Никогда не говори никогда, или Как Дуров "переобулся в прыжке"
Компания, которая сейчас проводит закрытые раунды ICO, говорит решительное "нет" всем инвесторам, оказавшимся в санкционных лонг-листах США, Великобритании, Евросоюза и Совета Безопасности ООН. Информация об этих ограничениях уже подтверждена как потенциальными инвесторами (российскими предпринимателями), так и журналистами, раскопавшими договор о приобретении токенов Gram между инвестором и Telegram Group Inc.
Сомнений быть не может — Павел Валерьевич подчинился требованиям тех, кто наложил санкции. Более того, в договоре есть даже официальная формулировка, которая объясняет, почему некоторым людям нельзя вкладываться в ICO Telegram: "Любое незаконное использование криптовалюты Gram недобросовестными участниками может нарушить принятые в Великобритании, США и других странах нормативные акты, направленные на борьбу с финансированием терроризма и отмыванием денег. Это может серьёзно повлиять на глобальную репутацию TON Blockchain".
Всё было бы разумно, если бы речь шла о заурядном зарубежном предпринимателе, который просто беспокоится об имидже своей организации — ничего личного, только бизнес.
Но Павел Дуров, во-первых, гражданин России, который здесь родился и вырос, а во-вторых, либертарианец, регулярно рассказывающий о том, как неправильно устроен этот мир.
Присоединившись к санкциям, Дуров сорвал маску показательно аполитичного персонажа и выставил себя лицемером.
Давайте рассуждать с точки зрения логики.
Павел Дуров говорил, что Telegram никогда не будет подчиняться государствам, но при этом компания преспокойно удовлетворила требования SEC (комиссии по ценным бумагам и биржам) по ограничению категорий инвесторов. Лица, попавшие под политические санкции в США, не смогут вкладывать деньги в мессенджер.
Здесь есть сразу три ключевых противоречия:
1. Дуров открыто критиковал регуляции SEC в "Твиттере", но, когда дошло до дела, понял, что с комиссией выгоднее сотрудничать, а не воевать. Можно даже сказать грубее — не сотрудничать, а прогибаться.
2. Дуров пошёл на поводу у Соединённых Штатов, хотя в начале сентября 2017 года сам публично жаловался, что ФБР давило на сотрудников мессенджера. Опять же: Павел Валерьевич говорит одно, а делает другое.
3. В декабре 2017 года Дуров уверял, что не продаст Telegram даже за 20 миллиардов долларов. Очевидно, что он не хочет терять влияние на компанию, как случилось с VK, откуда Павла элементарно выставили. Но, распространив санкции на ICO Telegram, Дуров, по сути, продал собственные либертарианские принципы за 850 млн долларов (столько удалось привлечь в ходе первичного размещения). Это даже хуже, чем потерять влияние.
Ещё нужно обратить внимание на то, как старательно и по-позёрски Дуров дистанцируется от России, делая вид, что у него с этой страной вообще ничего общего: и сотрудники якобы не отсюда, и головной офис в Эмиратах, и вообще, Павел тут давно не живёт. На ум сразу же приходит легендарный пост Антона Розенберга, бывшего сотрудника "ВКонтакте", рассказавшего, что к мессенджеру имело отношение российское юрлицо, а разработчики Telegram очень долго сидели в питерском доме Зингера.
Скорее всего, они бы трудились там и дальше, если бы Розенберг не раскрыл их дислокацию и не взбесил Дурова, истерично обрывающего любые связи с Россией. В том числе такими методами, как поддержка антироссийских санкций.
Безусловно, сам Павел ни за что не станет публично комментировать журналистам любую информацию про ICO Telegram. Объяснений в соцсетях мы тоже вряд ли дождёмся. Но чем дальше всё заходит, тем сильнее бросается в глаза правда: образ свободного и независимого аскета — всего лишь грим, который стремительно растворяется, обнажая довольную ухмылку расчётливого и жадного бизнесмена.