В Токио решили: Путин отдает Курилы вместе с населением.

Премьер Страны восходящего солнца Абэ: Что японцу хорошо, то русскому — минус острова

Япония уже который десяток лет просит «взад» так называемые «северные территории» — российские острова Кунашир, Итуруп, Шикотан и Хабомаи (это группа практически незаселенных островов), статус которых определен после «Акта о безоговорочной капитуляции», подписанной Токио в сентябре 1945 года. Там черным по белому записано, что «настоящим мы даем обязательство, что Японское правительство и его преемники (!) будут честно выполнять условия «Потсдамской конференции». А там записано, что японский суверенитет будет ограничен островами Хонсю, Хоккайдо, Кюсю, Сикоку и теми менее крупными островами, которые им будут указаны. Всё — курите бамбук в японскую трубочку на берегу пролива Лаперуза с видом на Сахалин и Фриза, и Екатерины с видимостью Курил.

Тем не менее, каждый очередной премьер-министр Японии, и нынешний Синдзо Абэ в этом списке не исключение, пытается продавить тему возврата территорий. Была небольшая лазейка в виде советско-японской декларации 1956 года (Московская декларация), прекращающая состояние войны между двумя странами. В ней, в частности, предусматривался некий компромиссный вариант с определенной долей вероятности возврата лишь незначительной части территорий.

Что добивается Япония сейчас? Вернуть упомянутые острова (все четыре), от претензии на которые отказалась по Сан-Францискому мирному договору 1951 года, которые наравне с Южным Сахалином потеряла по итогам Второй мировой войны — эти территории отошли к Советскому Союзу. Все последующие годы официальный Токио неоднократно пытался вернуться к теме возврата островов, которые до сих пор считает спорными и взывает к Москве о мирном разрешении территориального конфликта. По упомянутой уже Декларации 1956 года, подписанной председателем Совета министров СССР Николаем Булганиным и премьер-министром Японии Итиро Хатоямой, предусматривалась возможность передачи Шикотана и группы островов Хабомаи — взамен на нормализацию торговых и дипломатических отношений между двумя странами и, внимание, подписание мирного договора. Послами тогда обменялись, торговлю наладили, но «замириться» японцы отказались, настаивая на возврате всех «спорных» островов и лишь после этого подписать мирный договор.

Сейчас ситуация еще в большей степени зашла в тупик именно из-за позиции Японии, которая почему-то сейчас узрела слабость России по этому вопросу. Вначале из-за предложения российского президента Владимира Путина, сделанного им на Восточном экономическом форуме во Владивостоке в сентябре 2018 года, подписать мирный договор без всяких условий. А затем и на российское предложение вернуться к обсуждению декларации 1956, не обещая при этом вот так взять и отдать Шикотан и Хабомаи. Речь шла лишь о возможном совместном использовании этих территорий, причем исключительно в экономическом плане.

В Токио все поняли превратно. Уже после саммита стран АСЕАН в Сингапуре, где Владимир Путин пообщался с Синдзо Абэ, последний выдал сентенцию, что, мол, Япония не собирается размещать американские базы на Курилах. С какого бока? Острова по-прежнему российские и США, как страна блока НАТО, в приоритеты партнерских отношений Москвы не входит.

Путин жестко не ответил и тут же получил еще одну подсечку на татами от Абэ, который заявил, что при возврате курильских островов Японии российские граждане смогут проживать на них и далее. Более того — курильская прописка автоматом даст паспорт гражданина Страны восходящего солнца. Надо полагать, что цена квадратного метра на Курилах возросла многократно — перспектива получения японского халявного паспорта может смутить кого угодно. Была ты, скажем, многодетная мать, работающая на рыбзаводе на Кунашире, а тут бац — и уже япона-мать, хоть сразу в Токио поезжай.

Странно, что Путин молчит о передаче Кунашира и Хабомаи и не произнес ни одной конкретики, хотя его «слова» активно обсуждаются на всех уровнях с формулировками «возможно», «не исключено», «при определенных обстоятельствах». Но сам Путин молчит — улыбается и раскланивается как истинный японец. При этом с хитринкой в глазах: «Может и Крым заодно возьмете?» А Абэ этих намеков не понимает и прет напролом. Вот и намедни выдал фразу о том, что в переговорах между Москвой и Токио по мирному договору настал решающий момент.

Обратим внимание — именно по мирному договору, а не по передаче островов. «Настал решающий момент. Мы с президентом Путиным обязательно поставим точку в этом вопросе», — заявил Абэ. Мир затаил дыхание: «Шо, неужели отдаст острова японцам?», как будто Кунашир стал важнее Крыма. Надо полагать, что украинский президент Порошенко в этот момент даже оторвал то, на чем сидят, от кресла.

Будем исходить из реалий — никто ничего пока не отдал. Где-то со знаком вопроса висят практически не значимые в экономическом и военном плане острова Малой Курильской гряды Шикотан и Хабомаи, но и их статус по-прежнему российский. Про Кунашир и Итуруп вообще нет речи. По крайней мере из Москвы. Отдать острова — как отрезать.

— Между островами Курильской гряды имеется лишь два пролива, которые не замерзают в холодное время года, — говорил еще в конце 2018 года «Свободной прессе» адмирал флота Владимир Куроедов, который в свое время командовал Тихоокеанским флотом. — Это пролив Екатерины, расположенный между островами Итуруп и Кунашир, а также пролив Фриза между островами Итуруп и Уруп. Если бы эти острова принадлежали другой стране, трудно даже представить, как бы осуществлялось транспортное сообщение между, например, Петропавловском-Камчатским и Владивостоком зимой. К тому же, не стоит забывать о Военно-морском флоте России на Дальнем Востоке. Корабли из Владивостока не смогут выйти в Тихий океан без согласования с третьими странами. И если сейчас Охотское море в основном контролируется кораблями береговой охраны российских пограничников, то при открытых «воротах» там придется держать крупные силы ВМФ для сдерживания потенциального противника.

Вероятно, что японский премьер Абэ, которому российский президент Путин перекинул мяч с надписью «подпишем мирный договор», решил отыграть его со своей выгодой.

Мол, легко, подпишем в обмен на Курилы. Путин настаивает: вначале подпишем, а там посмотрим.

Тут свой подвох — какие могут быть взаимные претензии у стран, которые подписали мирный договор.

Похоже, что этот мяч так и будет перелетать с одного поля на другое. И оба игрока будут вынуждены блефовать и демонстрировать свою правоту в отстаивании интересов.

Так что обзаводиться курильской пропиской в надежде обменять ее на японскую, пока как минимум преждевременно.