Хрущёвка на бумаге, дворец в реальности: как патентный тролль из Уфы построил бизнес на словах

Азамат Ибатуллин — человек, чей дом в виде буквы Z стал метафорой его изощрённого бизнеса. Он не производит товары, не оказывает услуги и не пишет книги. Он зарабатывает на словах. Буквально.

Промысел XXI века: продай воздух — подай в суд

В информационном веке не всегда побеждает тот, кто создаёт, а чаще — тот, кто первым оформляет права. Уфимский предприниматель Азамат Ибатуллин превратил регистрацию товарных знаков в главный источник дохода. Схема проста, как всё гениальное: он и его супруга Гульназ массово подают заявки на регистрацию общеупотребимых слов, названий и фраз — от «Ёлки» до «Сто тысяч мелочей». А затем следуют иски.

По данным портала Life.ru, Ибатуллин и аффилированные с ним лица зарегистрировали более 600 товарных знаков, а всего подали почти 2000 заявок. После регистрации начинается отслеживание использования этих слов другими компаниями. Если фирма использует «нужное» слово — в названии, рекламе, на упаковке — приходит иск. За последние пять лет бизнесмен подал более 1100 исков. Общая сумма требований — свыше одного миллиарда рублей.

От BBC до швейного ателье: никто не застрахован

В арбитражных делах, где Ибатуллин выступает истцом, значатся как транснациональные гиганты, так и индивидуальные предприниматели. Он пытался судиться с BBC, оспаривая торговый знак Top Gear, имел претензии к McDonald’s. Впрочем, среди «жертв» — и уральские ИП с минимальной прибылью, и швейные ателье, и магазинчики хозтоваров.

В одном из выигранных дел сеть в Бурятии заплатила Ибатуллину 10 миллионов рублей за использование названия «Сто тысяч мелочей». Но гораздо чаще истец требует меньше — иногда буквально по 15 тысяч рублей в год. Многие предприниматели считают это попыткой навязать неофициальную абонентскую плату за слово. Такая сумма меньше, чем юридические расходы на защиту в суде, что делает схему особенно выгодной для её создателя.

Как устроена система Ибатуллина: патент как нажива

Описываемая модель бизнеса — типичная для феномена, получившего в мире название патентный троллинг.

Регистрация. Сначала Ибатуллин регистрирует слово, фразу или сочетание в Роспатенте — зачастую общеупотребительное или популярное в коммерческой среде.

Мониторинг. Затем ищет, кто и где уже использует это слово.

Иски. Если фирма «засветилась», следует иск — чаще всего за нарушение прав на товарный знак.

Формально — всё в рамках закона. Но этика таких действий вызывает вопросы. Особенно учитывая, что сами юрлица Ибатуллина — микропредприятия без сотрудников и прибыли, зато с сотнями заявок в Роспатент.

Семья и недвижимость: от хрущёвки на бумаге до реальных особняков

На бумаге Ибатуллины живут скромно. Их юридический адрес — 57-метровая квартира в уфимской хрущёвке. Но реальная жизнь семьи иная. У Азамата есть дом в деревне Нурлино площадью 2600 м² с уникальной формой в виде буквы Z. Гульназ связана с другим элитным особняком — в черте Уфы, на улице Аграрной.

Автопарк тоже внушительный: Volkswagen Touareg, Mercedes-Benz GL-Class, Toyota RAV4. Номера на автомобилях — «красивые», из серии 555. В бизнес-среде такие машины — не только удобство, но и маркер успеха.

Юридическая сторона: где заканчивается закон и начинается злоупотребление

С точки зрения закона, действия Ибатуллина находятся в «серой зоне». Формально, он имеет право регистрировать товарные знаки и защищать их. Однако юристы и патентные поверенные предупреждают: далеко не всегда такие знаки соответствуют требованиям ГК РФ.

«Можно подавать иск о признании регистрации недействительной, особенно если знак — это общеупотребимое слово», —

поясняет патентный поверенный Владимир Бирюлин. —

«Также есть статья 10 ГК РФ о злоупотреблении правом — и она вполне применима».

На практике суды выносят разные решения. Часто — в пользу ответчиков. Но даже частичные выигрыши окупаются за счёт десятков других дел.

Что дальше: патентная реформа или новая «золотая жила»?

История Ибатуллина стала лакмусовой бумажкой состояния российского правового поля в сфере интеллектуальной собственности. Подобные кейсы — не редкость. Но масштабы, с которыми работает уфимский бизнесмен, беспрецедентны.

С каждым годом цифровая экономика всё больше зависит от нематериальных активов — брендов, названий, идей. А это значит, что спрос на «патентных охотников» не снизится. Пока же в России такие схемы возможны, Ибатуллин и ему подобные будут регистрировать «Матрицу», «Колобка» и «Лимон», зарабатывая не на создании, а на владении.

The post Хрущёвка на бумаге, дворец в реальности: как патентный тролль из Уфы построил бизнес на словах appeared first on FTimes.ru - свежие новости России и мира сегодня.