Медведев предсказал отказ Европы от российского газа

Что ждет Россию, когда ЕС введет новый углеродный налог.

России пора готовится к углеродному налогу, который планирует ввести ЕС под флагом борьбы за спасение климата, заявил заместитель председателя Совбеза РФ Дмитрий Медведев. «Надо подумать о том, как поддержать наиболее уязвимые предприятия и отрасли в случае, если такие решения вступят в силу», — сказал он.

Ожидается, что «климатический» сбор начнет применяться уже с 2025 года. Компании, которые поставляют свои товары на европейский рынок и в процессе их производства сжигают много ископаемого топлива, заставят платить порядка 30 евро за каждую тонну углекислого газа, попавшего в атмосферу.

Под ударом энергетика, черная и цветная металлургия, химическая промышленность. Поставки российской нефти, угля и металлов в Европу могут значительно сократиться. По оценкам Академии наук, финансовые потери отечественных экспортеров составят миллиарды евро из-за недополученной прибыли, пояснил Медведев.

Зато конкурентоспособность европейских товаров резко возрастет. По сути, речь идет о скрытом протекционизме под прикрытием климатической повестки, констатировал экс-премьер. И добавил, что планы ЕС ввести углеродный налог, без каких-либо ограничений или комментариев, противоречат нормам действующих международных соглашений, включая рамочную конвенцию ООН по изменению климата, и беспокоят не только Россию, но и целый ряд других стран, в том числе США и Китай.

Новый налог — новая война

Действительно, новый налог от ЕС больше похож на меру, которая призвана защитить внутренние рынки от конкуренции, соглашаются независимые эксперты. Если отбросить правильные разговоры об экологии, европейский налог на углерод окажется ничем иным, как протекционистской мерой для местных компаний.

Учитывая проблемы мировой экономики, это выглядит абсолютно логичным и очевидным, — отмечает эксперт информационно-аналитического центра компании Hamilton Антон Гринштейн.

В первую очередь возникает вопрос, как европейцы собираются определять выбросы каждого конкретного производства, добавляет ведущий аналитик Forex Optimum Иван Капустянский. Или же они должны ввести коэффициенты для каждой страны, которые будут определять налог. Судя по имеющейся информации, европейцы сами этого не знают. Как бы то ни было, данное решение втянет ЕС в мировую торговую войну, предсказывает эксперт.

Когда на твоем главном рынке сбыта меняются правила, это — повод для беспокойства. А когда меняются принципы, да еще и точно против тебя, это повод для того, чтобы готовиться к ожесточённой схватке, — подчеркивает Гринштейн.

Пострадают все

Поскольку пока непонятно, как именно ЕС будет подходить к начислению углеродного налога, оценить потенциальный ущерб для российской экономике сейчас крайне сложно, но очевидно, что потери будут огромными, уверен Капустянский. По оценкам аудиторской компании KPMG, российские экспортеры ежегодно будут терять более 3 миллиардов евро.

Налог негативно отразится на стоимости российских товаров. Более того, отсутствие четкой, а главное признаваемой и в России, и на Западе системы учета выбросов, позволит европейцам брать устаревшие нормативы времен 30−40-х годов прошлого века и говорить, что российские компании, например, должны уплатить налог за 4 тонны CO2 за каждую тонну стали, допускает аналитик.

Также компании ЕС получают налоговую льготу на сумму уплаченного налога. Из-за этого цены на российскую продукцию могут взлететь значительно по сравнению с тем, что произведено в ЕС, — уточняет он.

При этом рассматривать углеродный налог как антироссийский не стоит, считает эксперт. Пострадают все экспортеры углеводородов, металлов и других товаров, не только из России. Однако, учитывая отсутствие четкой методологии, Еврокомиссия может насчитать кому-то меньше налогов, а кому-то больше, признает аналитик. Это может зависеть от того насколько будет высока потребность и невозможность производить товар внутри Европы.

Готовимся к худшему

Наибольший финансовый ущерб будет нанесен компаниям сектора традиционной энергетики и металлургии — основам российской экономики, предупреждает Гринштейн. По понятным причинам, производство продукции именно этих отраслей сопровождается максимальными выбросами CO2.

Умножим это на то, что более 45% российского экспорта идет именно на европейский рынок, и получим крайне негативный результат, с возможным уменьшением российской доли в пользу стран с более «чистой» продукцией, — рассуждает эксперт.

По его словам, это могут быть и государства, наиболее продвинутые в технологическом плане (в отличие от России), и те, кому просто «повезло». Например, некоторые исследования говорят, что при сжигании ближневосточной нефти выделяется значительно меньше углекислого газа, чем при сжигании российской. Для Саудовской Аравии, это станет прекрасной возможностью подвинуть российских производителей.

При введении углеродного налога экспорт российской нефти в Европу почти наверняка сократится, считает аналитик. Однако объемы этого сокращения, оценить сейчас просто невозможно. За пять лет ситуация на энергетическом рынке может преобразиться очень сильно, если не сказать кардинально.

Еще не закончился коронакризис, политические разногласия могут вновь усилиться, особенно после американских выборов, так что, скорее всего, разумно было бы готовиться к худшему сценарию, с потерей Россией значительной доли на европейском нефтяном рынке в ближайшие 10 лет, — заключает Гринштейн.