Вдохновение Куприна. В Петербурге показали тот самый гранатовый браслет

«Гранатовый браслет» - эта повесть А.И. Куприна о возвышенной и неразделённой любви волнует тысячи людей до сих пор. Однако мало кто знает, что существует настоящий гранатовый браслет, давший писателю повод для создания этой трогательной и драматической истории.

Это кажется невероятным, но сегодня удивительную и загадочную реликвию может увидеть каждый желающий. Достаточно приехать в Петербург и посетить выставку «История одного экспоната», которая в эти дни и до конца августа открыта в Пушкинском доме (наб. Макарова, 4). Раритет извлекли из так называемой «Золотой кладовой» Института русской литературы впервые за многие годы. И хотя он был создан ещё в XIX веке, до сих пор хранит немало тайн.

Не тот, что в повести

«Да, это тот самый браслет, - подтвердила Татьяна Бакулина, научный сотрудник Института русской литературы. - Он принадлежал первой жене писателя Марии Карловне Куприной-Иорданской. Вместе они прожили четыре года и расстались, но украшение она сохранила».

Далее события развивались так. Прочитав потрясающую повесть о любви, Мария Карловна поняла, что это не просто ювелирное изделие, но и частица истории русской литературы и дала себе слово его сберечь. Поэтому перед кончиной она отдала памятную вещь близкому другу Куприна журналисту Василию Раппопорту. А уже дочь Раппопорта Кира Васильевна завещала украшение Пушкинскому дому, куда его и передали после войны.

Необъяснимые чувства возникают, когда смотришь на этот браслет, который не раз касались руки самого Куприна, его жены и близких им людей. На протяжении нескольких поколений, несмотря ни на какие потрясения, революцию и войны, они сберегли его до наших дней. Некоторые камни отсутствуют, но в таком виде его передали Пушкинскому дому, так он и хранится.

Какой же он на самом деле, этот браслет? Во-первых, непохожий на тот, который влюблённый телеграфист подарил княгине Шеиной.

Вот как описывает браслет Куприн. «Он был золотой, низкопробный, очень толстый, но дутый и с наружной стороны весь сплошь покрытый небольшими старинными, плохо отшлифованными гранатами. Но зато посредине браслета возвышались, окружая какой-то странный маленький зеленый камешек, пять прекрасных гранатов-кабошонов, каждый величиной с горошину. Когда Вера случайным движением удачно повернула браслет перед огнем электрической лампочки, то в них, глубоко под их гладкой яйцевидной поверхностью, вдруг загорелись прелестные густо-красные живые огни».

Подарок или наследство?

На самом деле настоящий браслет – серебряный, защёлкивается на запястье. Скорее всего, его носили не на голой руке, как принято сейчас, а на перчатке или поверх рукава, подхватывая ткань.. Правда, когда случилась небольшая поломка, украшение отдали ювелиру и позолотили, чем вызвали гнев Куприна, который хотел, чтобы его подарок оставался в первозданном виде. Кстати, подарок ли это знаменитого писателя – тоже большой вопрос.

«Дело в том, что по одной из версий, браслет достался Марии Карловне по наследству от матери,- рассказывает Татьяна Бакулина.- По другой, его подарил супруге сам писатель. Причём, будучи знатоком камней, лично заказывал в Богемии. По крайней мере, в воспоминаниях Иорданской есть оба сюжета, а проверить их точно сегодня невозможно. Принято придерживаться варианта, что это подарок Куприна в знак любви и верности».

Нет на настоящем браслете и «пяти прекрасных гранатов-кабошонов, каждый величиной с горошину». Вероятно, это фантазия писателя, который хотел придать повести особый сакральный смысл. К тому же, в момент создания произведения (1910 г.) они с Марией Карловной уже разошлись и он описывал украшение по памяти. В действительности, на розетке камни несколько крупнее, но в целом все примерно одинаковой величины. Отсутствуют и «зелёные камешки».

«Зелёных гранатов в природе не существует, - продолжает Татьяна Бакулина.- На Урале, правда, добывают зелёные камни, которые носят название псевдогранаты, но к настоящим они имеют мало отношения».

А вот «густо-красные живые огни» в браслете есть. При удачном свете они так же вспыхивают, как и несколько веков назад, словно освещая непростой путь участников этой драматической истории, в основе которой – реальные события.

Потешались над любовью

«Сегодня мы знаем, что эту историю Куприн услышал в семье Любимовых - родственников своей жены,- говорит Татьяна Бакулина.- Они жили в Петербурге и в Людмилу Ивановну Любимову действительно, на протяжении нескольких лет, был безнадёжно влюблён бедный телеграфист. Его настоящая фамилия – Жёлтый. Куприн запомнил как Жёлтиков, а в рассказе он Желтков».

В семье Любимовых, как и в рассказе, над этой страстью потешались. Завели и альбом, где в красках описывали приключение. Любовь человека, стоящего гораздо ниже по социальной лестнице, оценивали как неуместное навязчивое приставание. Особое возмущение в семействе вызвал подарок бедного юноши. На пасху он прислал любимой браслет – золотой, с маленьким красным пасхальным яичком на котором была поздравительная надпись. Это показалось верхом неприличия и возмущённые родственники Людмилы Ивановны отправились к телеграфисту для серьёзного разговора. О чём шла речь неизвестно, но после беседы Жёлтый забрал подарок, а вскоре уехал из Петербурга в провинцию и там женился. Обошлось без трагического финала, ведь в повести Куприна Желтков заканчивает жизнь самоубийством... Все эти перипетии описал в эмиграции Дмитрий Любимов, сын Людмилы Ивановны Любимовой.

Куприн же, услышав необычную историю, связал её со своей семьёй, и силой таланта сделал канвой повести о «любви бескорыстной, самоотверженной, не ждущей награды. Той, о которой сказано – «сильна, как смерть».