Математики в России перевелись или их у нас сманили?
Впервые за 50 лет российские школьники не получили ни одной золотой медали на международной олимпиаде по математике. Тем более обидно, что первое место заняла команда школьников из США (у них пять золотых медалей), опередив китайцев (4 золотые). К слову, украинские ребята завоевали две золотых медали. Это итог реформ в образовании, в частности, математическом? Ведь во всех других олимпиадах — по физике, биологии, информатике — «золота» полно.
Разве поглупели?
Концепция развития математического образования в РФ была принята ещё в 2013 году. В 2011 году внедрена программа по отбору талантов. Получается, пока эту сферу не реформировали нерадивые чиновники министерства образования, дети завоёвывали первые места?
«Результат грустный и тревожный, но, говоря математическим языком, пока не статистически значимый, поскольку это всего лишь одна такая олимпиада, — считает Евгений Бунимович, уполномоченный по правам ребёнка в Москве, заслуженный учитель РФ, главный редактор журнала «Математика в школе». — При том, что в олимпиаде всегда выступают действительно умные и талантливые ребята, надо понимать, что всё-таки это спорт высших достижений, может быть, их перетренировали или недотренировали... И я бы не стал связывать это с общим уровнем математического образования. Как известно, в Советском Союзе мы были первыми в зачёте на всех олимпиадах, а здоровье нации и средняя продолжительность жизни, экономика от наличия таких умов и талантов в стране не блистали.
Долгие годы быть лидером — это серьёзное испытание. Те команды, которые сейчас выигрывают, те же США, абсолютно спокойно и без каких-то комплексов переняли и наш опыт, и наши методики подготовки детей, и наших тренеров, с чем их можно поздравить. А нам нужно двигаться дальше, усовершенствовать технологии».
Под одну гребёнку
«Что реально вызывает тревогу? Сегодняшняя модель общего образования нацелена на усреднение и унификацию всего — единые экзамены, единые учебники (даже в Думу вносят такие предложения регулярно), форма, все школы должны давать единый уровень образования, и ещё куча таких вещей, всё даже не единое, а одинаковое. Но если мы это провозглашаем, то не ждите, что у нас появятся особые уникальные таланты. Так не бывает. Чтобы выявить и развить таланты, нужна индивидуальная работа с детьми. Унификация не то чтобы специально ударяет по математической олимпиаде, но она всё равно ударяет по всему штучному, не вписывающемуся в общую типовую ситуацию. А такие дети — они все штучные. И система оценки в виде ЕГЭ таких детей не выявляет никак. Все наши математические звёзды последних лет, которые получили филдсовскую премию, тот же Г. Перельман, вышли из одной-двух школ, и имена их учителей можно посчитать на пальцах одной руки. Это надо ценить и всячески поддерживать, а не унифицировать. Да, такой учитель, наверное, не очень может работать с ребятами другого типа. А теперь ему говорят: извини, ты должен учить всех, а иначе тебе не место в школе. В спорте, к примеру, почему-то никто не говорит, что одному человеку нужно одновременно тренировать сборную страны и дворовую футбольную команду. Я за дворовую футбольную команду. Пусть их будет как можно больше. Но тренеры у них должны быть разные!»
«Плюс олимпиадное движение совершенно дискредитировало себя в последнее время. Поскольку через олимпиады теперь можно поступить в вуз, то чистая, прозрачная и всегда строившаяся на энтузиастах система, конечно, тоже вписалась в общую непростую, непрозрачную коррупционную схему. Ей заинтересовались совсем другие люди, чем раньше. И это огромная опасность для наших прекрасных традиций математических олимпиад».
Слова есть, поддержки нет?
А сколько было в последнее время заявлений о том, что надо поддерживать талантливую молодёжь, что надо расширять сеть специализированных учебно-научных центров по стране, где учат талантливых детей, как, например, СУНЦ при МГУ им. Ломоносова, при Новосибирском госуниверситете и другие. Такие центры сейчас, кстати, усиленно создают у себя Южная Корея и Китай. Говорят, в Минобрнауки уже есть проект подобных центров во Владивостоке, Калининграде, Крыму... Остаётся надеяться, что это всё не обратится в декларацию благих намерений, а реально заработает. Как часто бывает: чиновники программу подписали, на места спустили, а дальше выплывайте сами, как знаете. А именно так и получается на деле.
«Я недавно разговаривал с директорами тех самых элитных школ, где занимаются с талантливыми детьми, — продолжает Евгений Бунимович. — И меня поразило вот что. Вместо того, чтобы рассказывать мне, как государство им помогает, что было бы естественно, они в основном жаловались мне, как они в нынешних условиях вынуждены выживать. Что довольно странно, учитывая недавнее специальное постановление о математическом образовании. Могу сказать, какие именно там есть проблемы. Например. Для таких ребят очень важно, чтобы с ними работали с самого начала студенты, профессура университета, а не только школьные учителя. В нынешних условиях, когда всех совместителей из образовательных учреждений стараются выдавить и сократить, это становится невозможно. Штучные наработки не вписываются в общие схемы. И каждый раз руководству школ заново приходится отбивать каждого преподавателя-совместителя, новую технологию обучения.
Математика — это пока ещё та сфера, где нам не нужно самим себя уговаривать, что мы лучше всех. Это знает весь мир. Наши традиции идут ещё с 30-х годов прошлого века, когда появились первые математические кружки, математические олимпиады. Эти традиции у нас теперь перенимает весь мир. Но мы и сами должны их развивать, а не вписывать в общие, совершенно ходульные для этой уникальной ситуации схемы».
Океаны инноваций
То, что не талантливые дети перевелись, а почти исчезли талантливые неравнодушные преподаватели, подтверждает Виктор Болотов, академик Российской академии образования, доктор физ.-мат. наук, научный руководитель Центра независмого мониторинга качества образования НИУ «ВШЭ»: «С сильными ребятами у нас всё в порядке, а вот проблема плохой работы со сборной существует. Почему такие хорошие результаты у американцев? Их сборную и сборную Израиля готовят наши преподаватели, которые туда в своё время уехали».
Министерству образования надо перестать гнаться за реформами и проектами, а обратить внимание на детей. Как сказал Майкл Барбер, профессор Гарвардского университета, «когда у реформы к ребёнку ноль интереса, в образовании наступают сумерки». У нас же как — только предложили идею, а через пять минут снизу уже докладывают — всё введено! В погоне за креативными идеями нельзя забывать о людях — о детях, их родителях, школьных учителях. В чём образовательные секреты Южной Кореи, Китая? По мнению профессора Барбера, там крайне озабочены педагогическим образованием, вкладывают в него огромные деньги. Учитель — это главное, с чем должно повезти в жизни ребёнку, иначе потенциал растратится впустую. Живут же миллионы людей в мире, которые "могли бы, но не стали"».