Валуев: В ряде городов мусорные реформы были отодвинуты

Мусорные протесты, похоже, плавно перетекли из ушедшего года в наступивший. News.ru сообщал 20 января об акции протеста жителей Волгограда, где новый региональный оператор по вывозу отходов не смог выполнить обязательства перед горожанами: мусор из многоэтажек и частного сектора не вывозился по нескольку дней. Возмущённые жители были вынуждены принести пакеты с бытовыми отходами прямо к офису ООО «Управление отходами-Волгоград». А ведь с первого января волгоградцы оплачивают услуги регоператора — с каждого зарегистрированного жильца взимается плата в размере 111–115 рублей. 

О переходе отрасли, связанной со сбором и переработкой мусора, News.ru побеседовал с первым заместителем председателя комитета ГД по экологии и охране окружающей среды Николаем Валуевым. 

— Николай Сергеевич, закончились зимние каникулы, Госдума приступила к работе. Что интересного уже успело произойти в комитете по экологии? 

— Уже прошло первое заседание комитета по экологии и охране окружающей среды в весенней сессии 2019 года, состоялось 15 января. В частности на нём обсуждали плату за негативное влияние на окружающую среду, механизм её взимания, количество неплательщиков, их ответственность.

— В мае 2018 года вы рассказывали в одном из своих интервью о том, что был принят закон о переработке отдельных мусорных фракций. Вы тогда упомянули депутата Александра Фокина, который внес поправку к закону, касающуюся освобождения от НДФЛ для физических лиц, собирающих макулатуру.

— Да, и я тогда предложил расширить его поправку и отменить НДФЛ также для тех, кто собирает пластик, стекло, металл. 

— Что это даст людям? Они получат больше денег? 

— Не то, чтобы это позволило много заработать. Но первичный сбор этих отдельных фракций этот закон может подстегнуть. И 15 января на заседании комитета я вновь предложил вернуться к вопросу отмены НДФЛ для физлиц.

— Как Вы расцениваете сегодняшнюю ситуацию с мусором и его переработкой? 

— Мусор, как говорится, никуда не девался. Госдуме долгое время пришлось ждать отклика от Минприроды. Это крайне острая тема, но мы её очень неплохо отработали перед Новым годом, дав возможность регионам не попасть в яму, войти в мусорный коллапс, дали им передых. В этом направлении все работают, у всех работы по горло.

— Трудно представить себе, что в нашей огромной стране реформа в такой сложной отрасли, как мусоропереработка и вывоз мусора проходит абсолютно гладко. События в Волгограде лишь подтверждают это.

— Трудности перехода есть. Если региональный оператор не справляется и объявляет банкротство, тогда региону даётся возможность работать по старой схеме, а не по той территориальной, которая была разработана под конкретного оператора. 

— Есть регионы, где реформа забуксовала?

— Так получилось, что не все сумели заключить соглашения по вывозу, утилизации и переработке мусора. Это коснулось трёх городов федерального значения — Санкт-Петербурга, Севастополя и Москвы. В их отношении был вообще принят отдельный закон. Так называемые мусорные реформы были отодвинуты на три года, потому что они не успели заключить полностью договоры с областями. Сам-то город не может размещать на своей территории полигоны, свозить туда мусор. В том числе это касается и заводов. Поэтому проработка вопроса заняла достаточно много времени. В принципе все обещают справиться с проблемой досрочно, не вырабатывая полностью этот условный срок. Постараются раньше запустить свою реформу.

 — Население на собственной шкуре испытает введение в жизнь мусорной реформы? 

— Безусловно. Дело в том, что многие слыхом не слыхивали, что такое вывоз мусора и как за него платят. Если городские жители еще более или менее к этому привыкли, то жители поселков и деревень часто об этом и знать не знают. И когда в коммунальных платежах появится отдельная строка за это, они, наверное, будут удивлены. Тем не менее ситуация такова, что за вывоз мусора платить придется. 

— За установкой тарифов на услуги операторов кто-то следит? Не будет слишком большого разброса в платёжках?

— У нас контрольные органы этим занимаются конкретно, в том числе и ФАС.

 — Известно, что в последние числа декабря Вам пришлось принять участие в урегулировании ситуации в Тамбове, ситуации, непосредственно связанной с мусорной реформой. Тогда сотрудникам двух тамбовских компаний, мусороперерабатывающего комплекса «КомЭк» и мусоровывозящей компании «ТЭКО-сервис», пришлось даже выйти на митинг.

 — В Тамбове ситуация заключалась в том, что оба указанные предприятия незаконно исключили из территориальной схемы. Я написал письмо губернатору Тамбовской области Александру Никитину с просьбой дать поручение контролирующим органам провести проверку и принять соответствующие меры реагирования. Ещё раз повторюсь — есть контролирующие органы, которые следят за тем, как осуществляются действия региональных операторов, в том числе тех, кто законтрактован. Вся палитра контролирующих органов задействована. 

— Незадолго до Нового года Вы рассказали News.ru, что считаете очень важным принятый закон об ответственном отношении к животным. Что сегодня с этим законом? Можно ли уже увидеть какие-то результаты или ещё рано? 

— Буквально 16 января председатель нашего комитета собирал общественность и экспертов по поводу дальнейшей жизни закона об ответственном отношении к животным. Но результатов пока не вижу. Как-то рано вы хотите отклик. Закон от нас требовали. Нас постоянно упрекали в том, что мы не принимаем этот закон. Хотя это была проблема скорее правительственная, чем наша, потому что закон был подготовлен, лежал некоторое время, ждал своего третьего чтения. Нормативные акты не были готовы, и, в принципе, мяч был на стороне правительства. Когда мы поняли, что в том состоянии, как он был наработан, мы можем его принимать, то сразу перед Новым годом и приняли. Это большой прорыв, но это не окончательная работа. Говорить о каком-то реальном результате пока ещё рано, пока у нас ещё январь.

— Есть ещё какие-то законы, принятые недавно и, так или иначе, связанные с животным миром, природой? 

— Недавно был принят закон о любительском рыболовстве. Наконец-то. Оборот жаберных сетей запрещен на территории, по крайней мере, Европейской части России. Только по лицензии. Теперь на каждой сети будет маркировка владельца или юрлица. Также законом запрещена добыча рыбы электроудочками. Это прорыв. Статус бесплатной рыбалки утверждён. Это тоже важно. 

— С наступлением новой, весенней сессии, стала ли Госдума работать с большей интенсивностью? Будет ли менять в лучшую сторону эффективность работы парламентариев? 

— У нас идёт планомерная работа. Вы говорите — что-то будет меняться. А у нас разве что-то такое революционное происходило, чтобы ждать резких перемен? У нас есть план работы, он чётко выверен. Есть законопроектный план, мы его обсудили на заседании первого комитета. Это не мешает коллегам вносить инициативы в процессе. То есть, идёт планомерная, очень интересная работа. 

— Под Вашей эгидой, как известно, вопрос об особо охраняемых территориях. Что делается в этом направлении? 

— У меня уже в этом году прошла рабочая группа по ФЗ № 33 — это «Закон об особо охраняемых территориях». Мы поднимали тему хозяйственной деятельности коренных народов, малых народностей Севера. В своё время в разгар «лесной амнистии» удалось вывести особо охраняемые территории из-под действия этого закона, хотя очень большое давление было на Госдуму. Благодаря жёсткой позиции председателя Госдумы Вячеслава Володина удалось отстоять нашу позицию, и сегодня захваченные ранее куски особо охраняемых территорий не могут быть переформатированы под строительство или что-то ещё. Дом на них нельзя построить, узаконить дачу в заповеднике не удастся. Работа в этом направлении ведётся. У нас всё по плану. Работаем.