Народ все прощал Кремлю в сытые годы. Но в тощие нарек его «врагом народа».
Наши обращения в государственные органы, остающиеся без внимания, как миллион подписей против пенсионной реформы, порождают в нас чувство тотального беззакония, тотальной несправедливости.
И возникает естественный переход, который в свое время отметил Аврелий Августин, сказав, что если во власти нет справедливости, она превращается в шайку разбойников.
Соответственно о какой легитимности нашей власти, которая сама отказалась от минимально понятой идеи справедливости, можно говорить?
Вы можете сказать, власть такой была и 10 лет назад. Но здесь очень важно вот что. Если власть экономически успешна и даруемое ей процветание распространяется на всех членов общества, пусть кому-то жирно и густо, а кому-то мелко и скудно, вы готовы мириться с этим. Тем более Россия – страна, где люди столетиями жили плохо или очень плохо. Поэтому любой шанс улучшить нашу жизнь мы воспринимаем как индульгенцию для власти.
Плевать, что выборы нечестные, что конкуренции нет, что эта Единая Россия надоела хуже горькой редьки – пока мои доходы растут.
Это рациональная сделка.
Но когда вы видите, что экономическое процветание закончилось, что лучшие годы российского капитализма уже позади, что вашим социальные гарантиям капут – этой сделке приходит конец. Когда для молодых людей в беднеющей стране захлопываются все пути, если только они не дети высшей касты – вас начинает очень волновать проблема справедливости.
Вы вдруг тогда оказываетесь обнаженным человеком, беззащитным перед этим молохом, который вас просто пожирает. Кому-то надо построить мусорные полигоны, чтобы заработать на этом десятки миллиардов – а ваши дети будут в результате болеть и умирать.
И у вас возникает вопрос: так с чем же мы имеем дело, с государством или, как сказал бы товарищ Сталин, с бандой гангстеров?
Вот что явно назревает в нашем обществе.
И вот почему – именно сейчас, а не в 2008-м, не в 2012-м и даже не в прошлом 2018 году, когда еще казалось, что Кремль опомнится, отступится от своей пенсионной реформы, принятой во всенародные штыки.
Не отступился. Пошел на рожон.
Стал в глазах большинства «врагом народа».
Теперь осталось только посмотреть, чья плеть чей обух переломит…