Нужно ли в век террора жить в стеклянной клетке?
Итак, сейчас за каждым из нас следит машина. Нам доказывают, что без тотальной слежки за гражданами, без видеонаблюдения в метро, на улицах и в магазинах, без контроля содержания электронных писем невозможно одолеть террористов.
Идея эта не нова, правительство и спецслужбы как у нас, так и на Западе всегда интересовались личной жизнью граждан.
Так, при Николае II в Российской империи была создана самая дорогостоящая, многочисленная и эффективная система сыска во всем мире. Того же Толстого окружала дюжина секретных сотрудников полиции. Десятки осведомителей были внедрены в партии большевиков, меньшевиков и эсеров. Даже глава боевой организации эсеров Евно Азеф был агентом полиции.
Три полицейских офицера прослушивали все ведущиеся телефонные разговоры, кроме царской резиденции в Александровском дворце. Диктофоны были установлены даже в совещательных комнатах Государственной думы.
В результате столь эффективной работы полиции почти на 20 лет удалось продлить существование разваливающейся системы управления империи. И если в 1900 году вывести Россию на путь реформ можно было с помощью дворцового переворота, то к 1917 году потребовались две революции и кровопролитная гражданская война.
Между тем известно множество примеров оперативного подавления террора без тотальной слежки за гражданами. Так, к 1945 году в Польше было куда больше террористов-бандеровцев, чем в СССР. С другой стороны, польские вооруженные силы и органы безопасности были на порядок слабее по сравнению с советской армией и МВД. И тем не менее поляки, действуя грамотно и крайне жестко, за три года полностью уничтожили движение ОУН-УПА. А вот бериевские палачи возились с бандеровцами 10 лет и лишь загнали их в подполье.
Когда в СССР и Польше рухнули коммунистические режимы, на Западной Украине начались парады десятков тысяч холеных дедов — членов ОУН-УПА и дивизии "Галичина". В Польше же их не было. Немногочисленные уцелевшие бандеровские мышки тихо сидели за польским веником.
Сейчас Париж, Лондон, Брюссель и другие европейские города сотрясают теракты, хотя и там вводится тотальная слежка за гражданами. А вот на Корсике и особой слежки нет, и ни одного теракта исламистов. Дело в том, что, хотя сами террористы — это бездумные фанатики, но руководят ими превосходные аналитики. Они давно просчитали, что первый же теракт на острове вызовет массированный и жесткий ответ корсиканцев. Так что последние только посмеиваются над толерантными парижанами.
Предположим, что наши органы не умеют бороться с террористами без тотальной слежки. Как же минимизировать ее вред? Тут достаточно обратиться к опыту Гохрана. Там налажен строжайший учет и контроль за каждым граммом золота и каждым камешком, а расхитителей ждут огромные тюремные сроки.
За любое разглашение сведений из личной жизни граждан, не относящиеся к терроризму и шпионажу, любой сотрудник ФСБ и МВД должен получать срок не менее 10 лет, причем без учета пола, состояния здоровья и наличия детей. Речь идет о предоставлении информации ревнивому супругу, службе безопасности предприятия, банку, где человек хочет взять кредит, руководству одной партии о деятельности конкурирующей организации. Да и вообще любое частное лицо, обладающее конфиденциальной информацией, полученной в результате слежки за гражданами, должно или дать убедительное объяснение, откуда получена информация, или отправиться на длительный срок за решетку.
Введение жестких законов против лиц, пытающихся сделать бизнес на борьбе с терроризмом, защитит конституционные права граждан и оздоровит обстановку не только в нашей стране, но и во всем мире.