Россия на подъеме: разговор Путина и Трампа прошел не по американскому сценарию

7 июля, в первый день саммита «Большой двадцатки», действующие президенты России и США впервые встретились «лицом к лицу». Сначала Владимир Путин и Дональд Трамп пожали друг другу руки перед началом пленарного заседания в выставочном центре Hamburg Messe, потом поговорили «в узком кругу»: вместе с Сергеем Лавровым, Рексом Тиллерсоном и переводчиками.

Разговор получился долгий: почти два с половиной часа вместо изначально заявленных американской стороной «не более чем тридцати минут». Хотя и Путин, и Трамп — люди не только слова, но и дела. А раз лидерам двух сверхдержав не хватило запланированного на общение времени, значит — разговор между ними пошел «не по плану».

В данном случае — не по американскому плану (российская сторона никаких прогнозов относительно длительности предстоящей встречи не давала). Кстати, в график саммита G20 из-за этого пришлось внести определенные изменения, поскольку остальные 18 руководителей важнейших стран мира на «лишнее время» фактически «оказались вне игры».

«Агентура Кремля»

Разумеется, комментаторы уже отметили и «символизирующий добрые намерения» букет цветов дельфиниума в переговорном зале, и отсутствие в гардеробе Путина фиолетового галстука, который российский президент и председатель КНР Си Цзиньпин выбрали для своей встречи в Москве 4 июля (в США фиолетовый цвет считается цветом антитрамповской оппозиции), и «значимую» моторику двух лидеров, включая их жестикуляцию.

Но все это — не более чем «гарнир» к «основному блюду». Сама беседа прошла «при закрытых дверях», и ее содержание вряд ли будет полностью раскрыто в ближайшей перспективе, однако ясно одно: если бы королей полностью «играла свита» и все было согласовано заранее, Путину и Трампу наверняка хватило бы и одного-единственного рукопожатия с парой слов, подтверждающих достигнутые ранее договоренности.

Тем более что «большого Дональда» вообще отговаривали встречаться в Гамбурге с Путиным, и каждая дополнительная минута общения двух президентов может рассматриваться как дополнительное обвинение в адрес 45-го президента США. К тому же, его госсекретарь, как известно, является кавалером российского ордена Дружбы и, в глазах американских «неоконсерваторов», — почти патентованным «агентом Кремля».

Точно так же в вину Трампу могут поставить то, что он первым приветствовал Путина — как младший старшего, хотя и по возрасту, и по «весу» все должно было происходить «с точностью до наоборот». Но — теперь уже из песни слова не выкинешь….

Переговоры между Путиным и Трампом шли «по гамбургскому счету»: всерьез и без игры «на публику». Никаких публичных заявлений, никаких громких слов — люди работают. И намерены работать дальше. По крайней мере, ближайшие годы.

Это первый факт, из которого нужно исходить. Как заявил по этому поводу сам Трамп, обращаясь к Путину, «мы с вами обсуждали целый ряд вопросов и будем продолжать обсуждение».

Факт второй — не настолько очевидный, но уже бесспорный — заключается в том, что «однополярный мир» Pax Americana вместе с его «империей доллара» больше не существует де-факто.

Конец «однополярного мира»

Не будем долго рассуждать на вечную тему «дом, разделенный в основании своем, не устоит», приводя в качестве аргумента длящийся почти полгода внутриполитический раскол внутри Соединенных Штатов. Укажем хотя бы на то, что за сутки до Гамбурга 45-й президент США побывал в Варшаве, где принял участие в «саммите Трех морей» и выступил с первой публичной речью на территории континентальной Европы.

Дональд Трамп умеет и любит говорить с трибуны, это мастерство он больше тридцати лет оттачивал на различных шоу, лекциях и прочих общественных мероприятиях, включая президентскую кампанию 2016 года. Но его варшавская речь, формально исполненная антироссийской риторики, по сути своей была направлена против Евросоюза, в первую очередь — против Германии, которой «пришла пора платить по векселям».

Проект «Троеморья», получивший полное одобрение и обещание всяческой поддержки со стороны Трампа, де-факто, если не де-юре, должен привести к разделу Европы «по Одеру и Нейсе», где бывшая «сфера советского влияния» в составе Болгарии, Венгрии, Латвии, Литвы, Польши, Румынии, Словакии, Словении, Хорватии, Чехии, а также примкнувшей к ним Австрии окажется противовесом «старой Европе».

Подобный раскол Европы ничего хорошего ни Берлину, ни Парижу не сулит — по крайней мере, в обозримой перспективе. Да и Киеву, по большому счету, тоже. Кстати, тот же Тиллерсон прямиком из Гамбурга направится на Украину, и в его «райдере», как утверждают некоторые источники, значатся встречи с лидером «антипорошенковской» оппозиции Юлией Тимошенко (напомним, что в начале марта она ездила в США к своим республиканским «кураторам») и премьер-министром «незалежной» Владимиром Гройсманом.

Правда, пока неясно, в какой последовательности, а в этом случае от перестановки мест слагаемых результат может значительно измениться. Но «разделять и властвовать» в Европе без учета позиции России у США получится еще хуже, чем на Ближнем Востоке.

Поэтому Белый дом просто обречен договариваться с Кремлем. А это и есть конец «однополярного мира».

Движущая сила мира

Со своей стороны, накануне визави с Трампом Путин принял участие во встрече лидеров БРИКС, по итогам которой было принято коммюнике для прессы, где подчеркивается, что «страны БРИКС, а также другие государства с формирующимися рынками и развивающиеся страны остаются основной движущей силой глобального роста».

В коммюнике указывается также, что в нынешней общемировой ситуации крупным экономикам следует усилить координацию в области макроэкономической политики, чтобы для стран с формирующимися рынками не настали негативные последствия.

Иными словами, любые попытки преодолеть кризис за счет государств БРИКС признаны недопустимыми и будут пресекаться. Впрочем, отсутствие «координации в области макроэкономической политики» — тоже. Видимо, это та самая линия, которая была выработана Путиным и Си Цзиньпином 4 июля в Москве и к которой теперь присоединились также Бразилия, Индия и ЮАР.

Такая вот «основная движущая сила» — не только в современной мировой экономике, но и в современной мировой политике. «Действующим началом» которой является стратегический российско-китайский союз.

Весьма показательно, что следом за БРИКС в графике Путина значились встречи с премьер-министром Японии Синдзо Абэ и президентом Южной Кореи Мун Чжэ Ином — «дальневосточный» акцент вполне очевиден, а пресловутая ракетно-ядерная программа КНДР здесь далеко не единственный и даже не самый главный фактор взаимодействия…

Все это говорит о том, что Россия сегодня — на подъеме, а число желающих опереться на нее (и тем самым, возможно, замедлить этот подъем) стремительно, едва ли не в геометрической прогрессии, увеличивается.

Вопрос о «внутренней базе» такого подъема пока остается, по большому счету, открытым, но на ближайшие несколько лет угроза каких-то внезапных катастрофических провалов, судя по официальным и неофициальным данным, сведена к минимуму. Чего нельзя сказать о ком-либо еще из наших зарубежных «партнеров» — возможно, за исключением КНР.

Автор: Владимир Винников