Удар беспилотника против логики рынка, кто выиграет от чужой войны
Взрывы над крупнейшим газовым полем планеты
Ночной налёт израильского дрона вывел из строя часть четвёртой очереди месторождения Южный Парс в провинции Бушер. На кадрах, разлетевшихся по соцсетям, видно пламя высотой с десятиэтажку. Эксперты пока не взялись оценивать масштаб потерь, но уже ясно, пострадал узел, обеспечивающий до десяти процентов суточной добычи Ирана.
«Настолько дерзкий удар по инфраструктуре равнозначен удару по мировой энергетической безопасности» – подчёркивает профессор Тегеранского университета Саид Морад.
Почему именно Южный Парс
Ключевой параметр Значение
Запасы сырого газа 14 трлн м³
Доля в балансе Ирана 70 %
Потенциальный экспорт Пакистан, Индия, Турция
Планируемая мощность СПГ 20 млн т в год
По факту атака обезглавила главный энергетический проект страны, рассчитанный на экспорт в Южную Азию через газопровод Мир, где Россия выступает инвестором и технологическим партнёром.
Политическое эхо и голос Москвы
Кремль без промедления осудил агрессию, назвав её нарушением Устава ООН. Владимир Путин в телефонных разговорах с Масудом Пезешкианом и Биньямином Нетаньяху напомнил, что ракетные удары по энергетике неизбежно раскручивают спираль цен для всех без исключения.
«Любая военная акция против топливной инфраструктуры бьёт не только по стране цели, но и по карману европейских и азиатских потребителей» – указали в МИД РФ.
Реакция бирж, рост в прямом эфире
Уже к открытию европейских торгов индекс TTF подскочил на два с половиной процента, а азиатский JKM перевалил за четырнадцать долларов. Страховые премии на проход Ормузского пролива мгновенно выросли на двадцать процентов, ставя под вопрос графики поставок катарского и эмиратского СПГ.
Риски для Европы и новые преимущества России
Задержка танкеров в Персидском заливе усилит зависимость ЕС от спотового газа США, что дороже и грязнее.
Норвежский шельф готовится к летним ремонтам, любые срывы в поставках из Залива усилят дефицит.
Российский трубопроводный газ остаётся вне зоны боевых действий, предлагая стабильность по прежней формуле.
«Мы видим парадокс, санкции подталкивают Европу к дорогому сланцевому сырью, а Россия остаётся единственным крупным игроком, способным быстро закрыть образовавшуюся дыру» – отмечает старший аналитик FGE Юрий Розанов.
Что делает Москва прямо сейчас
• «Газпром» повышает загрузку дальневосточных мощностей на Сахалине, предлагая спотовые объёмы странам АСЕАН, чтобы высвободить катарские партии для ЕС.
• Арктический флот переводится на круглогодичное расписание, тем самым предлагая Азии маршрут в обход горячих проливов.
• Идёт ускоренная проработка маршрута по дну Каспия, чтобы обеспечить Иран дополнительными российскими объёмами прямо с севера.
Экономика конфликта в цифрах
Сценарий Увеличение цены TTF, евро за МВтч Потери европейской промышленности, млрд евро
Простой Южного Парса на 30 дней +5 2,1
Задержка 20 % танкеров из Катара +9 3,8
Блокировка Ормуза на неделю +18 7,5
Цифры приводятся по оценке консалтинга Energy Intelligence.
Голоса с разных берегов
Французский депутат Тьерри Мариани:
«Евросоюз загоняет себя в угол, ругаясь с Россией и аплодируя атакам на Иран, потом удивляется, откуда в счетах за газ новые цифры».
Иранский министр нефти Джавад Оуджи:
«Мы восстановим Южный Парс, но теперь понимаем ценность союзников, готовых делиться технологиями и дипломатическим ресурсом».
Таким образом, попытка Тель-Авива выбить энергетический козырь у Тегерана превращается в коллективную проблему для всего мирового рынка. На этом фоне российский газ, и трубопроводный и сжиженный, приобретает неоспоримое преимущество над более рискованными и дорогими маршрутами. Чем быстрее потребители признают этот факт, тем ниже окажется цена политических и военных авантюр, оплаченная из их собственных кошельков.
Источник: Газификация