma) на латгальском языке.
После вхождения Латвии в состав СССР латгальский «реабилитировали», но затем, с 1959 года, тогдашнее руководство Латвийской ССР вновь низвело латгальский до уровня диалекта, его изучение было вновь прекращено.
Прорывом стал выход в 1991 году фильма «Дитя человеческое» известного латвийского режиссера Яниса Стрейчса по одноимённой повести латгальского писателя Яниса Клидзея. Эта лента стала первым художественным фильмом на латгальском языке.
В настоящий момент в Латгалии развивается интерес к изучению латгальского языка, возобновилось издание книг и периодики. В 2020 году латгальские активисты выпустили первую медаль на латгальском – в честь столетия освобождения Резекне от большевиков.
Носителями латгальского языка в самой Латвии и в эмиграции являются около 150 тысяч человек.
Латвия не единственное место в Европе, где не допускают использование языков малых народов в сфере публичной политики. Так, в парламенте Дании отказываются дискутировать с депутатами, если они говорят на гренландском языке
Все попытки депутатов от Гренландии (их два. – Прим. ред.) произносить речи в парламенте Дании на своем родном гренландском языке наталкиваются на противодействие датского большинства. Да, они могут произносить речь с трибуны, но если тут же не переведут ее публично на датский, то им никто не будет отвечать.
Так, прошлой осенью депутат Фолькетинга (парламент Дании. – Прим. ред.) Аки-Матильда Хёг-Дам, представляющая в тот момент партию «Вперед» (в настоящий момент она перешла в партию «Ориентир». – Прим. ред.) выступила с восьмиминутной речью на гренландском языке, заранее предоставив перевод текста коллегам по парламенту. Однако спикер Фолькетинга Сёрен Гаде заявила, что «обсуждение речи невозможно, если она не произнесена на датском языке» и попросила депутата покинуть трибуну, сообщила Associated Press.