На днях одному из самых знаменитых российских учителей, директору столичного Центра образования «Царицыно» Ефиму Рачевскому исполнилось семьдесят. Его регалии займут, наверное, несколько абзацев. Поэтому мы их просто опустим - не в них дело. А дело в том, что Рачевский создал школу, причем не в самом благополучном районе города, в которой дети учатся с удовольствием. И при этом усердно, с полной отдачей. Согласитесь, таких учебных заведений у нас не так много.

Недавно студенты лаборатории образовательной журналистики Высшей школы экономики приехали к Ефиму Лазаревичу, чтобы взять интервью. А получился в общем-то монолог мудрого человека о состоянии сегодняшней системы образования. Выдержки из него мы и публикуем.

О перспективе семейного богатства

Каковы цели и смыслы образования? Богатство. Но не в узком смысле слова, в виде дензнаков, а в широком. Существует теория, согласно которой богатство - это те ресурсы, которые формируют человеческий капитал, национальный капитал. А поскольку любой капитал имеет свойство служить основой для прибавочной стоимости, то, соответственно, образование человека должно создавать для него весь спектр возможностей пребывания в статусе богатого, а не бедного.

Есть чёткий подсчёт, что, если семья вкладывает хотя бы 10% своего капитала в образование ребёнка, то благосостояние семьи, которую создаст в будущем этот выросший ребёнок, будет выше на 25%. То есть, инвестиции в действии. Речь, разумеется, идёт не просто о трате денег на платные образовательные услуги, это и культурные инвестиции, когда папа не пьёт, а пару часов проводит с сыном, например, на футбольном поле, водит его в музеи, даёт читать хорошие книги, вот это всё является инвестициями. Поэтому к образованию я отношусь как к одной из форм капитализации личности.

Чем отличается образование сегодня от того, какое было вчера?

Что такое сегодняшнее образование? Да то же самое, что и вчерашнее! Нынешняя система массового образования зародилась во времена, когда была нужна квалифицированная рабочая сила для производства, процесс которого всё усложнялся и усложнялся. Изменилась ли ситуация сегодня? Нет, не изменилась. Просто поднялась планка для продуцирования этих массовых профессий. Если раньше рабочему по металлообработке было достаточно четырёхлетнего образования, сейчас мы уже не встретим такого. И не только потому, что у него станки с самоуправлением. Но и по той причине, что сама работа стала носить вариативный характер. То есть, теперь надо уметь принимать решения. Но при этом сама суть образования почти не изменилась.

Другое дело, что учиться приходится в различных формах за пределами привычных структур, таких, как школы, университеты, детские сады. Например, в Швеции средний возраст тех, кто образовывается, - примерно 50 лет.

Перевернет ли систему информатизация?

Некоторые абсолютизируют нынешнюю волну информатизации. На самом деле это не более, чем средство. В свое время такой же гигантский переворот произвело появление массового книгопечатания. До этого у учителя в монастырской школе была одна книга, она была цепью прикована к столу, и у учеников её не было. Поэтому, являясь владельцем этого источника информации, он был монополистом знаний. Сейчас ситуация перевернулась. И учителя, и ученики, и все взрослые, могут пользоваться одними и теми же источниками информации. Поэтому главный вопрос - кто и как с этой информацией будет работать, как ее будет использовать?

Был такой психолог и антрополог Маргарет Мид. Ей принадлежит интересный подход к цивилизационному объяснению культуры. В период традиционной истории образование сводилось к тому, что вся культура передавалась от поколения к поколению в неизменном виде. Все мы в той или иной мере продукты такой культуры. Взять, к примеру, учебник физики Пёрышкина: я по нему учился, и до сих пор учатся по нему.

Но, поскольку сегодня знания о мире меняются очень быстро, передача традиционных культур потихоньку становится неактуальной, нужно постоянно что-то новое. Появляется совершенно новый период, когда и старые, и молодые одновременно учатся чему-то. У кого сначала появился мобильный телефон - у молодых или у взрослых? Конечно, у взрослых. Ну, а потом эта штука стала массовой, мы стали все вместе учиться ей пользоваться, поколения носителей и потребителей знаний размылись.

Кризис? Опять?!

Все сейчас кричат, что в образовании кризис. Не было такого периода в истории человечества, когда бы так не говорили. Лично я любитель кризисов. Все говорят, что учение должно быть без стрессов. А без стресса не будет никакого прогресса. Поэтому кризиса в образовании никакого нет, точно так же можно говорить о кризисе в медицине, кризисе в освоении космоса. Кризис - это продуктивная штука, источник инноваций.

Устарела ли классно-урочная система?

Ну, а колесо устарело? Используется с древних времён и у современных самолётов оно тоже есть. Всё дело лишь в том, как что применять.

Многие ругают классно-урочную систему, это архаика. Мы привыкли, что учитель прочитал сорок восьмой параграф ученикам, попросил ещё раз прочитать дома и снова ему пересказать. Ну, это же идиотизм. Это всё равно, как если я прочту анекдот, расскажу его ученику, он его потом ещё раз прочитает и завтра перескажет мне. Большое удовольствие мы от этого получим? И это тянется с тех пор, как учитель был монополистом информации.

На самом деле как использовать классно-урочную систему зависит от того, что я называю педагогическим дизайном. Вспомните себя в начальной школе - вы ведь сидели в затылок друг к другу? При том, что одна из задач образовательного стандарта - научить детей коммуникации, в том числе и групповой. Но какая коммуникация может быть, если я вижу перед собой одни затылки?! А стоит посадить детей группами, по пять-шесть человек, разрешить им пользоваться wi-fi и дать задание найти, например, ответ на вопрос, почему появление верхнебойного водяного колеса привело к массовому распространению стрелкового оружия или массовому производству сукна, и все поменяется. Они учатся самостоятельно искать и применять информацию, и это всё происходит в рамках всё того же класса.

Можно ли без классно-урочной системы обойтись? Можно, но это дорого. Один десятиклассник обходится московской школе сейчас примерно в 160 тысяч рублей в год. Получается, что один средний класс в год стоит 4 миллиона рублей. В эту сумму входит обеспечение нормальных условий в помещениях, зарплата учителям. И вот мы берём и отказываемся от классно-урочной системы и делаем групповую, поточную. Обычно в школах делят по группам при изучении иностранного языка и физкультуры, а мы в Центре делим на математике, потому что она уровневая, с литературой так же. Каждый такой случай нам обходится дороже, потому что учитель, работающий с двенадцатью школьниками, не должен получать меньше, чем учитель, работающий с двадцатью пятью школьниками.

Что на самом деле оценивает школа?

Обычно в семье вас спрашивали: «Что у тебя за первый триместр или четверть?» Верно? В школе учителя тоже говорили: «У него за год токая-то средняя оценка» или «Он закончил школу с золотой медалью». Что оценивается в этой ситуации? Знания, умения и навыки? Скорее, нет. Оценивается период. Ходил - не ходил; сидел смирно на уроке или нет. Вовремя поднимал руку. Нынешняя электронная система в столичных школах на зря называется «Проход и питание». Прошел ребенок турникет - смс-ку родители получили. А вот что ребенок делал в школе - загадка. Только спустя какое-то время это очень опосредованно выражается в отметке по предмету. Это одна из болезненных тем отечественного образования.

Как заинтересовать учебой?

Познание, как и любовь, начинается с удивления. Если явление меня удивило, я начинаю выяснять природу этого явления. Но вот вопрос - должен ли учитель удивлять на каждом уроке? На это у него не хватит ни сил, ни фантазии. Поэтому жизнь не должна быть постоянным праздником.

Раньше в Конституции было написано, что образование - это обязанность с одной стороны и благо с другой. Можно ли пренебречь этой обязанностью? Можно, нет проблем. Мы же не в Германии живем, где за то, что ребенок не ходит в школу, семью рано или поздно посадят в тюрьму. Но тогда на богатство, на то, что ты повысишь свой личный капитал - не рассчитывай.

Нужна ли профилизация в школе?

Когда-то ко мне приходили родители 6-летних детей и спрашивали: «У вас готовят на прокурора?». Я не знаю, что у вас будет в дипломе записано, когда вы Вышку закончите. Но я абсолютно уверен, что родители у вас работают не по тем специальностям, которые у них в дипломе записаны.

Возьмем прошлые, советские времена. Если ко мне приходил наниматься на работу человек и у него была пухлая трудовая книжка, он раз в три года менял работу, мы старались такого не брать. Такие люди назывались «летуны». Сейчас, когда ко мне приходит сорокалетний человек наниматься на работу и я вижу у него в трудовой книжке одну запись, это вызывает у меня сомнения: неужели он начисто лишён амбиций, чтобы за столько лет ничего не изменить?

То же самое и здесь. Решение о том или ином профиле принимает не первоклассник, а его родители. Правильно? А как сделать так, чтобы ребёнок выбрал сам? Ему надо дать множественные пробы.

Был такой психолог Торн Дайк, автор теории проб и ошибок. Насколько эффективнее вставить два пальца в розетку, нежели выслушать лекцию про закон Ома? Это я для примера.

Есть понятие дополнительного образования - это разнообразные кружки. Вот с помощью этих кружков можно понять кем ты хочешь быть, попробовать. Бывает, приходят ко мне мамы и сетуют, что вот «мой пятиклассник 3 месяца ходил на робототехнику, а сейчас полностью переключился на какое-нибудь каратэ». Это нормально! И тогда потихонечку складываются предпочтения. Поэтому я противник профильного обучения в школе как такового. В Финляндии отменили профильное обучение. И правильно сделали, потому что школа должна давать навыки работы с информацией, кругозорное образование, большой уровень общей культуры, чего сейчас не хватает и учителям.

Про образовательные стандарты

В профессиональном сообществе постоянно идут дискуссии, должно ли быть в стандартах фундаментальное ядро. Если - да, то начинается новая дискуссия - каким должно быть это ядро. И эти дискуссии будут бесконечны.

Преимущество нынешних стандартов в том, что в них нет предметного содержания. Есть структура, есть временные ограничения и обозначены ресурсы. И есть одно явление, которое задаёт это предметное содержание - ЕГЭ. У всех есть цель - достичь этой точки. А кто как к этой точке пойдёт - в этом полная свобода учителя.

Поэтому я бы стандарты трогать не стал, но вмешались политики, которые ностальгируют по советскому образованию. В СССР система какая была, у нас пятница сегодня, да? Все 9-классники Советского Союза в 10 утра открывают и читают Лао-Цзы. Никого не волнует, где это, что это. У всех всё абсолютно одинаковое. Но дети же все разные, территории же разные.

Действующие стандарты позволяют индивидуализировать программу. Задача - найти персональное место каждого в массовой школе. Как оно находится? На переменах все дружат, едят, целуются. А на уроках у каждого должна быть своя образовательная программа. Нынешние законы об образовании, стандарты позволяют это сделать.

Подпишись на Комсомолку в Яндекс-Новостях!