Виновники «метаноловой трагедии» в Эстонии не рассчитались за 17 лет
«Метаноловая трагедия», случившаяся в эстонском городе Пярну в сентябре 2001 года (в результате которой скончались 68 человек, а 43 стали инвалидами), означала огромные расходы для ряда государственных больниц. Государственная Больничная касса до сих пор требует возмещения расходов с виновных, пишет err.ee.
В пользу Больничной кассы с восьмерых виновных потребовали в течение 15 лет выплаты 599 000 крон (приблизительно 38 000 евро). В отношении пяти осужденных производство закончилось, однако большая часть долга до сих пор не выплачена. На счет Больничной кассы поступило 9600 евро, 28 700 остались невыплаченными. К примеру, в течение последних двух лет виновные заплатили кассе 700 евро, то есть меньше одного евро в день. Также решением от 2003 года виновных в трагедии приговорили возместить пострадавшим приблизительно 21 000 евро. Однако по данным издания Pärnu Postimees, получили эти деньги лишь немногие пострадавшие.
Отметим, что в результате массового отравления метанолом в Пярну, имевшего место в 9−10 сентября 2001 года, умерли 68 человек, 40 человек стали инвалидами II степени (потеряв зрение и/или пережив острое поражение мозга и нервной системы), еще три человека — инвалидами I степени. Отравление стало следствием сговора нескольких рабочих предприятия Baltfet (занимавшегося производством биодизельного топлива), похитивших два десятка канистр с метиловым спиртом. Сообщники разлили его в водочные бутылки с этикетками элитных марок, смешали с водой и вкусовыми добавками и пустили в продажу в Пярну и Пярнуском районе. Расследование преступления началось лишь после того, как врачи зафиксировали несколько случаев летального исхода, которые вызвало отравление метиловым спиртом. В ближайшие дни на больничных койках оказалось 152 человека. 24 из них умерли, еще 44 были найдены мертвыми в своих домах.
В ходе полицейских рейдов в Пярну были найдены две ёмкости с 400 литрами метилового спирта. Этого количества было достаточно для того, чтобы умертвить 13 тыс. человек, что составляет 1% населения Эстонии. В результате оперативных действий на скамье подсудимых оказались 19 человек, в том числе Сергей Майстришин, Денис Плечкин, Роберт Петров и Александр Соболев, все получили небольшие сроки заключения. Суд постановил лишить Майстришина свободы на пять лет, Соболева на 2,5 года, хотя в ходе заседаний в прессе упоминалась возможность наказания в виде пожизненного заключения для Майстришина и 7−8 лет для его сообщников. Назначенные виновникам необычайно короткие сроки породили массу слухов в народе и прессе. По количеству жертв трагедия в Пярну оставалась самой крупной такого рода на постсоветском пространстве — вплоть до массового отравления метиловым спиртом в Иркутске в 2016 году.
В 2001 году подпольный алкоголь покупали 14% потребителей алкогольной продукции в Эстонии, но к настоящему времени, по данным Института конъюнктуры, этот показатель сократился до 3%. Тем не менее, на рынке крепких алкогольных напитков это сокращение менее заметно: если в 2001 году доля подпольного алкоголя составляла треть, то в 2015 году — 21%. Как отмечают в эстонском Институте конъюнктуры, «потребление подпольного алкоголя зависит от состояния национальной экономики, увеличиваясь в периоды спада и сокращаясь во времена подъема». К подпольному алкоголю относят не только самодельные суррогаты, но и все употребляемые алкогольные напитки, за которые в Эстонии не был уплачен акциз, в том числе ввезенные из-за границы.
В 2016 году Денис Плечкин рассказал изданию mk.ru, что он знал о том, что в канистрах, которые он выносил с предприятия, содержится яд. «Знал. И, конечно, предполагал, что от него могут погибнуть люди. Поэтому я предупреждал Сергея Майстришина, что он не предназначен для питья», — поведал Плечкин. В суде не удалось доказать, что Майстришин был в курсе того, что торгует ядовитым веществом. Пярнуский уездный суд переквалифицировал обвинение: Сергей Майстришин больше не обвинялся в преднамеренном убийстве. В итоге, его обвиняли в причинении смерти по неосторожности. В то время максимальное наказание за это составляло три года тюрьмы, еще два года ему добавили за кражу метанола. Итого — пять лет. За примерное поведение и ремонт в камере Майстришина освободили досрочно в марте 2004 года. «Раскаиваюсь ли я? Затрудняюсь ответить, на все есть свои оправдания. Напомню просто то, что я не думал и не знал в каких целях этот спирт будет использоваться. От этого и цена была такая маленькая с нашей стороны — 6000 крон. Моя роль была очень мала, эти бочки я видел только в момент погрузки — от силы минут десять и всё…», — сказал Плечкин.