СССР: КТО НЕ РАБОТАЕТ, ТОТ...ЕСТ
Вспомнилась знаменитая фраза из давно ставшего культовым фильма о советской жизни – кто не работает, тот ест! Сейчас ее пытаются прилепить к месту и не к месту, да и раньше, перед самым развалом Империи жители союзных республик утверждали: Россия не работает, а ест. За их счет, между прочим.
Мы – говорили они – всех русских кормим. Как только отделимся, России кирдык настанет, а у нас молочные реки с кисельными берегами случатся, как по мановению волшебной палочки.
Мне тут рассказывали, как в самом начале девяностых, в последний год перед августовским путчем, патриотка Украины втирала москалям-захватчикам:
-Нам бы только от вас отделиться. А дальше наши в Канаде нам помогут!
Сейчас смешно звучит, а ведь тогда – верили, в этих загадочных “наших в Канаде”, которые помогут. И уверены были – помогут. Так и тянет спросить – помогли, родимые?
На Украину до сих пор многие “москали” периодически ездят – и в девяностые, и сейчас... Таки удивлялись – как в квартирах народ не мерзнет, и какого дьявола города приходят в упадок по сравнению с состоянием этих же городов в СССР?
Можно, конечно, сказать, что это Украина просчиталась...так ведь ни в одной из союзных республик бывших молочных рек не появилось, на которые рассчитывали. Изменилась сама жизнь– везде, но стал ли уровень этой жизни выше, то есть перешел ли инженер, допустим, или работник завода, хоть где-то на уровень жизни среднестатистического буржуа? Нет. Как хватало дохода на еду, кой-какую одежду и квартплату, так и сейчас...Разве что машины в кредит берут и путешествуют...либо в кредит, либо бюджетно (а многие и не путешествуют), даже по своей стране, не говорю уже о загранице.
Ну, да ладно, не об этом сейчас речь, и даже не о всяких изобличительных документах, что не Россию СССР кормило, а Россия СССР, но о тех впечатлениях, которые можно было получить, выбравшись за пределы России в большой мир союзных республик.
Ведь на самом деле эти республики во многом жили гораздо лучше – и вовсе не потому, что производили больше, нет, а потому , что товарных и ресурсных потоков туда шло больше.
Можно найти документы – в сети сейчас много чего такого. Но я по ощущениям. В голодном, как говорили, Узбекистане, полки универмагов ломились от роскошных натуральных тканей, болгарской косметики, в книжных магазинах можно было пропасть: все то, что в РСФСР казалось роскошью, добываемой по подписке, там имелось в свободной продаже.
Знаю людей из Москвы, которые специально ездили в среднеазиатские республики за книгами.
На Кавказе было все. Парадокс – в стране, в которой ничего, по словам жителей не было, в кавказских регионах можно было купить абсолютно все. Только знать надо было, где.
Прибалтика шиковала: говорят, сама себя кормила. Ну-ну. Такого огромного количества импорта, да еще так свободно – не было, пожалуй, даже в Москве.
Отдохнуть в Юрмале и не привезти оттуда полные чемоданы того, что по всей стране считалось дефицитом – ну, это нонсенс.
Украина, Белоруссия, Молдавия - тут без комментариев: когда к концу СССР появилось такое зло как “талоны”, а на полках в центральной России начали выстраиваться стройные ряды спичек или березового сока (в зависимости от региона ряды были разными), там по этим самым талонам был сахар и, кажется, мыльно -рыльные принадлежности.
Опять таки по рассказам очевидцев – мыльно-рыльные в те времена предпочитали выкупать не советского производства а, опять-таки, болгарского как минимум, или лучше – турецкого. Именно тогда пошла волна FAX-ов, палмоливов, и прочего.
Честно - в Москве либо не видел таких марок, либо просто мои родители ими не парились (что вполне возможно).
А вот друзья из других российских регионов утверждают – мыло “банное”, вот то, что было представлено в ассортименте. А всякие импортности – не про нашу честь были. Особенно обидно становилось во время командировок – когда выпускаемый в твоем городе продукт, который у тебя считался дефицитом, ты видел в союзной республике стоящим в свободной продаже.
Сразу возникал вопрос: и на хрена мы их кормим? Правда, они-то утверждали обратное...
Помните этот советский парадокс, а?