Свет внутри. Слепой учитель часами ездит на работу, чтобы помочь другим
«Один, два, три, четыре», — вполголоса говорит пришедший на занятие по компьютерной грамотности незрячий ученик и неуверенно трогает пальцами клавиатуру. Ещё секунда, и нужная кнопка «F3» найдена: теперь можно переходить к поиску файлов на локальном диске. Сидящий рядом преподаватель Николай Хлудов одобрительно кивает головой: он хвалит своих подопечных даже за самые незначительные достижения. Как говорит он сам, добрые слова любого человека мотивируют к действию и развитию.
— Я создаю для своих студентов иллюзию успеха, чтобы в них просыпалось желание учиться, — делится своим методом Хлудов. — Многие из тех, кто открывает дверь моего кабинета, просто не верят в свои силы и возможности. А они, поверьте, есть почти у каждого.
Он знает, о чём говорит. Николай родился с серьёзным нарушением зрения, а к 20 годам стал полностью незрячим. Но раскисать было некогда: в кармане лежал диплом РГСУ по специальности «Экономика труда и управление персоналом», в планах — желание прожить интересную жизнь и приносить пользу обществу, несмотря на все уготовленные судьбой трудности. С задачей-минимум преподаватель компьютерной грамотности «Дома слепоглухих» пока справляется. «Дом» — досуговый центр для людей с ограниченными возможностями здоровья по слуху и зрению одновременно. На стенах — тактильные иконы, на полках — поделки, сделанные руками незрячих постояльцев, за окном — искрящиеся на солнце купола храма Казанской иконы Божьей Матери. «К нам приезжают люди с одновременным нарушением зрения и слуха из разных регионов России, живут в доме около месяца», — рассказывает представитель центра Анастасия Семчонок. Она говорит, что люди здесь пытаются научиться компьютерной грамотности, ориентированию в пространстве, простому общению с другими. Помогают в этом такие квалифицированные преподаватели, как Николай Хлудов.
— Мои родители зрячие, но до совершеннолетия за руку меня не водили. Я не помню первый раз, когда самостоятельно вышел из дома. Кажется, что сделал это примерно в том же возрасте, что и большинство ребят, — говорит Николай Хлудов. — Учился в школе для детей с ограниченными возможностями здоровья по зрению, а вот группа в университете была самой обычной. Давнее увлечение компьютером несколько лет назад стало моей работой: я, как и большинство зрячих людей, работаю на ставке за зарплату. Не сказать, что достичь этого было просто, но современные программы позволяют слабовидящим и слабослышащим людям освоить умную технику. При определённых усилиях, конечно же.
Тема занятия сегодня — «Папки. Документы в папках». Николаю Васильевичу, ученику Хлудова, на вид чуть больше пятидесяти, но за компьютером он сидит всего четвёртый раз в жизни. Успехи есть: мужчина уже разбирается в ярлыках «Рабочего стола», самостоятельно открывает папки, чтобы найти в них нужные документы, включает музыку. И при этом ученик даже не видит, включён ли монитор. Хлудов задаёт ученику вопрос за вопросом и, даже несмотря на его замешательство, подсказывать правильный ответ не торопится.
— Ну какой смысл в обучении, если я буду постоянно повторять одно и то же? — говорит незрячий преподаватель. — Я всегда спрашиваю ребят: «Вам всё понятно? Двигаемся дальше?» Если вопросов не задали, значит, поняли. Если поняли, значит, должны отвечать правильно.
— Строго вы со своими учениками...
— Да, меня здесь иногда называют «жесткачом» (смеётся). Но зато у меня все отлично справляются с заданиями, а получение новых знаний и навыков — одна из основных целей четырёхнедельного пребывания в реабилитационном центре. Люди едут сюда из разных регионов страны, поэтому хочется, чтобы они провели это время с максимальной пользой.
Дорога
«Дом» находится в Троицке, а Хлудов живет в Лобне. Между ними 80 с лишним километров: 3 часа пути на общественном транспорте в один конец с 5 пересадками. Преподаватель говорит, что преодолевает этот путь не только для того, чтобы помочь нескольким ученикам, но и для общего развития.
— Вот вы несколько раз повторили: «Ваши ученики... Вы как преподаватель...» А я не считаю себя преподавателем в прямом смысле этого слова. Преподавание всё-таки — это менторское состояние, а я на одном уровне с людьми, которые садятся за этот компьютерный стол. Разве что знаний у меня в некоторых областях больше, чем у них. Бывает, что человек летит на улице по своим делам, уткнувшись в смартфон, а тут я его поджидаю со своими крепкими объятиями. Если уж наткнулся на меня — не отпущу быстро. Но если серьёзно, то люди у нас отзывчивые. Часто сами спрашивают: «Вам помочь?» Провожают, куда мне нужно.
— Москву можно назвать городом, комфортным для незрячих?
— Доступная среда для людей с ограниченными возможностями здоровья много где есть, но до сих пор нет единого информационного пространства, что под этой «доступной средой» следует понимать. Вот, например, тактильные плитки на одной улице одни, на другой — абсолютно другие. И как по ним ориентироваться, мне непонятно. Полоски на этих плитках должны показывать направление движения, но некоторые из них ведут и в Москву-реку, и на проезжую часть. Выхожу из подземки и не знаю, как дойти до нужной остановки, потому что нет тактильных указателей. Приходится постоянно обращаться за помощью.
Путь от дома до работы занимает у Хлудова около двух с половиной часов. Маршрут такой же, как и у большинства «замкадовцев»: пешком до электрички, потом — на метро до «Тёплого стана», оттуда — на маршрутке и уже на служебной машине до «Дома». Добирается он по памяти, для этого тщательно изучал каждый участок пути. Сложности возникают, когда на пути внезапно возникают дорожные работы или тротуар перегородит автомобиль: тогда ему приходится искать варианты обхода. Порой его дорога кажется опасной. На станциях пригородных поездов, к примеру, Николаю приходится ходить буквально по краю платформы.
— Я это делаю не потому, что хочу острых ощущений. Иначе не получится просто. На станциях полно каких-то столбов, рекламных щитов, хаотично расставленных скамеек, поэтому по краю платформы мне двигаться безопаснее всего. Люди пугаются, конечно, начинают меня уводить в сторону, и я теряюсь. Ещё приходится блуждать, пока билет покупаю. По социальной карте можно приобрести поездку только «туда-обратно», поэтому я каждый день ищу кассу и понятия не имею, в одну сторону мне дали билет или в обе. Вот произошла неприятная ситуация: проехал в электричке «зайцем», потому что невнимательный кассир дала мне билет только в одну сторону. Выходил через турникет с боем. Мелочь, а неприятно. Осложняет каждую поездку и то, что где-то турникеты считывают карту, а где-то — только штрих-код билета. Постоянно путаюсь, потому что не понимаю, что сейчас достать, где нужно искать этот штрих-код... РЖД уже год кивает на технический сбой.
Голос
При взаимодействии с прохожими главное средство — голос. По словам Хлудова, о человеке он может рассказать гораздо больше, чем каждый из нас думает. Так он нашел и свою супругу. «Влюбляешься в голос, в эмоции, которые вызывает у тебя человек. Бывает, что прикасаешься к человеку и рука может не так лечь в твою руку: тогда наступает лёгкое разочарование. Тема эта непростая, но много людей с ограниченными возможностями здоровья по зрению счастливо живут в браке. Я, к сожалению, уже разведён, но в планах создание крепкой семьи, над этим сейчас работаю. Кстати, абсолютно уверен: даже у здорового человека сердце должно быть незрячим», — говорит преподаватель.
Он уверен, что всем родителям вне зависимости от того, есть у их ребенка сложности со здоровьем или нет, нужно в общении с ним сохранять баланс. Гиперопека или, наоборот, попустительство ничего хорошего не дадут: «Я учился в специализированной школе и видел разных родителей. Кто-то напрочь забывал, что их детям нужно чуть больше помощи, другие, наоборот, и шагу не давали ступить. Во всём хороша мера и золотая середина. Разве в семьях, где воспитывают зрячих детей, всё как-то по-другому?»
В планах у Хлудова — стать коучем для людей с ограниченными возможностями здоровья. «Главное — делать это хорошо, потому что моим будущим слушателям особенно важно научиться достигать личностных и профессиональных целей. Буду работать в этом направлении».