«Мы вас закопаем!»: самые скандальные поступки Никиты Хрущева

3 сентября 1953 года СССР вступил на новый этап эволюции. В этот день первым секретарем ЦК КПСС и фактической главой государства стал Никита Хрущев. «Вопреки всему здравому смыслу», - непременно бы дополнили нас недоброжелатели Никиты  Сергеевича.

Репутация, среди других высоких товарищей у Хрущева была не самой достойной. «Шут, дурачок, неуч», - высокомерно отзывались о нем старые большевики сталинской гвардии. Отзывались про себя или в надежных, герметичных кулуарах власти. Интеллектуалом Никита Сергеевич, конечно, не был, но и имбецилом его назвать нельзя. «Обезьяна с гранатой» - вот наиболее точная характеристика нового первого секретаря ЦК КПСС. Правда, тогда этой идиомы еще никто не знал…

 

«Если вы живете среди волков вы должны действовать, как волк»

Первую свою гранату, осколки которой разлетелись по всему миру, Никита Сергеевич взорвал утром 25 февраля 1956 года – в последний день XX-ого съезда КПСС. Хрущев прочитал доклад «О культе личности и его последствиях», в котором камня на камне не оставил от репутации Иосифа Сталина. Это было равноценно тому, если бы сегодня перед американским конгрессом выступил президент Обама с обвинениями президента Джорджа Буша в организации «нового мирового порядка».

Наивно полагать, что Никита Сергеевич действовал как отморозок. Без поддержки товарищей Хрущев не рискнул бы даже произнести имя Сталина, не используя «наш вождь и учитель». Не исключено, что Иосиф Виссарионович до сих пор составлял бы компанию Ленину в мавзолее на Красной площади. Однако, в феврале 1956 года, сложилась такая политическая конъюнктура, при которой одной группировке выгодно было «спрыгнуть» с имени Сталина, чтобы получить хорошее тактическое преимущество перед другим, больше завязанном на культе вождя, кланом. И лицом этого «прыжка» посчастливилось стать именно Никите Сергеевичу.

 

«Наши цели ясны, задачи определены! За работу, товарищи!»

Конечно, Хрущев едва ли мог равняться по харизме прошлым советским вождям: вероятно, этот факт и определил линию поведения, ролевую модель первого секретаря ЦК КПСС. Он стремился все время удивлять, потому что был уверен, чтобы вырвать имя Сталина из сердца советских людей, нужно совершить что-то экстраординарное, что-то фантастическое. Например, отправить человека в космос. Интересно, что десталинизация в СССР проходила бок о бок с освоением космического пространства.  После развенчания культа личности Сталина на XX-ом съезде Хрущев, в 1957 году, запустил первым спутник. Ну, а после того, как Гагарин сделал круг вокруг Земли, Никита Сергеевич со спокойной душей предал тело Сталина Земле. Народ даже не пикнул...

 

«От саксофона до ножа — один только шаг!»

Хрущеву очень нравился образ миротворца. После XX-ого съезда в отношениях с Западом он планировал придерживаться этой ролевой модели. Но очень короткое время… Уже в марте 1956 года в Грузии были жестоко разогнаны выступления в поддержку Сталина. На это Запад закрыл глаза. Однако уже осенью 1956 года армия СССР жестоко подавила восстание в Венгрии. Именно в этот момент Никита Сергеевич понял, что для роли миротворца важно иметь сильную харизму, как у Сталина, перед которым испытывали физиологический страх даже главы США и Англии. На заседании Политбюро ЦК КПСС, которое должна было принять решение по Венгрии, он сказал следующее: «Если мы уйдём из Венгрии, это подбодрит американцев, англичан и французов империалистов. Они поймут [это] как нашу слабость и будут наступать». Вероятно, тогда Никита Сергеевич понял, что ему уготована в мире роль «обезьяны с гранатой», роль придурка. Но придурка, за которым стоит империя.

 

«Кто ударит нас по щеке, тому мы голову оторвем»

 

Хрущев постоянно рефлексировал на тему, как его воспринимают империалисты. Для внутреннего рынка существовал другой Никита Сергеевич – «лысый отморозок». Разумеется, с гранатой.  И с этим образом первый секретарь успешно справлялся. С одной стороны он запустил программу по реабилитации репрессированных, что требовал политический момент. А с другой – он утюгом прошелся по простому народу.

Сначала Никита Сергеевич весной 1957 года фактически объявил внутренний дефолт, приняв решение о прекращении выплат по всем выпускам «сталинских» облигаций, которые были в свое время «обязательными» и на подписки на них ежегодно у советского гражданина уходило порой до трех месячных окладов. Ну а вскоре, «по просьбе трудящихся», было решено повысить розничные цены на мясо и мясные продукты на 30 %. Это привело к массовым волнениям во многих городах. Но самая страшная трагедия произошла весной 1962 года в Новочеркасске, когда демонстрация рабочих была подавлена с помощью пулеметных очередей.

 

«У нас один спорный вопрос - земельный: кто кого закопает»?

Mister Khrushchev said «We will bury you» - тревожно пел Стинг в песне Russians в 1985 году. Никита Сергеевич в своем самоутверждении сумел нагнать страх на несколько поколений «империалистов» своим неадекватным поведением. Больше всего Хрущеву полюбилась фраза «мы вас закопаем». Ему очень нравилось выступать в образе «могильщика капитализма», нравилось напрягать, как гопнику, чувствующего в кулаке вес кастета и мощь ватаги за спиной, нравится задирать прохожего.  Он напрягал Кеннеди, он напрягал Никсона, и чувствовал от этого эмоциональной подъем «беспредельщика».

Очень яркой иллюстрацией характера Хрущева является эпизод его встречи с одним американским сенатором. Американец понравился Никите Сергеевичу, и он поинтересовался «Откуда вы?» - «Из Миннеаполиса». Первый секретарь ЦК КПСС подошел к карте мира, обвел карандашом Миннеаполис и пошутил: «Это чтобы я не забыл, что этот город должен уцелеть, когда полетят наши ракеты».

 

«Если вы начнете бросать ежей под меня, я брошу пару дикобразов под вас»

Хрущева можно смело можно считать первым человеком в мировой политике, кто не побоялся выступить в роли «фрика». Имидж Никиты Сергеевича при разном тюнинге примеряли многие политики, но вряд ли кто-то из них хоть немного приблизился к способности Никиты Сергеевича подобрать метафоры. Одной из таких метафор в конце 1950-ых Хрущев огорошил американского посла, дав анализ действий канцлера ФРГ Конрада Аденауэра: «Мы никогда не примем Аденауэра как представителя Германии. Если снять с него штаны и посмотреть на его задницу, то можно убедиться, что Германия разделена. А если взглянуть на него спереди, то можно убедиться в том, что Германия никогда не поднимется».

«Когда дело доходит до борьбы с империализмом, мы все сталинисты»

Многие зарубежные коммунисты видели в «отмороженности» Хрущева некую злонамеренность. Человек, который обещал, что «нынешнее поколение будет жить при коммунизме», всем своим образом, всеми своими акциями будто бы желал девальвировать саму коммунистическую идею. Некоторые политические аналитики даже считали, что развенчание культа Сталина было рассчитано именно на внешний рынок – в 1950-ых годах Иосиф Сталин был настоящей иконой как для коммунистов, так и для протестной молодежи всего Запада. Хрущев же все делал для того, чтобы очистить зарубежные партии от сталинистов: порой для этого он использовал трибуну ООН. Но самый большой подарок «империалистам» он сделал, разорвав отношения с Китаем преданного сталиниста Мао Цзэдуна: союз Китая и СССР был самой серьезной угрозой для империалистов.

Сейчас сложно говорить, были Хрущев троянским конем в международной коммунистическом движении, но то, что он внес весомый вклад в подрыв авторитета марксизма в мире, не поддается сомнению.

В тексте использованы цитаты Никиты Хрущева