«Сегодня жив, а завтра не знаю». О чём писали поморские солдаты с фронта?
Потускневшие строчки жёлтых обветшавших от старости фронтовых треугольничков передают радость побед, тоску по далёкому дому, горечь и боль из-за смерти боевых товарищей. Каждое такое письмо - память о родных людях, которых уже нет в живых. Давайте почитаем их.
Орфография и пунктуация писем сохранены.
«Не вспоминайте о плохом»Поберезский Владимир Васильевич в память об отце Поберезском Василии Ефимовиче принёс в редакцию письмо и фотографию отца. «Отец мой работал учителем математики на Украине в городе Николаеве, оттуда и был призван, - рассказывает Владимир Васильевич. - Знаю, что он погиб в 1941 году, а где захоронен - неизвестно, сейчас даже не могу узнать об этом, поскольку на Украину не выехать, там уже современные войны. Дедушка мой Ефим Васильевич дошёл до Берлина, а в 1945 году возвращался с войны домой. Бабушка дома уже напекла пирогов - все его ждали, хотели встретить героя, он ехал через Польшу, Украину и подорвался на мине».
«10/VII-41. Здравствуйте, родители!!! Сообщаю, что на сегодняшний день пока жив, а завтра не знаю буду ли жив или нет. Уже из западной отступили, сейчас нахожусь под г. Новоград-Волынский. Идут ожесточенные бои. Писать мне не пишите ибо нет постоянного адреса.
Ну а пока досвидание. Оставайтесь живы и здоровы. Может быть не придется вернуться то не вспоминайте о плохом. Досвидание ваш сын Вася».
«Живу я хорошо»Людмила Альбертовна Баженова до сих пор хранит письма своего дяди Казакова Владимира Павловича. «Он писал своей маме - Казаковой Екатерине Платоновне. Пишет, что его отец был в командировке и отдохнул хорошо, на самом деле тот находился в госпитале, а военная цензура не пропускала такие сообщения». Владимир Павлович погиб в феврале 1944 года, а семья получила похоронку только осенью, вот столько времени не знали, что с ним и где он. Никаких вестей не было.
Людмила Альбертовна принесла два письма, примерно одинакового объёма. Интересно, что оба письма Владимир Павлович продолжает на обороте, как будто он хотел бы ещё многое сказать своей семье, но фронтовой треугольничек не вмещает всех мыслей и чувств.
«Здравствуй, мама и Нина!
Шлю я вам свой привет. Пишу коротенькое письмо на двоих так как тороплюсь на занятия. Хочу сообщить, что от папы получил письмо 2-го числа которое было писано 25/IX-43 г. Пишет, что по 25 был в командировке приехал и сразу пишет письмо. Он пишет, что отдохнул хорошо. Приехал и у него лежит несколько писем от вас и от меня и от Нади был очень рад. А сейчас опять идти на передний край обороны. Живу я хорошо не беспокойтесь только насчет курева неважно ну ничего. Мама пиши как твое здоровье не перетруждайся не расстраивайся. Как Нина поправляется нет. Пишите а то я очень тревожусь. Писал 4/ IX – 43 г. Жду ответа. Целую. Ваш родной. Привет бабушкам».
«Мама, ты самая чудесная»Наша читательница Парамонова Марина Валентиновна, пожалуй, самая активная участница акции «Пишу вам с фронта». Она принесла сразу восемь писем с фронта и на фронт.
«Мой дядя Зотиков Дмитрий Иванович писал домой своей маме, то есть моей бабушке, с фронта, - говорит Марина Валентиновна. - У него интересная и трагическая судьба. Дмитрий Иванович был лётчиком. В 1941 году он был сбит над Румынией и попал в плен. От командира полка пришло уже извещение, что он погиб. Из плена ему удалось бежать, он попал потом в госпиталь. Без слёз читать невозможно. В 20 лет пошёл воевать, совсем еще мальчишка. Такой молодой, а ведь воевал вместе с Александром Покрышкиным (лётчик, трижды Герой Советского Союза, лично сбил 59 вражеских самолётов. - Ред.), он был его сослуживцем, в одном из своих писем маме он сообщает о переписке с Покрышкиным. Пишет, что получил от него дружеское письмо».
Дмитрий Иванович вернулся с войны - он прожил долгую жизнь, после войны работал в Аэропорту.
«7/I-45г. Венгрия.
Дорогая мама!
Только что получил твое письмо, второе, как ты говоришь. А это уже у меня третье, адресованное тебе. Я все более и более убеждаюсь, что в свое время просто напросто недостаточно любил и ценил тебя. А ведь ты у меня самая хорошая и самая чудесная из всех матерей на земле. Писать я тебе буду безусловно так часто, как только смогу. Но уж вы пишите мне пожалуйста почаще. У вас на это конечно в несколько раз больше времени, чем у меня.
Жив я остался только случайно и как это произошло я до сих пор не могу дать тебе отчета. Молодцы все таки мои друзья, они оказались не только хорошими боевыми товарищами, но и внимательными и чуткими, к чужому для них горю, людьми.
Ох и маловато-же видимо осталось в живых друзей моих! Кое о ком я уже слышал. А многие уже герои.
Но что изумило меня – это то, что Сашка жив. Ведь сразу, как только вспыхнула машина, я дважды скомандовал ему прыгать, но он почему то молчал (а может быть порвалась связь), и уж только после этого, и после того, как пламя полезло мне в рот и нос, а Сашку я счел убитым, я на предельно малой высоте выпрыгнул из машины. Да, что значат в такие моменты ничтожные доли секунды, мгновенья... Долг мой, как командира экипажа, был – покидать машину последним. И я его выполнил.
Слишком уж быстро ожидаете меня домой. Я вернусь к вам, это точно, но это будет еще не скоро. Один их моих друзей заявил, что дорога домой – только через Берлин, и я в этом с ним совершенно согласен».
Пишите мне чаще и больше, дорогие мои.
Будьте здоровы. Ваш Дима».
«Пишу в землянке, немцы рядом»Владимир Тюпин из Верхнетоемского района отправил письмо Виктора Золина, который в годы войны писал своей маме Клавдии Васильевне Золиной в деревню Тропинская.
Весточка пришла домой с опозданием. На карточке чёткий штемпель почтового отделения: «7.4.43». 24 марта при выполнении боевого задания 20-летний лейтенант Золин погиб около Синявино под Ленинградом. Однако об этом ни семья, ни любимая девушка, которая с нетерпением ждала возвращения Виктора, ещё не знали. Лишь месяц спустя получили они письмо-клятву старшего лейтенанта А. И. Вилкова, в подразделении которого Виктор Семёнович Золин был заместителем командира: «...он посмертно представлен к ордену. Наши бойцы и командиры обещают вам, что имя Виктора будет всегда для нас примером. Ещё тысячи гитлеровцев найдут смерть на нашей земле за гибель любимого лейтенанта».
В семье Золиных из четырёх братьев и сестры он был старшим. Только через 35 лет орден Отечественной войны 2-й степени был передан на хранение матери погибшего.
«Здравствуй, мамаша! Пишу в землянке на переднем крае. Немцы находятся в 200 метрах, в окопах рвутся снаряды, ну, в общем, бой. Бьём фрицев... Послал тебе 1000 руб. денег, перед этим послал 700, не знаю, получили ли. Прощайте. Пишите. Виктор. 20.III.43» (полевая почта 77731-В).
От редакции: Мы выражаем огромную благодарность всем нашим читателям, принявшим участие в акции. Вторую часть писем мы опубликуем к 22 июня в №25.