Миграционный кризис спровоцировал бунт в Евросоюзе
Сдаётся мне, что даже для самого безразличного ко всему на свете российского обывателя, упоминание страны Венгрии скоро будет ассоциироваться не только с названием «Икарус» и именем Шандора Петефи.
Что касается обывателя европейского, до сих пор путающего Будапешт и Бухарест, то ему с некоторых пор всё чаще приходится с удивлением замечать, что, оказывается, есть такая на редкость привередливая страна, откуда в слаженный хор Евросоюза всё сильнее долетают ни с кем не согласованные тональности.
Венгерский министр иностранных дел Петер Сийярто в специальном телевизионном коммюнике прямым текстом заявил, что «Венгрия атакована промигрантскими силами под руководством французского президента Эммануэля Макрона, активно содействующего заселению Европы мигрантскими массами и, таким образом, подвергающего опасности весь континент...Эти силы считают себя прогрессивными, но проблема в том, что избранное этими прогрессистами направление ведёт Европу к полной и абсолютной катастрофе».
И далее, без перчаток:
«Их цель — замена европейского населения абсолютно чуждой ему культурной и этнической группой. Именно этому мы и противостоим».
И наконец: «Несмотря ни на какое давление со стороны Евросоюза, венгерское правительство продолжит борьбу за собственную страну и за Европу».
В самой по себе констатации ничего нового, разве что, впервые отцом европейской демократии и предводителем миграционного дворянства публично назван не немецкий канцлер, а французский президент. Что, если разобраться, закономерно, потому что плох тот ученик, который не превзойдёт своего учителя.
До сих пор мнимая «сила» президента Макрона проявляла себя, в основном, в его личных трактовках той или иной ситуации, где, по его мнению, он себя как-нибудь мудро показал и кого-нибудь чему-нибудь да научил.
В самовлюблённых интервью после каждого общения с главами государств президент Макрон, прежде всего, делал упор на своё личное неотразимое воздействие: президент Трамп его «послушался»; канцлер Меркель — «подтвердила его правоту»; президент Путин" с ним согласился«.
И не суть, о чём конкретно, шла речь, суть в картинке: мудрый президент Макрон вещает вечные истины, почтенно склонившимся к его надёжному плечу «главам» такого масштаба, с мировой, во всех смыслах, репутацией...
Во всяком случае, именно так кажется ему самому, он так видит и других в этом страстно убеждает.
И только с Венгрией у президента, с самого начала, всё никак не задастся. Только Венгрию у президента Макрона никак не получается ничему научить.
Более того, из Венгрии, по всем информационным и дипломатическим каналам постоянно лезут опасные новости прямо-таки инфекционного характера, заражая дурными идеями и бредовой отвагой даже местные, вроде бы надёжно выхолощенные политкорректью умы.
Только прошедшим летом уже несколько раз пришлось беспокоиться: на июльском Европейском саммите, посвящённом миграционному вопросу, президенту Макрону пришлось строжайшим образом приструнить своего французского посла в Будапеште Эрика Фурнье, которому вдруг пришло в голову публично обвинить в «мадьярофобии» французскую и англо-саксонскую прессу и равно публично восхвалить сегодняшнюю венгерскую политику Виктора Орбана, назвав её «моделью, сумевшей предвидеть неизбежные проблемы, связанные с нелегальной миграцией».
Всего лишь несколько лет в этой непонятной «агрессивной» стране (если не ошибаюсь, посол Фурнье на посту в Венгрии с 2015 года) сумели спровоцировать у вполне себе добропорядочного и должным образом обученного француза такую прискорбную зависимость от самого опасного из способов противостояния политкорректи — собственного суждения и инакомыслия.
Если срочно не положить один большой и безоговорочный конец их мадьярским замашкам, венгерский синдром способен дотянуться до ещё не прошкваренных политкорректью мозгов и овладеть самой широкой европейской публикой, вопреки стараниям всей евросоюзной рати, с первым «мыслителем»- исполнителем во главе.
Теперь вот, венгерский министр иностранных дел, можно сказать, в открытую хамит, уничижая ещё совсем недавно столь вожделенный титул предводителя евросоюзного дворянства и корону властителя прогрессивных дум.
Проблема в том, что в связи с упрямо отрицающей евросоюзные мечты и обещания действительностью, титул этот уже изрядно померк и продолжает неумолимо угасать, а корона в самом ближайшем будущем вполне себе может так же неумолимо превратиться в тыкву, если не в терновый венец, в то время как его носитель (я бы даже сказала «несун»...) отнюдь не готов отвечать за последствия. С ним так не договаривались...
А пока весь Евросоюз думает, как лучше осадить неразумных мадьяров, вокруг да около ведёт подкоп несознательная, но упрямая действительность. И в Германии бурлит, и в Париже закипает.
Пока, правда, только Польша не слишком внятно вторит Венгрии, серьёзно повязанная по рукам и мозгам принудительной русофобией, не позволяющей ей полностью и окончательно признать чужую правоту и тем самым бесповоротно и уже публично обличить зачинщиков грядущей катастрофы.
Всем заинтересованным придётся, по всей видимости, не хвататься бестолково за венгерскую соломинку, а дожидаться, пока сам водоворот событий не соберёт вокруг неё достаточно брёвен для спешной отстройки нового Ковчега.
А тем временем, всё-таки не следует чересчур расслабляться, но, может быть, стоит попытаться понять, какие такие особенности национального характера или истории сумели так прочно привить стойкий иммунитет на саморазрушение именно этой маленькой вредной стране, язык которой, по слухам, считается самым сложным из европейских, что, возможно, формирует в её дипломатах способность «взрезать» правду-матку на самом официальном уровне...
Елена Кондратьева-Сальгеро, журналист, главный редактор литературного альманаха «Глаголъ», Франция.
*Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции
Что касается обывателя европейского, до сих пор путающего Будапешт и Бухарест, то ему с некоторых пор всё чаще приходится с удивлением замечать, что, оказывается, есть такая на редкость привередливая страна, откуда в слаженный хор Евросоюза всё сильнее долетают ни с кем не согласованные тональности.
Венгерский министр иностранных дел Петер Сийярто в специальном телевизионном коммюнике прямым текстом заявил, что «Венгрия атакована промигрантскими силами под руководством французского президента Эммануэля Макрона, активно содействующего заселению Европы мигрантскими массами и, таким образом, подвергающего опасности весь континент...Эти силы считают себя прогрессивными, но проблема в том, что избранное этими прогрессистами направление ведёт Европу к полной и абсолютной катастрофе».
И далее, без перчаток:
«Их цель — замена европейского населения абсолютно чуждой ему культурной и этнической группой. Именно этому мы и противостоим».
И наконец: «Несмотря ни на какое давление со стороны Евросоюза, венгерское правительство продолжит борьбу за собственную страну и за Европу».
В самой по себе констатации ничего нового, разве что, впервые отцом европейской демократии и предводителем миграционного дворянства публично назван не немецкий канцлер, а французский президент. Что, если разобраться, закономерно, потому что плох тот ученик, который не превзойдёт своего учителя.
До сих пор мнимая «сила» президента Макрона проявляла себя, в основном, в его личных трактовках той или иной ситуации, где, по его мнению, он себя как-нибудь мудро показал и кого-нибудь чему-нибудь да научил.
В самовлюблённых интервью после каждого общения с главами государств президент Макрон, прежде всего, делал упор на своё личное неотразимое воздействие: президент Трамп его «послушался»; канцлер Меркель — «подтвердила его правоту»; президент Путин" с ним согласился«.
И не суть, о чём конкретно, шла речь, суть в картинке: мудрый президент Макрон вещает вечные истины, почтенно склонившимся к его надёжному плечу «главам» такого масштаба, с мировой, во всех смыслах, репутацией...
Во всяком случае, именно так кажется ему самому, он так видит и других в этом страстно убеждает.
И только с Венгрией у президента, с самого начала, всё никак не задастся. Только Венгрию у президента Макрона никак не получается ничему научить.
Более того, из Венгрии, по всем информационным и дипломатическим каналам постоянно лезут опасные новости прямо-таки инфекционного характера, заражая дурными идеями и бредовой отвагой даже местные, вроде бы надёжно выхолощенные политкорректью умы.
Только прошедшим летом уже несколько раз пришлось беспокоиться: на июльском Европейском саммите, посвящённом миграционному вопросу, президенту Макрону пришлось строжайшим образом приструнить своего французского посла в Будапеште Эрика Фурнье, которому вдруг пришло в голову публично обвинить в «мадьярофобии» французскую и англо-саксонскую прессу и равно публично восхвалить сегодняшнюю венгерскую политику Виктора Орбана, назвав её «моделью, сумевшей предвидеть неизбежные проблемы, связанные с нелегальной миграцией».
Всего лишь несколько лет в этой непонятной «агрессивной» стране (если не ошибаюсь, посол Фурнье на посту в Венгрии с 2015 года) сумели спровоцировать у вполне себе добропорядочного и должным образом обученного француза такую прискорбную зависимость от самого опасного из способов противостояния политкорректи — собственного суждения и инакомыслия.
Если срочно не положить один большой и безоговорочный конец их мадьярским замашкам, венгерский синдром способен дотянуться до ещё не прошкваренных политкорректью мозгов и овладеть самой широкой европейской публикой, вопреки стараниям всей евросоюзной рати, с первым «мыслителем»- исполнителем во главе.
Теперь вот, венгерский министр иностранных дел, можно сказать, в открытую хамит, уничижая ещё совсем недавно столь вожделенный титул предводителя евросоюзного дворянства и корону властителя прогрессивных дум.
Проблема в том, что в связи с упрямо отрицающей евросоюзные мечты и обещания действительностью, титул этот уже изрядно померк и продолжает неумолимо угасать, а корона в самом ближайшем будущем вполне себе может так же неумолимо превратиться в тыкву, если не в терновый венец, в то время как его носитель (я бы даже сказала «несун»...) отнюдь не готов отвечать за последствия. С ним так не договаривались...
А пока весь Евросоюз думает, как лучше осадить неразумных мадьяров, вокруг да около ведёт подкоп несознательная, но упрямая действительность. И в Германии бурлит, и в Париже закипает.
Пока, правда, только Польша не слишком внятно вторит Венгрии, серьёзно повязанная по рукам и мозгам принудительной русофобией, не позволяющей ей полностью и окончательно признать чужую правоту и тем самым бесповоротно и уже публично обличить зачинщиков грядущей катастрофы.
Всем заинтересованным придётся, по всей видимости, не хвататься бестолково за венгерскую соломинку, а дожидаться, пока сам водоворот событий не соберёт вокруг неё достаточно брёвен для спешной отстройки нового Ковчега.
А тем временем, всё-таки не следует чересчур расслабляться, но, может быть, стоит попытаться понять, какие такие особенности национального характера или истории сумели так прочно привить стойкий иммунитет на саморазрушение именно этой маленькой вредной стране, язык которой, по слухам, считается самым сложным из европейских, что, возможно, формирует в её дипломатах способность «взрезать» правду-матку на самом официальном уровне...
Елена Кондратьева-Сальгеро, журналист, главный редактор литературного альманаха «Глаголъ», Франция.
*Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции