Бедность в России обходится слишком дорого

Революция сверху

Волну, как известно, первым запустил известный предприниматель Араз Агаларов, хозяин торгово-развлекательного и выставочного комплекса «Крокус». У него, кажется и в богатой Москве вот-вот закончатся покупатели, хотя он, скорее всего, неплохо знаком с легендарным тезисом основоположника всех современных экономических теорий лорда Кейнса об эффективном спросе. Без него, как известно, в мире развитого посткапитализма никто даже канавы рыть не станет. Эффективный спрос предполагает благополучное платёжеспособное население, склонное также и к накоплениям, которые можно аккумулировать и инвестировать.

Волну Агаларова подхватили вплоть да самого верха и чуть ли не из-за этого вдруг самораспустилось правительство. Правительство, между прочим, на протяжении восьми лет стойкое, как скала, невзирая на кризисы и санкции. Нет, отдельные персонажи в нём менялись, кое-кого даже посадили, причём надолго, но преемственность курса, практически обозначенного сентенцией «денег нет, но…», никуда не делась.



Однако не так давно уже каждому школьнику стало понятно, что на самом-то деле деньги есть, и денег так много, что в том самом правительстве плохо представляли, что же с ними делать. За вложения в доллары и ещё нечто вроде того можно получать похвалы только от МВФ, а народ в какой-то момент, вообще-то, и спросить вправе: «Где деньги, Зин?»

Благо пенсионную реформу успели провернуть до того, как «у котят глазки прорезались». Теперь же впору оглобли поворачивать. Ну как тут не уйти в отставку. Тем более что момент такой подходящий, да и за конституцию сам её гарант предложил всерьёз взяться.

В социальном государстве забота о гражданах в рядах власть имущих долгое время считалась едва ли не дурным тоном. Все попытки коммунистических фракций хотя бы поднять в Думе вопрос о повышении минимального размера оплаты труда, как правило, встречали жёсткое неприятие со стороны коллег-законодателей. Малоимущих у нас обычно предпочитают «осчастливить» прямым распоряжением сверху, причём лучше всего – с самого верху.

Буквально на днях повысили пенсии и социальные выплаты, выделив под это аж 26 бюджетных миллиардов, в то время как без дела болтаются триллионы, а воруют у нас, по выкладкам Счётной палаты, в десятки раз больше. И это ежегодно, заметьте. И это только то, что удалось вычислить аудиторам СП РФ.

Пенсионерам же перепадёт по тысяче-полторы при самом лучшем раскладе, детям – чуть поменьше, инвалидам и ветеранам – немногим больше. По словам председателя думского комитета по образованию и науке Геннадия Онищенко, с которым не поспоришь, хоть прибавка и невелика, она очень важна в социальном плане.

Спасибо и на том, конечно, особенно за материнский капитал уже первому ребенку. Что называется, давно пора было. Иначе просто вымрем.

По волнам его памяти

Немногие сегодня вспомнят, что идея ввести фиксированные минимумы зарплат для бюджетников не раз всплывала и раньше. И уж тем более давно забыто, под какую обструкцию коллег и даже деловых СМИ попал когда-то Александр Починок (ныне покойный), едва ли не первым официально выступивший с таким предложением.



Между прочим, Починок был одним из предшественников нового российского премьера как глава налоговой службы, причём в ранге министра, и на этом посту особой щедростью не отличался. О бедных он вспомнил позже, миновав пост министра по социальным вопросам, и став уже «только» советником в аппарате правительства.

Зато многие ещё не забыли, что в Советском Союзе, несмотря на всю декларируемую сегодня мизерность зарплат и пенсий, копить на старость считалось нормой. По большому счёту, начало было положено пресловутыми сталинскими облигациями, которыми всем госслужащим и большинству работяг выдавали до половины зарплаты.

Много лет спустя, по облигациям, между прочим, рассчитались без каких-либо перерасчётов и урезаний. Не обманули никого, если только люди сами от «бумажек» без цены не успели избавиться. В этом, увы, их коренное отличие от вкладов в Сбербанке, а если конкретно — в сберкассах, которые на рубеже перехода из СССР в Россию, как и в другие республики, благополучно сгорели в огне гайдаровской «шоковой терапии».

Никаких планов реальной, а не липовой, как было проделано не так уж и давно, индексации или компенсаций старых вкладов никто даже не озвучивает. А ведь заодно с банковскими вкладами у очень многих стариков инфляция в начале 90-х съела и их «гробовые» — накопления в наличных, спрятанные под матрасы или же в потайные секции дореволюционных буфетов.




С тех пор люди в России предпочитают не копить всерьёз и надолго. И после того как для большинства россиян стала вполне реальной перспектива «сгорания» даже пенсионных накоплений, неблагоприятная тенденция превратилась в норму. В современной же истории России периоды существенного роста доходов населения были настолько короткими, что привычка копить у подавляющего большинства просто не успевала выработаться.

Всё остальное время ограниченные финансы вообще не позволяли гражданам откладывать хоть что-то. Зато практически всегда у очень многих, скорее, преобладало стремление жить в кредит. Большинство же населения, по разным оценкам, до 70, а то и 75 процентов, уже десятилетиями ограничивается расходами на коммунальные платежи, питание и самое необходимое.

Советский опыт по понятным причинам никто вообще не воспринимает в качестве достойного примера, а для того, чтобы перенимать опыт зарубежный, не хватает не только средств, но и определённом смысле практичности. В Западной Европе, США и Японии сложились многолетние традиции вложений в коммерческие пенсионные, как, впрочем, и в страховые фонды, откладывать не только себе, но и детям и даже внукам на старость, используя проверенную непотопляемость и привлекательные планы этих пенсионных фондов.

У нас же пенсионные и страховые компании за годы после реформ не заработали никакой иной репутации, кроме репутации кидал и грабителей, которые в любой момент растворятся в мировом пространстве с нашими деньгами. Их услугами пользуются или же исключительно «свои», или же в самом крайнем случае, например, когда того закон требует, как с ОСАГО. 

Старость меня дома не застанет?

А ведь к тому же нельзя забывать, что в России бедным слишком уж часто приходится расплачиваться за богатых, умело вышибающих для себя все возможные льготы, вплоть до перевода бизнеса в офшоры. Даже бесплатные места на парковках в центре Москвы достаются почему-то в первую очередь автомобилям самых крутых марок.

Перспектива остаться на старости лет без средств к существованию реально грозит почти трём четвертям населения страны. И это не какие-то экспертные оценки, а аккумуляция мнений самих же граждан, выявленная в результате опроса, проведённого Негосударственным пенсионным фондом Сбербанка, вообще-то, банка, хоть и коммерческого, но по капиталу вполне государственного.

Стареющее население страны откровенно пугает и тот факт, что повышение пенсий на самом деле не опережает фактическую инфляцию, а скорее от неё отстаёт. Ведь у старшего поколения основные расходы – это платежи за коммуналку, продукты и лекарства, которые дорожают быстрее всего остального. К тому же из-за поистине эпохальных перемен в пенсионной сфере России многие её граждане предпенсионного возраста практически потеряли последние шансы подкопить хоть что-то существенно больше того, что ещё способно им дать государство.

Итак, жёсткий пессимизм в оценке собственных финансовых перспектив отмечен у 72,8% респондентов. Характерно, что в регионах люди чувствуют себя намного более уверенно, чем в относительно благополучных городах. Москва с её высокими зарплатами и уровнем жизни в этом отношении вообще в лидерах по уровню негатива. 75% столичных жителей испытывают тревогу и опасения за свое финансовое благополучие на склоне лет.

При этом всего 13,8% опрошенных НПФ Сбербанка на протяжении последних 10—20 лет откладывали средства на старость. Точнее будет сказать, смогли позволить себе такую роскошь, как долгосрочные сбережения. Впрочем, почти четверть участников опроса, 24,8%, выразили сожаления, что не делали накоплений. Однако сами по себе такие сожаления вовсе не означают, что у всех этих 24,8% были реальные возможности сделать какие-либо существенные сбережения.

Сломать негативную тенденцию будет очень сложно, особенно с учётом откровенно грабительской пенсионной реформы. Все жалкие попытки хоть как-то смягчить удар от неё сейчас обречены на провал, но даже их почему-то пугливо откладывают. Так случилось и с новой системой отчислений, которую поначалу рекламировали в связи с наличием госгарантий и как шанс самостоятельно управлять отчислениями на старость. Но потом даже не включили в план работы правительства на 2020 год. Может, новое правительство вернёт?