Забытый часовой охраняет латвийское болото
Пусто сейчас стало на водоемах, из крупных остались только лебеди да цапли — серые и белые. Но если серых цапель почти не видно из—за покровительственной окраски, то белую сразу замечаешь.
Близко к ним не подберешься — уж очень они острожные. Но та, которую увидел вчера, почему—то не особо испугалась меня. Более того, позволила не только подойти почти на полсотни метров, но и некоторое время терпела мое присутствие, медленно вытанцовывая на мелководье, поворачиваясь то одним боком, то другим — словно позировала.
Сто лет назад больших белых цапель в наших краях не было совсем или было очень мало: их истребляли ради длинных белых перьев, которые использовались для украшения модных в ту пору женских шляпок. Даже на территории Беларуси белые цапли стали гнездиться в начале 2000 годов, когда была обнаружена колония птиц в Полесье в количестве около 20 пар.
Белую цаплю можно назвать индикатором потепления климата — благодаря повышению средней температуры в Европейском регионе эта южная птица стала активно расселяться, заселяя более северные регионы. Отдельные экземпляры были замечены нынешним летом в окрестностях Санкт—Петербурга.
Чаще всего цапля стоит в воде на одной ноге — в таком состоянии она может находиться несколько часов. Как оказалось, это не просто так, а потому что они греют застывшие в холодной воде ноги по очереди, одну за другой.
Большинство видов цапель питаются земноводными и пресмыкающимися, но некоторые не брезгуют и животными вроде кротов и мышей и даже другими птицами — например чайками: как их яйцами, так и птенцами и даже взрослыми птицами.
Эта цапля, что встретилась на заболоченном водоеме, почему—то показалась мне часовым, которого забыли снять с поста — она так и не покинула это болотце, хотя вполне ожидаемо было увидеть ее в полете. Но так и не поднялась в воздух, словно охраняла свою территорию, выполняя обещание и обязанность блюсти здесь порядок.
Валерий САМОХВАЛОВ.
Фото автора.