Pоскошь ар—нуво
Блестящий, удивительный, поражающий воображение стиль модерн, югендстиль, ар—нуво — поселился сегодня в Большом зале музея «Рижская биржа». Международная выставка «Стиль модерн. Начало. Влияния. Своеобразие» — одна из самых пышных и богатых из тех, которые мы когда—либо могли увидеть в музее.
Вместе со всей Европой
В Ригу прибыли произведения искусства, экспонаты и бытовые предметы со всей Европы, хранящиеся в музее Орсе в Париже, музее Виктории и Альберта в Лондоне, Центре визуальных искусств Сейнсбери в Норвиче, Королевском музее искусства и истории в Брюсселе, Центре Помпиду — Национальном музее современного искусства в Париже, Национальном художественном музее им. М. Чюрлениса в Каунасе.
У нас тоже сохранились обширные коллекции предметов того времени — в Национальном музее истории Латвии, Музее истории Риги и мореходства, Музее литературы и музыки, Мемориальном музее Райниса и Аспазии, Рижском центре модерна, Академической библиотеке ЛУ. В экспозиции мы можем увидеть роскошные вещи из частных коллекций Виктора Астанина и семьи Белевичей.
Выставка посвящена 100—летию Латвийского государства. И от времени расцвета стиля модерн нас тоже отделяет немногим более 100 лет.
Рига, третий по значимости, богатству и развитию город Российской империи, крупнейшая метрополия региона Балтийского моря занимала особое место в общей картине мирового искусства. Архитекторы воплощали идеи модерна в декоративно—насыщенном оформлении фасадов, красочности интерьеров, а наряду с архитектурой великолепные примеры стиля можно увидеть в произведениях прикладного искусства, в книжной и журнальной графике, живописи. Эра ар—нуво была временем формирования национального профессионального искусства, и новый стиль стал одним из стимулов этого процесса.
В экспозиции выстречаются самые разные национальные школы Европы — чтобы дать возможность посетителю самостоятельно находить сходства, влияния и различия. Хотя рижский модерн обладает своеобразием, его черты обнаруживают тесную связь с процессами, происходившими в других странах.
Экспозиция рассказывает о наиболее ярких проявлениях югендстиля в Европе, визуализируя их в живописи, графике, скульптуре и декоративно—прикладном искусстве. Она повествует об истоках, начале и зрелости стиля. Общепризнанными столицами модерна были Париж, Лондон, Брюссель, Санкт—Петербург, Рига, Прага, развивался он и в других крупных европейских городах.
Лунные часы
Перед нами предстанет рассказ о Франции и японизме, мебели и архитектурных деталях Луи Мажореля, Эктора Гимара и Эмиля Галле, о Бельгии и «стиле Конго», о растительных мотивах в работах Уильяма Морриса и Уолтера Крейна в Британии, об изысканной роскоши Фаберже в России, об искусстве периода господства модерна в Германии, Австрии, Чехии, Дании, Швеции, Нидерландах и Швейцарии.
Элегантность форм, богатство и филигранность отделки, гармония природных форм, пластичность и синтез в сочетании с функциональностью...
Проект реализован при поддержке минкульта ЛР и Французского института в Латвии.
— Мы встречаесмя здесь с разными странами, разными мастерами, творения которых мы знаем из книг или видим в лучших европейских музеях, — говорит директор «Рижский биржи» Дайга Упениеце. — Очень благодарна коллегам из этих музеев, которые дали нам возможность привезти в Ригу на выставку именно те предметы, которые мы сами выбрали. Даже не только те, что можно было взять, но те, которые нам самим хотелось увезти в Ригу.
Очень многие предметы находятся в постоянных экспозициях музеев — коллегам приходилось даже снимать их со своих экспозиций, чтобы показать в Риге. Надеюсь, посетители поймут, насколько особенный подарок нам сделали зарубежные коллеги на 100—летие страны.
Но и Латвия не подкачала. Очень интересные предметы дали нам наши коллеги из Музея Райниса и Аспазии. Один из них — часы, которые Аспазия купила, когда Райнис писал свои стихи «Лунная девочка». Посередине там можно увидеть изображение обнаженной женщины — пусть, мол, поэт смотрит на него и вдохновляется. Но Райнис заботу жены не оценил и переставил часы в дальний угол...
На Всемирной выставке в Париже 1900 года побывали писатели и художники из Риги — они унесли с нее всякие проспекты, буклеты, разбросанные эскизы, какие—то записки. Все они сейчас хранятся в Академической библиотеке ЛУ. Я пересмотрела их и нашла, что там даже есть графика виднейшего творца ар—нуво Альфонса Мухи. В то время это была просто картинка, а сейчас — ценнейшая вещь... Творения Мухи мы тоже привезли на эту выставку.
— В Риге каждый может увидеть прекрасные образцы архитектуры стиля модерн конца XIX — начала ХХ века, — говорит директор Латвийского национального художественного музея Мара Лаце. — Но наша выставка интересна тем, что здесь предметы бытовые, декоративно—прикладное и изобразительное искусство — все те направления, в которых югендстиль существовал и развивался. И в каждой стране Европы это было очень по—разному.
Отдельно выделены работы тех художников, которые вошли в историю латвийского искусства. Мы показываем, как они сочетались с разными историческими направлениями европейского югендстиля. Мы видим здесь керамику Ансиса Цирулиса — она более тяжеловесная, что ли, у нее прослеживается глубокая связь с народным творчеством, она имеет более локальный характер. В то время мы серьезно начинаем говорить о начале промышленного дизайна.
Стиль модерн существовал недолго, до Первой мировой войны, однако потом он переходит в ар—деко и другие стили.
Слоновая кость?.. Недемократично!
Профессор Вернер Адриаенсен, реставратор и куратор Брюссельского Королевского музея искусства и истории, специально приехавший на открытие выставки в Ригу, рассказывая о Брюсселе конца XIX — начала ХХ века, показывал и первые образцы промышленного дизайна:
— Брюссель был очень богатым городом, а Бельгия в целом слыла одной из самых промышленно развитых стран Европы. У нас появилась масса богатых семейств. Это были на тот момент «новые богатые» — отсюда и слово «нувориш». Они строили для себя дома, заказывая проекты лучшим архитекторам. Все восхищаются творениями нашего знаменитого Виктора Орта — четыре его дома вошли в Список всемирного наследия ЮНЕСКО.
А еще в то время у нас распространился «стиль Конго» — бельгийской колонии. Посмотрите на проекты знаменитой Всемирной выставки в Брюсселе 1897 года, которая проходила в Парке 50—летия и районе Тервюрен. Архитектор и дизайнер Поль Анкар спроектировал для нее Колониальный и Этнографический залы — вы можете эти проекты в цвете здесь увидеть. В Этнографическом зале рассматривался каждый регион Конго, и вот эти знаменитые изысканные скульптуры Шарля ван дер Стапена и Питера Браке из слоновой кости, бронзы и мрамора, которые вы видите здесь, были приметами того времени, но эта традиция продержалась недолго. Они все небольшие, потому что сделаны из бивней индийского слона — животные эти некрупные, в отличие от африканских.
Посетители выставки были тогда под большим впечатлением. Это поражало, как изделия из бриллиантов, и было в каком—то смысле фетишем стиля ар—нуво, «стилем Конго». Но все это очень критиковалось уже в то время. А Поль Анкар стал основоположником промышленного дизайна — вот здесь его дизайн ковра и текстиля.
«Журавль в камышах» и «Ладыши»
Изделия французских мастеров показывал директор Института Франции Жиль Бонвиаль:
— Эта этажерка из орехового дерева, палисандра, дуба, шелка и бронзы сделана Луи Мажорелем. Как и этот столик из красного дерева с интарсией, и ночной столик «Ландыши». А напольная лампа из металла и лака «Водяная лилия» и еще одна — «Журавль в камышах» — работы неизвестных авторов. Вот вазы из бронзы с золочением Франсуа Рауля Лароша — одна называется «Мечта», а это тарелки из обеденного сервиза дизайнера Анри Ламбера, они из фаянса.
Средний мотив каменного балкона из чугуна Гектора Дюма, огромная тарелка из фаянса с головами дерущихся петухов. А эти тончайшие украшения и колье Жиль—Рене Лалика очень характерны для того времени.
Ксения Рудзите, хранитель коллекции зарубежной живописи ЛНХМ, подводит к высоким узким вазам разных цветов Ильгюциемской стекольной мануфактуры. Говорю ей, что одна такой же формы, только темно—фиолетового цвета, которого здесь нет, стояла на тумбочке у моей бабушки...
— Да, потом этот дизайн еще долго жил, — отзывается Ксения. — Как и изделия Кузнецовской фарфоровой фабрики, которые вы можете здесь увидеть, 1887–1915 годов, из фаянса и фарфора. В начале ХХ века работала и фарфоровая мануфактура Целмса и Бема. Все это из коллекции Музея югендстиля.
На выставке представлены работы и классиков латвийской живописи — Валтерса, Розенталя, Страуме. Художники использовали какие—то фольклорные, национальные мотивы. Но это в целом было характерно для югендстиля, и в каждой стране делался национальный акцент и взгляд немного в прошлое.
Серебряный венок из Санкт—Петербурга
Датский фарфор начала ХХ века из коллекции ЛНХМ — это очень красивые изделия Арнольда Крога, Арнольда Эриксена и других мастеров, есть серебряные датские блюда.
Из Чехии прибыли чудесные богемские вазы. Амфора — из керамики, а кажется, что из металла, есть причудливо тонированное, окрашенное стекло. И даже такие бытовые предметы, как совок и щетка времен югендстиля, поражают своим изяществом. А вот и творения Альфонса Мухи — шелк и цветная фотография.
В российской части экспозиции поражает все. В центре — огромный серебряный венок, в котором переплетаются кованые ветви лавра и дуба с белыми лилиями. «Дар города Санкт—Петербурга городу Риге» — выковано на нем и пояснение: изготовлен фабрикой Фаберже в честь 200—летия вхождения Лифляндии в состав Российской империи. Дизайн Карла Александра Бухтера. Хранится в Музее истории Риги и мореходства.
Декоративная посуда 11—й Московской артели поражает изяществом и богатством отделки — серебро, эмаль, золочение, филигрань. Кубки, салатнички, шкатулочки... Посуда с декором — хрусталь, гравировка, литье — из России все самое роскошное. На футляре для карандаша написано «Фабрика Фаберже, Одесса», золото и рубины. Еще есть серебряный ковшик с эмалью, камеи — тоже Фаберже.
Эти творения — из частной коллекции Виктора Астанина, одного из самых серьезных латвийских коллекционеров, специалиста по русскому серебру.
Рядом в российском разделе — статуи Врубеля «Садко» и «Весна», его картины. Под стеклом — экспонаты из коллекции Академической библиотеки ЛУ — российские журналы начала ХХ века — «Зарницы», «Пулемет», «Девятый вал», сочинения Льва Толстого, Аксакова, Тургенева в богатых тисненых кожаных обложках, оформленных в стиле ар—нуво. «Коронационный сборник» от 14 мая 1896 года — его составил и редактировал Василий Силович Кривенко.
...Экспонаты рижской юбилейной выставки 1901 года, посвященной 700—летию нашей столицы. Рекламные проспекты, календари, книги, фото — все с виньетками, цветочными орнаментами.
...Предметы со Всемирной выставки в Париже 1900 года.
...Англия удивляет тончайшей работы огромными гобеленами, такими как «Помона», изделием мануфактуры «Моррис & Co», посудой с цветочным орнаментом, роскошным креслом дизайнера Уильяма Морриса.
Описывать всю эту роскошь — занятие неблагодарное. Лучше увидеть самим.
Наталья ЛЕБЕДЕВА.