Айнтопф от «Шпигеля»: Гитлер, Смоленск и снова во всем виноваты русские!
Есть у немцев такое блюдо, айнтопф. У нас, аналогов, в принципе, нет. Это как солянка, только с добавлением фасоли и макарон. В общем, то еще варево. Но – если верить немцам – вкусно и сытно. Главное – вали в котел, что под рукой есть.
У нас на рассмотрении айнтопф, сварганенный фрау Сольвейг Гроте из журнала «Шпигель». Добросовестный такой айнтопф, где в одну кучу свалены Гитлер, Сталин, немцы, русские, поляки, русский Мороз.
Как русский Мороз спас Гитлера
Объединяет все это Смоленск.
Казалось бы, чего прицепилась фрау к русскому многострадальному городу?
А все просто. В 1943 году в Смоленске группа офицеров хотела убить Гитлера. Тут, конечно, навалено в кучу все: и еще один тайный бункер Гитлера в Красном Бору, именуемый «Медвежья берлога», и приезд Гитлера, и неудачное покушение.
Покушение действительно планировалось. Сперва Гитлера хотели тривиально пристрелить, но «заднюю» включил фон Клюге. Версий много, то ли Клюге побоялся последствий для своей семьи, как принимающая сторона, то ли, как описывают некоторые источники, побоялся резни, которую совершенно точно устроили бы охранники-эсэсовцы из «Лейбшатндарта».
Факт заключался в следующем: фон Клюге струсил сам и категорически запретил стрелять фон Трескову.
Потому решили Гитлера взорвать на обратном пути. Подложив в самолет взрывное устройство под видом посылки с коньяком для офицера Генштаба.
«Посылка» не сработала, якобы из-за мороза, который что-то там не дал сделать механизму. Ладно, не наши проблемы, в конце концов.
Все, что пытались, но не смогли сделать господа немцы, прекрасно получилось у русских, доведших Гитлера до самовыпила через два года.
Вернемся к статье. Что такого, откровенно идиотского я нашел, раз о ней пишу?
Да вся статья – дурь и варево. Но – в немецком стиле. Это вам не легкий французский круассан под кофе, это айнтопф, надо понимать.
У немцев все должно быть согласно поговорке, в порядке. А раз аллес имеет место быть в орднунге, то вот что получилось у фрау Гроте.
Гитлера хотели убить в 1943 году под Смоленском. Покушение готовили генерал-майор немецкой армии Хеннинг фон Тресков и его адъютант Фабиан фон Шлабрендорф
Фельдмаршал фон Клюге запретил заговорщикам стрелять в Гитлера во время обеда.
Шлабрендорф и Тресков упаковали взрывчатку в коробку, и Тресков попросил Хайнца Брандта, сопровождавшего Гитлера, передать "подарок" полковнику Гельмуту Штиффу.
Заряд не сработал, вроде бы мороз вывел из строя детонатор. Бывает.
Тресков вернул заряд тому, кто его сделал, Рудольфу-Кристофу фон Герсдорфу. На доработку вроде бы.
И вот на этом вроде бы все, история закончилась. Ан, нет! Суп только закипает!
Позднее Герсдорф руководил надзорной службой при эксгумации останков польских офицеров в Катыни, массовое захоронение которых обнаружили представители вермахта.
А вышеупомянутый Шлабрендорф осуществлял юридический контроль и оформление всех документов.
Как я понимаю, Шлабрендорфа ввели в список заговорщиков только ради этого момента. Вообще к Гитлеру претензии были только у Трескова, и со всеми моментами он справлялся сам вполне себе нормально. А вот где и чем ему помогал Шлабрендорф – достоверно не известно. Но – вроде как адъютант Трескова был. Доверенное лицо…
Зато великий специалист Шлабрендорф установил каким-то чудесным способом, что в Катыни «речь шла о польских военнопленных из тех польских кавалерийских полков, которые выступали не против Германии, а только против России».
Следователь-дознаватель уровня 100 этот Шлабрендорф.
Что там дальше? А дальше позволю себе процитировать фрау Гроте.
«Министр пропаганды Йозеф Геббельс хотел использовать обнаружение тысяч убитых выстрелом в затылок солдат для того, чтобы, предав огласке зверства Советского Союза, расколоть антигитлеровскую коалицию. Однако Сталин в свою очередь обвинил в преступлении немцев и в конце войны включил пункт о Катынском расстреле в обвинительное заключение на Нюрнбергском процессе».
Ну, какой у нас злой был Сталин, всем известно. И кто в действительности расстреливал в Катыни поляков. Тут два мнения, и одно из них правильное. С точки зрения фрау Гроте – расстреливало НКВД. А то, что немецкое оружие использовали – это от коварства и хитрости. Нигде не использовали, обходились отечественным, а вот именно в Катыни насобирали немецкого.
В общем, усиленно тыкая в сторону Советского Союза, эти два ничтожества, Шлабренсдорф и Герсдорф, жизнь себе вымолили. Рассказывая не о том, как они Гитлера завалить не смогли (хотя очень старались), а как они дознавались у трупов поляков, кто их убил.
Очевидно, что доклад этих немчиков был столь убог, что наши союзники, как бы им не хотелось, но аж до 1990 года продержали все в архивах.
Позориться не хотели, очевидно.
Ну и эпически шедевральное окончание.
«Спустя 67 лет после неудачного покушения на Гитлера, в 2010 году, в Смоленске произошла авиакатастрофа. При падении польского правительственного самолета погибли президент Лех Качиньский, а также многочисленные представители страны. Они летели на мероприятие, посвященное памяти жертв Катыни. В Польше подозревают, что это мог быть теракт».
Красиво, правда? Нет, действительно изящно!
И самое главное, вопросов-то никаких!
При чем тут Смоленск? При чем тут Гитлер? Причем тут эти трусы в форме вермахта?
А не причем. Вся эта сказка о душевных терзаниях труса фельдмаршала фон Клюге (про участия в заговорах «Умного Ганса» можно отдельную статью писать), о кривых руках господ Шлабренсдорфа и Герсдорфа, об их якобы участии в заговорах с фон Тресковым – все ради одного.
Ради того, чтобы еще раз плюнуть в нас Катынью.
Действительно, Геббельс, который орал про уничтоженных поляков – это не торт, как говорится. А вот когда про то же самое говорят противники Гитлера, которые чуть его не убили – вот им точно можно верить.
Вся эта возня на кухне, оказывается, ради того, чтобы в очередной раз сказать, что в Катыни поляков расстреляли русские.
А все эти покушения, неудавшиеся от русского мороза – это все шелуха.
Да, измельчал немец, как есть измельчал.
И айнтопф не тот уже. Жиденький какой-то и воняет…