Как сообщают молдавские СМИ, к началу этой недели символическую декларацию об объединении с Румынией подписали уже пятьдесят три населенных пункта Молдавии — как правило, те, где муниципалитетами руководят ориентированные на Запад выдвиженцы местных Демократической и Либеральной партий. Причем среди подписантов не только села и небольшие города, но и целый административный район этого государства — Страшенский, не имеющий, кстати, общей границы с Румынией. Но, как говорится, еще не вечер — инициировавшие акцию представители так называемой унионистской общественной организации Actiunea-2012 ожидают, что, в целом, к их призыву присоединится сотня молдавских городов и сел.
Подпись на подпись, село на село
Ни для кого ни секрет, что за этой тщательно спланированной акцией стоит подача с той стороны — румынской. Не случайно, еще год назад муниципалитет столицы этой страны — Бухареста, грозился выделить Кишиневу миллион евро на подготовку юбилея «великого объединения» Румынии и Молдавии, а точнее оккупации и поглощения одного государства другим. Чем закончилось история с деньгами, до сих пор неизвестно, но практически сразу после того, как этот судьбоносный план стал достоянием прессы, в сетях появились многочисленные комментарии румынских обывателей в духе «одни нищие решили помочь другим нищим». Что звучало особенно актуально на фоне выделенного Румынией кредита в размере 150 млн евро под полтора процента годовых, который Молдавия должна будет погасить по частям в течение ближайших пяти лет. Правда, изначально подобный «дар» от братского народа должен бы случиться еще в 2015 году, но сроки выдачи постоянно смещались из-за «политического кризиса» у соседа. Теперь, судя по всему, клиент если и не дозрел до понимания того, что обеим странам следует слиться в едином территориально-государственном экстазе, то, во всяком случае, обстановка для этого понимания сложилась наиболее оптимальная.
И его, клиента, к дозреванию старательно подталкивали. В частности, экс-президент Румынии по случаю заделавшийся лидером молдавской политической партии «Народное движение» Траян Бэсеску даже вознамерился представить на рассмотрение парламента законопроект о воссоединении государств-соседей. Но был вовремя лишен молдавского гражданства по инициативе тоже президента, на сей раз молдавского и ныне действующего — Игоря Додона.
Женили, не спросив согласия
Попытки создать «Великую Румынию» предпринимаются не в первый раз. В ноябре 1918-го Бессарабию (нынешнюю Молдавию), никогда не входившую в состав влашского государства Румыния, но исторически бывшую в свое время как территорией Руси (и даже носившую имя «Русовлахия» из-за смешанного влашского и русского населения, к которому в средние века относились примерно 40% обитателей этого края) так и, собственно, Российской империи, принудительно заставили принять подданство румынской короны. Игры с самостийностью и Молдавской демократической республикой, наспех провозглашенной после октябрьского переворота в Санкт-Петербурге, закончились принятием 25% молдавских депутатов Сфатул Цэрия (Краевого Совета), буквально под прицелом румынских солдат, решения о присоединении к Румынии. Чему, кстати, предшествовали месяцы ожесточенного сопротивления оккупантам, а также показательные казни местных патриотов МДР, не пожелавших ни себе, ни родной земле сомнительного счастья румынизации.
Пребывание Молдавии под властью Бухареста, как известно, продолжалось до июня 1940-го года. А после возвращения, как это ныне принято говорить, «в родную гавань», советская Молдавия даже прибавила территориально, поживившись за счет никогда не входившего в состав исторического Молдавского княжества Приднестровья, на территории которого по инициативе Котовского была образована Молдавская АССР. Буквально на пустом месте, дабы создать плацдарм для возвращения исторической Бессарабии в дружную социалистическую семью народов.
Понятное дело, что если в составе СССР молдаванам удалось сохраниться как нации и даже прирасти территориями, то если бы они остались в Румынии, через каких-нибудь лет тридцать-сорок само определение «молдаванин», скорее всего, уже выглядело бы таким же историческим анахронизмом, как современное «трансильванец» или «буковинец». Плюс разумные молдаване помнят, чем однажды, в конце восьмидесятых — на заре девяностых, закончилась для них прорумынская националистическая истерия: кровопролитной войной с русским по идентичности, от души дарованным Кишиневу красной Москвой промышленным Приднестровьем.
Демократия для одних и для других
Однако реальная власть в Молдавии принадлежит тем, кто хочет привести страну в тесные объятья Запада. Прежде всего, Демократической партии Молдавии, по сути, контролирующей парламент и правительство, и ее лидеру Владимиру Плахотнюку. Последний, например, за последние два года аж два раза ездил к уважаемым американским партнерам, и те, в свою очередь, не стали медлить с ответной реакцией.
Так, уже в начале этого месяца американские конгрессмены Дэвид Прайс и Пит Олсон, с которыми ранее общался Плахотнюк, презентовали в Палате представителей свою резолюцию об укреплении отношений с Молдавией, в которых призвали американское руководство усилить взаимодействие с Кишиневом в политическом, экономическом и энергетическом вопросах. И естественно поддержать «территориальную целостность» этой страны, хотя речь шла совсем не о румынских притязаниях, а о «выводе российских войск из Приднестровья».
Также американские конгрессмены одобрили успехи Кишинев в «борьбе с пропагандой» и «кампаниями по дезинформации». Если кто не понял, речь идет о вступившем в силу с 12 феврале в Молдавии запрете на трансляции российских информационных программ. Кстати, едва российской Госдуме стоило возмутиться по этому поводу, как молдавский парламент тотчас же осудил Россию за «вмешательство и пропагандистские атаки», а также «финансовую и политическую поддержку одной их левых партий Молдавии».
О «российской пропаганде», «оккупированном Приднестровье» с 14 по 16 февраля в США говорила и основной конкурент Плахотнюка на прозападном политическом поле Молдавии — лидер либералов Майя Санду. Правда на уровень выше заместителя помощника амерканского госсекретаря и отставной вершительницы судеб Восточной Европы Мадлен Олбрайт мадам не пустили, но привечали её вполне благосклонно.
Но почему же светоч свободы и демократии так сильно печется об информационном влиянии России на свою, по сути историческую территорию (много ли репортажей о Молдавии можно видеть на российских телеканалах?), но в упор не видит, например, этого:
«Проект воссоединения с Бессарбией является важнейшим пунктом в политике Румынии после присоединения к Евросоюзу и НАТО, — на голубом глазу заявил депутат румынского парламента Константин Кодряну. — Мы должны объявить воссоединение своим государственным проектом, используя немецкий опыт объединения ГДР и ФРГ, и опираться на Хельсинское соглашение по безопасности, которое подразумевает, что границы стран могут быть изменены в соответствии с международным правом, мирным путем и по договоренности».
Что это, как не прямая информационная атака на суверенитет соседнего государства? Но западные партнеры этого не замечают. Напротив, они охотно вмешиваются сами, долго время препятствуя проведению будущих парламентских выборов в Молдавии по смешанной — партийной и одномандатной системе. В то время как тот же лидер демократов Плахотнюк настаивал на исключительно одномандатной системе, в чем его поддержал ЕС, выразив озабоченность по поводу того, что при наличии партийных списков в парламент не пройдут «женщины и меньшинства». Хотя понятно другое — именно выборы по партийным спискам воочию покажут, насколько низким процентом доверия молдавского населения пользуются евроинтеграторы.
При этом ни американских конгрессменов, ни европейских комиссаров не волнует откровенное попрание политических прав и свобод евроинтеграторами на местах. Например, вопреки решению молдавского парламента, 2 июля эту смешанную систему утвердившего, активистами прозападных партий была быстренько создана инициативная группа по проведению референдума по ее отмене, возглавляемая людьми с нарочито правильными румынскими именами и фамилиями. Но еще более характерна ситуация в Бельцах, где избранный 80% голосов мэр Ренато Усатый должен был бежать в Москву, спасаясь от ареста и уголовного преследования, инициированного … за угрозы властям в ходе митингов. Беглец даже дистанционно организовал референдум о своей отставке, чтобы показать насколько горожане поддерживают его, но занявшие все уровни власти демократы сейчас прилагают немалые усилия для того, чтобы сорвать эту акцию, а ее организаторов настолько затерроризировали административным прессингом и прямыми угрозами, что они были вынуждены объявить голодовку.
Про лидера демократов — Владимира Плахотнюка, тоже можно много чего порассказать. Например то, что он долгое время имел румынский паспорт, в котором исказил свое имя на румынский манер и вписал туда фамилию матери, став Владом Улиничем. Равно как и то, что в России на него возбуждено уголовное дело за покушение на российского же банкира Германа Горбунцова — последнему удалось выжить. В апреле прошлого года еще один весьма демократический партнер молдавских властей, глава МВД Украины Арсен Аваков сообщил, что украинским и молдавским правоохранителям удалось совместно предотвратить покушение на Плахотнюка, организованное… ну конечно же, ФСБ РФ!
Многочисленных бесчинств своих «сукиных сынов» Запад не заметил, поскольку у него свои интересы в регионе. Например, минувший год начался для Молдавии с подписания между премьер-министром Павлом Филипом и руководителем американской Resources International LLC Стивом Никандросом соглашения, согласно которому США получили право на разведку, добычу и освоение углеводородных ресурсов на 40% территории страны.
Так что ставки в игре высоки как никогда. И румынский козырь может быть запросто введен в игру в том случае, если соперник окажется излишне упрямым.
Алексей Топоров