Ключевая позиция эпохи: почему левоногие вингеры стали самыми ценными в футболе
За последние 15 лет в Европе сформировался особый тип игрока, ставший едва ли не самым популярным — и порой самым дорогим — трендом: левша, играющий на правом фланге атаки.
Ламин Ямаль, Мохамед Салах, Букайо Сака и Майкл Олисе — ярчайшие представители этого явления. Дорогу им проложили такие мастера, как Арьен Роббен, Гарет Бейл, Анхель Ди Мария, Рияд Марез и, конечно же, Лионель Месси.
Исследования показывают, что лишь около 20% футболистов являются левшами. Возможно, поэтому футболисты, играющие в стиле Месси или Роббена, появлялись раньше не чаще одного раза в два-три года. Но сегодня это случается гораздо чаще. Во многом благодаря тренерам академий, которые подстроились под тактические изменения и начали целенаправленно воспитывать «инвертированных вингеров» — тех, кто врывается в центр и бьет по воротам, а не просто обостряет с края подачами.
Сезон-2025/26 обещает стать ареной, где на первый план выйдет целая плеяда таких игроков. Во главе списка — 18-летний Ямаль. За ним тянется молодое поколение: Франко Мастантуоно («Реал»), Эстеван («Челси») и даже 15-летний Макс Дауман («Арсенал»), который в конце августа дебютировал в АПЛ.
Как мы к этому пришли?
Традиционные вингеры и игра через навесы долгие годы были основой английского футбола и сильно влияли на Европу. Схема 4-4-2 с двумя форвардами и двумя крайними, которые навешивали с сильной ноги, считалась классикой.
Великолепные команды «Манчестер Юнайтед» сэра Алекса Фергюсона 1990-х и 2000-х — лучшее тому подтверждение: на левом фланге играл левоногий Райан Гиггз, на правом — правоногий Дэвид Бекхэм. Задача была проста — подать мяч в штрафную на центрального нападающего.
В других странах встречались вариации. В Италии, например, предпочитали использовать латералей в системе 5-3-2, но суть оставалась той же. Навесы были ключом к атаке. Те, кто пытался смещаться в центр, рисковали лишить команду ширины и перегрузить середину, оставив зону для контратак соперника.
Сегодня футбол выглядит совсем иначе. Если искать момент перелома, то им можно назвать 2009–2012 годы, когда «Барселона» и сборная Испании перевернули игру благодаря короткому пасу, контролю мяча и «тики-таке».
Позднейший анализ данных доказал правильность этого сдвига: навесы крайне редко приводят к голам. Исследования The Athletic показывают, что лишь 1,3% подач завершаются взятием ворот напрямую (примерно один гол на 76 навесов). Даже если учитывать голы, забитые в течение шести секунд после навеса, показатель поднимается лишь до 2%.
В итоге современные команды отказались от массовых навесов, а вместо второго нападающего стали использовать третьего хавбека — классическая 4-4-2 превратилась в 4-3-3 или 4-2-3-1. Это изменило роль вингеров: футболисты вроде Месси, Роналду, Роббена и Бейла стали забивать тоннами. В итоге все захотели копировать их.
Рожерио Феррейра, тренер с 15-летним стажем, воспитавший Эстевана («Челси»), Эндрика («Реал») и многих других игроков в академии «Палмейраса», объяснил, почему произошел этот перелом: «Всё дело в том, чтобы быть ключевым игроком на поле. Раньше это был десятый номер (плеймейкер за спиной форварда), потом — девятый номер (центральный нападающий), а теперь это вингер».
Феррейра вспоминает «Баварию» времен Роббена и Рибери как первую топ-команду, где два инвертированных вингера произвели на него сильное впечатление и повлияли на его тренерские подходы.
« Роббен был первым. В начале карьеры он играл слева. Но затем всё изменилось. Если подумать логически: правоногий на правом фланге в семи случаях из десяти пойдет к бровке и навесит. А левоногий, играя справа, может сместиться в центр и сразу видеть ворота. Это компенсировало падение результативности классической девятки», — отмечает Феррейра.
Широкий эффект
Тренд на «инвертированных» вингеров кардинально изменил футбол и вызвал цепочку тактических последствий по всему полю.
Самое очевидное изменение коснулось фулбеков, чья роль резко расширилась. Если раньше от них не ждали большого вклада в атаку, то теперь именно они должны были покрывать всю бровку, обеспечивать ширину (потому что вингер смещался в центр), становиться главными «поставщиками» навесов в команде, при этом сохраняя все свои оборонительные функции.
Эта перестройка позволила вингерам действовать ближе к центру и воротам, где они могли чаще решать исход эпизодов. В свою очередь, это отразилось и на роли центральных нападающих.
По словам Феррейры, сокращение числа «классических девяток» было связано с тем, что на них легли новые творческие функции: «Мы потеряли типичного форварда, который хотел много бороться». Яркие примеры — Роберто Фирмино в «Ливерпуле» или Карим Бензема в «Реале», которые не только забивали сами, но и постоянно создавали моменты для своих вингеров.
Когда нападающие стали выполнять обязанности плеймейкеров, вингеры чаще оказывались в штрафной, а крайние защитники поднимались высоко, это заставило центральных хавбеков действовать осторожнее, чтобы не дать сопернику убежать в контратаку. Лучший пример — Джорджиньо Вейналдум: из бокс-ту-бокс полузащитника с голевым чутьем он превратился в игрока, чья основная задача заключалась в отборе мяча на чужой половине и быстром сохранении владения.
По сути, многие изменения и расширение ролей, которые мы сегодня видим на поле, так или иначе стали следствием перехода вингеров на противоположный фланг.
Почему левоногие вингеры стоят дороже?
Исследования показывают: только 20% футболистов — левши. Отсюда естественный дефицит игроков уровня Месси или Салаха. Для сравнения: 80% — правши, которые теоретически могут стать «инвертированными» вингерами на левом краю. Но если учесть весь набор необходимых качеств — скорость, дриблинг, физику, хладнокровие в завершении атак, — то шансы найти настоящую звезду становятся еще меньше.
Неудивительно, что в прошлом игроки элитного уровня вроде Месси, Роббена или Бейла появлялись всего раз в два-три года.
Сегодня же клубы прекрасно понимают ценность футболистов этого профиля и в некоторых случаях буквально «создают» их.
Феррейра вспоминает: «Когда я работал в "Баие" (бразильский клуб, вошедший в City Football Group в 2022-м), скауты говорили нам: Если есть быстрый игрок с приличными данными, хорош в ситуациях один в один — ставьте его на фланг. Это самый ценный тип игрока в мире. Мы можем вырастить много защитников, много центральных хавбеков. Но такого футболиста ищет каждый клуб. И в Бразилии, и за ее пределами».
Новое поколение
Лучшее доказательство тренда мы видим прямо сейчас: на правом фланге появляется целая волна невероятно талантливых левшей. Но что делает их такими особенными? Об этом рассказывает скаут ESPN Тор-Кристиан Карлсен.
Ламин Ямаль («Барселона»)
В 18 лет Ямаль уже всерьез считается одним из претендентов на звание лучшего футболиста мира в этом году. Его стремительный переход на топ-уровень произошел быстрее, чем у кого-либо. Да, даже быстрее, чем у Месси или Криштиану Роналду.
Карлсен: «Его волшебная левая нога — это ключ ко всему: инструмент, который позволяет разрезать оборону изящными передачами, и оружие, способное мгновенно наказывать соперника за малейший просчет. Когда он смещается с фланга в центр, защитники оказываются перед дилеммой: отступить и рискнуть дать пробить или вступить в отбор и нарваться на мгновенную комбинацию или скрытый пас за спины.
Но дело не только в технике. У Ямаля есть всё: чувство тайминга, движение, скорость исполнения и футбольный интеллект. У него редкий инстинкт открываться именно в ту зону, где нужно получить мяч, а первый приём и разворот корпуса дают ему драгоценное время, чтобы диктовать развитие атаки. Это уникальный набор качеств».
Франко Мастантуоно («Реал» Мадрид)
Этим летом «Реал» не оставил ничего на волю случая, выкупив у «Ривер Плейт» Мастантуоно за 45 млн евро сразу после того, как игроку исполнилось 18 лет и он получил право на переезд в Европу. «Королевский клуб» уже десятилетие доминирует на южноамериканском рынке, чтобы никто (особенно «Барселона») не перехватывал у них молодых звезд после того, как в 2013 году они проиграли битву за Неймара.
Мастантуоно уже дебютировал за первую команду «Реала», выйдя на поле в матче против «Овьедо» (3:0), и произвел впечатление на Хаби Алонсо, который отметил его энергию и, конечно же, «великолепную левую ногу».
Карлсен: «Если Ямаль взрывной и прямолинейный, сочетает креативность с умением завершать атаки, то Мастантуоно больше тяготеет к контролю, скорее дирижер, чем финализатор. Он предпочитает задавать ритм атаке, а уже потом наносить решающий удар. Его отличает высокий интеллект: он прекрасно читает пространство, нередко опускается глубже, чтобы помочь в организации игры и розыгрыше мяча, а затем смещается вперед, добавляя решающую остроту».
Эстеван («Челси»)
«Челси» заметил Эстевана в «Палмейрасе» настолько рано, что заплатил за него 34 млн евро еще в 2024 году, хотя игроку пришлось ждать целый год до переезда — до достижения 18 лет. За это время он успел сыграть пять матчей за сборную Бразилии, чем только подогрел интерес к своей персоне.
Главный тренер «Челси» Энцо Мареска предупреждал, что Эстевану потребуется время, чтобы адаптироваться в Англии. Но вингер уже дебютировал в АПЛ и отдал результативную передачу в матче с «Вест Хэмом».
Карлсен: « Эстеван, которому всего 18, уже обладает аурой игрока, способного менять ход игры. Его естественные, "уличные" навыки словно выросли не из учебников по тактике, а из дворового футбола. Его главный козырь — взрывная игра с мячом: он смещается с правого фланга в центр, ускоряясь с пугающей скоростью, резко меняя направления и сохраняя отличный контроль над мячом. Как и у Ямаля с Мастантуоно, его левая нога очень высокого технического уровня, что делает его опасным и при ударах по воротам, и при подачах на дальнюю штангу. Иногда он слишком долго держит мяч или теряет связь с командной структурой, но при должной шлифовке его потенциал просто огромен».
Что их ждет в будущем?
Ямаль, Эстеван и Мастантуоно — все родились в 2007 году. В эпоху «инвертированных» вингеров еще никогда не появлялись сразу три таланта такого уровня в один календарный год. Для сравнения: Роббен, Месси, Ди Мария, Бейл и Салах родились в разные годы — почти с десятилетним интервалом.
К тому же, новые звезды заявляют о себе всё раньше. Вспомним 15-летнего вундеркинда «Арсенала» Макса Даумана, который в своем дебютном матче в АПЛ сместился в штрафную и заработал пенальти, или Итана Нванери, также дебютировавшего за «канониров» в 15 лет и обладающего тем же умением смещаться в центр.
И что еще важнее — теперь игроки начинают карьеру именно на этой позиции.
Даже такие футболисты, как Сака и Бейл, начинали в основе слева в обороне, а уже потом переместились на правый фланг атаки. Роббен начинал слева, Ди Мария играл в «Бенфике» в роли меццалы (левого центрального хавбека) и временами — десятки.
Сегодня же таланты вроде Ямаля, Эстевана и Мастантуоно с самого начала играют на своей идеальной позиции, потому что их ценность настолько высока, что использовать их где-либо еще просто немыслимо.
А еще, как отмечает Феррейра, за последние 15 лет целое поколение вингеров, смещавшихся с противоположного фланга и становившихся решающими игроками, создало для детей ролевую модель для подражания.
«Месси, Салах, Бейл — это колоссальное влияние, — говорит он. — Дети смотрят на этих игроков, и после большого матча сразу бегут во двор или на площадку, чтобы копировать всё, что они делают».
Сегодня, когда юные футболисты отчаянно хотят играть именно в этой роли, а клубы — растить игроков этого типа, можно с уверенностью сказать: эпоха инвертированных вингеров останется с нами надолго.