Психиатр рассказала, почему психически нездоровые тюменцы боятся лечиться

В Тюмени многие продолжают страдать в одиночку, потому что боятся последствий обращения за психиатрической помощью. Стереотипы о «психушке» и учете до сих пор сильнее желания выздороветь. Почему так происходит рассказала врач-психиатр Полина Сотникова. Почему люди боятся идти к психиатру — Вы часто ли люди отказываются обращаться за психиатрической помощью, даже если понимают, что нуждаются в ней? — Очень часто. Даже при тяжёлых симптомах люди тянут до последнего. Часто ко мне приходят уже в тяжёлом состоянии и при этом первым делом спрашивают: «А меня не поставят на учёт?». Люди боятся не самой болезни, а последствий обращения. До сих пор жива иллюзия, что психиатр — это приговор, а не помощь. — Что именно пугает людей? — Прежде всего — страх того, что на них поставят клеймо. Что после визита к психиатру жизнь разделится на «до» и «после». Что человек станет «учётным», потеряет доступ к работе, правам, кредиту. Это архаичный страх, который держится на мифах и стереотипах. Мы как врачи можем помочь, но пока человек воспринимает нас как угрозу, медицина бессильна. — С какими последствиями может столкнуться человек, если игнорирует проблему? — Последствия могут быть очень серьёзными. Без лечения симптомы усугубляются, нарушается адаптация, человек теряет работу, становится изолированным. Родственники часто приходят в панике: дома — истерики, бессонница, агрессия. А начиналось всё с тревожности, бессонницы или выгорания. Страх обращения становится опаснее самой болезни. Частные врачи и государственная система: кому доверять — Многие стараются избегать государственной психиатрии. Почему? — Потому что считают, что в частной клинике можно остаться «незаметным». Что там якобы не поставят на учёт, не ограничат в правах. Но не всегда это безопасно. Частные врачи, особенно в небольших кабинетах, не всегда имеют нужные ресурсы для диагностики, длительного наблюдения, работы с командой специалистов. А потому я не могу сказать, что частный врач лучше государственного или наоборот. П идее и по закону, если человек представляет угрозу для себя или окружающих, его любой врач должен направить в стационар. — Получается, даже с тяжёлыми диагнозами люди идут в частные кабинеты? — Да. С пограничными состояниями, выраженными нарушениями мышления, с потерей критики к своему состоянию. Пациенты всё чаще идут не в систему, а в частный кабинет, не всегда к хорошему специалисту. И если в государственном учреждении или в хорошей клинике их бы сразу направили на обследование, то в частной практике человек может годами лечиться по принципу «по описанию симптомов». Это может быть не лечение, это откладывание настоящей помощи. Но я я считаю, что десятки и сотни людей вовсе ни к кому не обращаются, что представляет опасность. — А как в реальности устроена помощь в государственной системе? Всех ставят на учёт? — Нет. Это распространённый миф. Большинство людей получают консультативную помощь, без ограничений и без какого-либо «учёта». Так называемое диспансерное наблюдение назначается только в тяжёлых случаях, при диагнозах с дезадаптацией или угрозой. Но тревожные расстройства, депрессии, бессонница, это все не повод для постановки на диспансерное наблюдение. Как рассказали «Нашему городу» в департаменте здравоохранения, наиболее частые причины обращений в государственный клиники: расстройства приспособительных реакций (например, эмоциональные срывы после стресса), состояния с преобладанием невротического уровня (тревожность, фобии, постоянное внутреннее напряжение), психические расстройства, связанные с вегетативными нарушениями (панические атаки, скачки давления на фоне тревоги) и психосоматические расстройства (боли, колебания давления, желудочные спазмы, связанные с эмоциональным состоянием). «Юридического понятия „учёт“ у врача-психиатра не существует», — поясняют в департаменте здравоохранения. Как изменить ситуацию и перестать бояться — Что, по-вашему, может изменить отношение общества к психиатрии? — В первую очередь — просвещение. Мы должны говорить о психическом здоровье открыто. Психиатр — это не палач и не контролёр. Это специалист, который помогает. Если бы каждый понимал, что обращаться за психиатрической помощью нормально, то многие заболевания можно было бы остановить в самом начале. — Сейчас такое ощущение, что в обществе до сих пор стыдно даже произнести слово «психиатр». — Именно. Многие боятся, что коллеги узнают, что родственники осудят. Пациенты скрываются, избегают, ходят годами с симптомами. Кто-то просто пьёт успокоительное, кто-то обращается к случайным специалистам, кто-то вообще замыкается. Мы живём рядом с такими людьми. Это может быть коллега, сосед или водитель маршрутки, который не спал третьи сутки и слышит голоса. — Можно ли сказать, что в Тюмени сегодня психиатрическая помощь доступна? — Да, она доступна. Есть специалисты, есть амбулатории, при необходимости — стационар. Важно просто сделать первый шаг. Если не бояться, не стыдиться и не ждать, когда станет слишком поздно, то шанс на восстановление есть почти у каждого. Главное не оставаться в одиночестве со своей бедой. Ранее «Наш город» сообщал о том, что тюменцы жалуются на проблемы с записью и обслуживанием в поликлиниках.