Fox: Школьники США смогут менять пол и расу втайне от родителей (видео)
Очень скоро в штате Делавэр школьники уже с пятилетнего возраста смогут заявлять о смене гендера и расы, не ставя в известность родителей, и это право будет защищать школа. Ведущий Fox News Такер Карлсон побеседовал с представителем Делавэрского фонда равноправия Марком Пурпурой, выступающим за эту инициативу.
Очень скоро в штате Делавэр школьники уже с пятилетнего возраста смогут заявлять о смене гендера и расы, даже не поставив в известность родителей. И школа будет их защищать — от родителей. Эту удивительную новость мы сейчас и обсудим.
Делавэр вот-вот примет правила, позволяющие детям менять гендер без разрешения или даже оповещения родителей. Правило 225 обяжет все школы позволять детям выбирать уборную, раздевалку, спортивную команду и предпочтительное имя вне зависимости от биологического пола. Кроме того, учащиеся смогут выбирать, к какой расе они относятся. И, если так пожелает школа, родителям ничего не скажут.
— Марк Пурпура — президент Делавэрского фонда равноправия. Он с нами на связи. Спасибо, что нашли для нас время, Марк.
МАРК ПУРПУРА, Делавэрский фонд равноправия: Здравствуйте, Такер. Спасибо, что пригласили.
— Итак, мы ведь не позволяем детям принимать какие бы то ни было решения без родителей, потому что родители несут за них ответственность. Зачем же подталкивать их к столь фундаментальному решению без ведома родителей?
МАРК ПУРПУРА: Такер, это правило не подталкивает детей ни к какому решению. Оно просто позволяет им определять собственный гендер и расу для школьного учёта. Согласно этому правилу, школа вправе заранее обратиться к родителям за разрешением. В таком случае, прежде чем обратиться к родителям, школа должна оценить, что будет лучше для здоровья, безопасности и благополучия ребёнка.
— Погодите, погодите… Школа — это не родители. Учителя этого ребёнка не рожали и не растили. Как они могут оправдать решение не сообщать родителям? Почему они не обязаны сделать это немедленно?
МАРК ПУРПУРА: Конечно, Такер. Всё просто: некоторые родители просто не поддержат своего ребёнка. Безопасность и благополучие ребёнка могут оказаться под угрозой, если привлечь к этому родителей…
— Кто принимает это решение?
МАРК ПУРПУРА: Решение принимает школа. Но, думаю, здесь не хватает…
— Здесь не хватает возмущения. Позвольте, я подкину немного. Школа не имеет никакого права отнимать у родителей возможность принимать решения касательно детей. Дети не принадлежат школьной администрации, они члены своей семьи. Как смеет школа забирать эту прерогативу у родителей? Кто дал им такое право?
МАРК ПУРПУРА: Такер, Такер, они не забирают прерогативу у родителей…
— Да ясно же, что забирают!
МАРК ПУРПУРА: Во-первых, случаи, когда школа придёт к выводу, что привлечение родителей представляет угрозу для безопасности и благополучия ребёнка, будут очень редки.
— Но кто вправе принимать такое решение? У кого есть такое право — и откуда? Откуда у администратора школы право игнорировать мнение родителей, когда речь идёт об их ребёнке?
МАРК ПУРПУРА: Такер, речь идёт не об игнорировании родительского мнения.
— Конечно же, именно об этом!
МАРК ПУРПУРА: Нет, речь идёт о защите безопасности и благополучия ребёнка. Ребёнок…
— Кто это сказал и на каком основании? Погодите, это же…
МАРК ПУРПУРА: Ребёнок…
— Да прекратите! Я отец четверых детей, и могу вам сказать: самое священное родительское право — влиять на развитие своего ребёнка. Чтобы препятствовать этому праву, нужно постановление суда. Но вы говорите, что сотрудник школы может просто счесть, что это не в интересах ребёнка. И я вас спрашиваю: кто вам дал право нарушать священную традицию, которой уже тысячи лет, и принимать это решение вместо родителей? Простой вопрос. Откуда взялось это право?
МАРК ПУРПУРА: Такер, ребёнок имеет право на достоинство и уважение в школе. И ребёнок не должен выбирать между этим достоинством и уважением — и опасностью у себя дома. Ему не должно угрожать физическое насилие, душевные муки или, хуже того…
— Но кто-то должен принять решение… Подождите! Кто-то должен принять субъективное решение о том, что для ребёнка лучше. И это решение всегда принимают родители, если только суд не сочтёт, что они не в состоянии решить правильно. Для этого нужен суд!
МАРК ПУРПУРА: Нет, Такер.
— Да! Да!
МАРК ПУРПУРА: Мы отправляем детей в школу, и учителя и администрация каждый день принимают такие решения.
— О том, какой расы и какого пола ребёнок? Вы шутите?
МАРК ПУРПУРА: Нет, Такер…
— Такого никогда не пробовали — нигде в мире!
МАРК ПУРПУРА: Такер… Такер…
— А вы делаете вид, что в этом нет ничего особенного и ничьи права не нарушаются. Да нет, нарушаются! Это пренебрежение правами родителей. Потому что политические экстремисты — мне очень неприятно относить вас к этой категории — считают, что их взгляды важнее родительских прав. Думаю, мы должны хотя бы признать, что это так.
МАРК ПУРПУРА: Такер, это правило схоже с политикой, проводимой по всей стране, в таких штатах, как Орегон, Вашингтон, Массачусетс, в округе Колумбия…
— Уже примерно полгода как!
МАРК ПУРПУРА: Нет, Такер…
— Такого не было за всю историю человечества. Ещё три года назад мы не верили, что можно менять пол (в школе) или расу. Это нечто небывалое. Сделайте одолжение, признайте хотя бы, что это нечто небывалое! Никто никогда этого не пробовал.
МАРК ПУРПУРА: В этом нет ничего небывалого. Такер, в этом нет ничего небывалого.
— Смена расы — это не ново? Как давно это началось? Просветите меня по части истории: это есть в англо-саксонском праве? О чём вы вообще говорите?
МАРК ПУРПУРА: Такер, речь идёт не о смене расы, а о том, к какой расе вы себя относите.
— Ладно. Мы тут говорим не о биологии, это другая рубрика. Но я просто привожу факт: ни одно общество никогда так не делало — до самого последнего времени. Никогда такого не было. Так что хотя бы признайте, что это нечто небывалое!
МАРК ПУРПУРА: Такер, это происходит в школьных округах по всей стране, и всё идёт как по маслу.
— Но нарушаются права родителей по отношению к их собственным детям! По милости активистов! Я заявляю об этом во всеуслышание, и мне плевать, я вас не боюсь. Думаю, можно с уверенностью сказать, что родители теряют права на собственных детей, и я считаю, нам нужно об этом задуматься! Мне жаль, что вы несогласны.
МАРК ПУРПУРА: Такер, мы с вами солидарны в одном: участие родителей очень важно. Только в очень редких случаях…
— Но кто это решает? И кто дал им право решать? Не знаю, есть ли у вас дети. Что если я скажу: «Мне не нравится, как вы растите ребёнка, думаю, в интересах ребёнка не ставить вас в известность о судьбоносных решениях, которые он принимает»? Вряд ли вам это понравится! Думаю, для этого нужно постановление суда.
МАРК ПУРПУРА: Родителю не запрещено общаться с ребёнком…
— Школа скрывает это от родителей. Но это чужой ребёнок, он не принадлежит школе. Он принадлежит своей семье. Я хотел бы, чтобы вы это признали и мы могли бы исходить из этого. Но вы не признаёте. И пытаетесь запугать людей, чтобы они приняли ваши правила. Но меня вам не запугать.