Негласные законы жизни в советских коммуналках

В фильме «Золотой телёнок» соседи по коммуналке высекли Васисуалия Лоханкина за не вовремя потушенный свет. История эта, возможно, и преувеличенная, но имеет под собой достаточно реалистичную основу. До розг, конечно, в советских коммуналках дело не доходило, но нарваться на недовольство «сожителей» из-за несоблюдения общепринятых правил было легко. Кстати, свод жилищных законов часто шел вразрез с законодательством официальным. С бывалыми жильцами спорить было себе же хуже. А новичкам быстро указывали их место.

Разношерстность коммуналки

Изначально коммунальные квартиры задумывались в качестве временной меры по улучшению жилищных условий. Были коммуналки в России и до революции, пережили они всю советскую эпоху, продолжают существовать и спустя четверть века с момента распада Советского Союза. Но максимальная популярность пришла к коммунальным квартирам после 1917-года – в период так называемых «уплотнений». Тогда молодое советское государство, решившее уравнять граждан в их правах и благосостояниях, отбирало их частную собственность. Изъятию подлежали и излишки жилплощади.

Поэтому первыми жильцами советских коммуналок стали вчерашние капиталисты, чья собственность превратилась в общественную. Далее к ним присоединялись те люди, которые отдельную квартиру себе позволить не могли или не хотели. Так что к середине прошлого века публика в коммуналках собралась самая разношерстная. Всё это способствовало формированию весьма специфической среды обитания, особого коммунального менталитета, часто грешащего конфликтами, нечистоплотностью, неуважением к чужому личному пространству и даже доносительством.

Устои коммунальной «семьи»

В Советском Союзе имел силу универсальный документ «Правила пользования жилпомещением». Эта инструкция была создана для регулировки квартирного быта. В коммуналках этот текст часто лежал на видном месте с подчеркнутыми красными чернилами пунктами для привлечения внимания жильцов. Особое место уделялось соблюдению тишины. К примеру, после 20:00 нельзя было громко смотреть телевизор и разговаривать на повышенных тонах.

Новичков столь казарменные правила часто не устраивали, но обычно им приходилось смиряться с мнением большинства. Бесстрашными нарушителями такого рода правил были лишь алкоголики, периодически устраивающие в коммуналках громкие «выступления» после обильных злоупотреблений. Так что существование регулирующих положений вовсе не гарантировало их неукоснительного соблюдения.

В качестве контролирующей соблюдение порядка инстанции мог быть так называемый квартуполномоченный, избираемый жильцами и выступающий связующим с жилконторой. При отсутствии такого человека обитателям коммуналок приходилось самоорганизовываться. А в силу коллективной фантазии и множества мнений свод правил часто разрастался до немыслимых тонкостей.

Свое и «ничейное»

Пространство коммуналок негласно делилось на свое и общее. К первой категории относились отдельные комнаты жильцов. Пространством без хозяина считались места совместного пользования – коридоры, санузлы и кухня. На деле обычно получалось, что за общественные территории никто не отвечал. Поэтому в большинстве случаев выглядели такие места уныло.

Все, что выходило из строя или приобретало неприглядный вид на общих площадях, могло не приводиться в порядок годами. В узких захламленных коридорах сушили белье, складировали редко используемые и ненужные вещи, что мешало поддержанию порядка. Убирались в общих комнатах по графикам дежурств, которые часто не соблюдались. И тогда жилое пространство превращалось в свинарник. Перед недисциплинированными соседями пасовали даже самые чистоплотные жильцы, пуская чистоту и порядок на самотек.

К столу – по графику

В самых примерных коммуналках с дружным климатом люди готовили и садились к столу сообща, предварительно оговаривая меню. Но чаще все же в общей кухне устанавливали очередность, что регламентировалось соответствующим расписанием на стене. Многое зависело от кухонной площади. В очень тесных комнатах вмещались только пара плит и один обеденный стол. В таких случаях дележке подвергались непосредственно конфорки – по одной на каждого жильца. Поэтому поверхность одной и той же варочной поверхности пестрела контрастами. Часть ее могла содержаться в чистоте, отделенная негласной границей соседского слоя жира.

В холодильнике, если такой имелся, продукты подписывались или же хранились на отведенных каждой отдельной комнате полках. Зимой, во избежание недоразумений и даже воровства, авоськи с едой можно было вывешивать за окна своих комнат. Яркие гроздья сетчатых сумок, разбросанных по фасаду здания, безошибочно указывали на то, что это коммуналка.

Именные унитазные сиденья

Болезненными местами советских коммуналок были туалет с ванной. Ванны в таких квартирах часто вообще не принимали, считая эту процедуру негигиеничной. Ограничивались обычным душем в установленной графиком очередности. Скрупулезные соседи позволяли себе контролировать «банный» регламент, подсчитывая, кто и когда приходит купаться и как долго пребывает под душем. Чрезмерная длительность водных процедур пресекалась настойчивым стуком в дверь. Если же купание в ванне в коммунальной «семье» допускалось, то возможные очереди и вечерние скандалы предупреждались все тем же почасовым графиком. Причем программа посещения душа и ванны не была единой, так как во втором случае на каждого жильца уходило куда больше времени.

Отдельная практика касалась непосредственно туалетов советской коммунальной квартиры. Стены этого помещения обычно увешивались именными сидениями для унитаза – у каждой семьи было свое. По такому же принципу подписывались и туалетная бумага с момента ее внедрения в гражданский быт. По этому поводу существует шутка о том, как в тотально подозрительные сталинские 30-е жители советской коммуналки организовали донос на соседей. Последние обвинялись в «троцкизме с правым уклоном» из-за использования в туалете газет с портретами вождя.