Сегодня судья поставила точку и стерла улыбку с лица Рубика Акопяна, который расправился с водителем Оки. Его мать откачивал весь суд

24 ноября 2024 года в городе Маркс Саратовской области обычная дорожная ситуация обернулась трагедией. На перекрёстке улиц Карла Маркса и Победы столкнулись два автомобиля: внедорожник Toyota Land Cruiser, за рулём которого находился 41-летний Рубик Акопян, и скромная «Ока», где ехали 32-летний Михаил Кутузов и его друг Алексей Соколовский. Казалось бы, мелкое ДТП — такие случаи случаются каждый день. Но то, что произошло дальше, шокировало всех.

Матери Рубика Акопяна стало плохо в суде

Акопян, по версии следствия, вышел из машины в ярости. Не вступая в долгие разговоры, он достал Макарова, который незаконно приобрёл и носил с собой, и открыл огонь по «Оке». Семь хлопков прогремели на тихой улице. Михаил Кутузов получил смертельные ранения и скончался на месте. Алексей Соколовский, сидевший рядом, был тяжело ранен, но врачи смогли спасти ему жизнь. Кроме того, одна из пуль попала в капот Renault Sandero, принадлежавшего другому водителю, Михаилу Мизеву, причинив ущерб на 68,3 тысячи рублей.

После пальбы Акопян, как ни в чём не бывало, сел в свой внедорожник и уехал домой. Его задержали через час.

Следствие: молчание и отрицание
Расследование дела началось сразу же. Акопяну предъявили обвинения по нескольким статьям: душегубство, совершённое общеопасным способом из хулиганских побуждений, покушение на душегубство двух человек, незаконное хранение оружия и умышленное повреждение имущества. Следствие установило, что "Макарова" Акопян приобрёл не позднее 14 ноября 2024 года и хранил их без разрешения.

Однако сам обвиняемый сотрудничать со следствием отказался. На допросах он молчал, не давая показаний. Его адвокаты, в частности Вера Потапова, настаивали, что дело сфабриковано, а Акопяна вообще не было на месте преступления. По их версии, он находился дома, «пил чай и читал книжку». Но доказательства следствия, включая свидетельские показания, записи с камер и баллистическую экспертизу, опровергали эти утверждения.

Скандалы в зале суда
Судебный процесс в Саратовском областном суде, начавшийся в мае 2025 года, стал настоящим испытанием для всех участников. Рубик Акопян вёл себя вызывающе с самого начала. Он отказывался признавать вину, прерывал заседания, оскорблял участников процесса и даже судью. «Ты, чмо, меня оскорбляешь!» — выкрикнул он однажды, обращаясь к одному из свидетелей. Его поведение было настолько агрессивным, что судья несколько раз удалял его из зала.

На одном из заседаний Акопян внезапно спросил: «А где женщина?» — намекая на некую свидетельницу, которая, по его словам, могла подтвердить его алиби. Но никаких конкретных доказательств он не предоставил. Адвокаты пытались оспаривать материалы дела, утверждая, что следствие допустило ошибки, а улики были подтасованы. Однако государственный обвинитель представил неопровержимые доказательства: хлопки, выпущенные из "Макарова" Акопяна, следы пороха на его одежде и показания очевидцев, видевших, как он палил.

Мать погибшего Михаила Кутузова, Елена, присутствовала на каждом заседании. Её боль была очевидна: она сидела в зале, сжимая в руках фотографию сына. На одном из слушаний она не выдержала и обратилась к Акопяну: «Таких, как ты, нельзя держать среди людей». Её слова повисли в воздухе, но подсудимый лишь ухмыльнулся.

Требования прокурора и потерпевших
В ходе прений сторон гособвинитель потребовал для Акопяна 25 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Прокуратура подчёркивала, что преступление было совершено с особой жестокостью: Акопян палил в беззащитных людей, не давая им шанса на защиту.

Потерпевшие подали гражданские иски на общую сумму 13 миллионов рублей. Вдова Михаила Кутузова требовала 9 миллионов, объясняя это потерей кормильца и отца её детей. Отец погибшего заявил иск на 2 миллиона рублей за моральный и материальный ущерб. Алексей Соколовский, выживший после ранения, просил 2 миллиона рублей за причинённые страдания. Прокуратура поддержала эти требования, настаивая, что действия Акопяна нанесли непоправимый вред.

Приговор: 24 года и миллионы компенсаций
19 июня 2025 года судья Олег Бодров огласил приговор. Рубик Акопян был признан виновным по всем пунктам обвинения. Его приговорили к 24 годам колонии строгого режима с дополнительным ограничением свободы на 1,5 года после освобождения. Улыбка, которая часто мелькала на его лице во время процесса, исчезла, когда он услышал вердикт.

Суд частично удовлетворил иски потерпевших. Вдова Михаила Кутузова получила 5 миллионов рублей, его отец — 1,5 миллиона, а Алексей Соколовский — 1 миллион. Также Акопяна обязали возместить 68,3 тысячи рублей за повреждение автомобиля Михаила Мизева.

В зале суда воцарилась тишина. Мать Михаила Кутузова, услышав приговор, закрыла лицо руками. Она позже призналась, что считает наказание слишком мягким: «Он отнял у меня сына, а его всё равно выпустят через 24 года». Алексей Соколовский, который перенёс несколько операций, молча кивнул, когда судья зачитал решение о компенсации.

Жизнь, оборванная на дороге
Михаил Кутузов был обычным человеком: автомеханик, любитель хоккея, отец и сын. Ему было всего 32 года. Его смерть стала ударом для семьи и друзей. Алексей Соколовский, чудом выживший, до сих пор проходит лечение. Их обычная поездка на «Оке» закончилась трагедией из-за минутной вспышки гнева другого человека.

Рубик Акопян, напротив, не проявил раскаяния. Даже в последнем слове он твердил о своей невиновности, утверждая, что стал жертвой «подставы». Но суд счёл доказательства неопровержимыми.

Теперь Акопяну предстоит провести почти четверть века за решёткой. Для семьи Михаила Кутузова и Алексея Соколовского это не вернёт утраченное, но, возможно, даст шанс двигаться дальше.