Триумф экономического безволия
Как и следовало ожидать, «фабрика экономической мысли» под названием «Петербургский международный экономический форум 2016» уже в день открытия пережила кризис перепроизводства монетаристских идей.
Глава Минфина Антон Силуанов, в очередной раз, призвал власти отказаться от части прямых бюджетных обязательств. «Сейчас сложный период, когда мы должны от чего-то отказываться. И в компаниях, и в государстве отказываться от прямых обязательств — это очень сложный путь, но делать это необходимо», — сказал он, выступая на ПМЭФ.
От чего придётся отказываться топ-менеджерам компаний (в том числе с госучастием), г-н Силуанов не стал уточнять. Зато в довольно мрачных красках нарисовал перед многомиллионной армией бюджетополучателей пути консолидации казённых доходов. Если верить, руководителю Минфина, выбирать приходится из двух зол. Либо урезать расходную часть, либо повышать налоги. Впрочем, последний вариант он тут же отверг как контрпродуктивный: – повышение налогов, в отличие от монетарного «кровопускания», считает министр, может негативно сказаться на дальнейшем росте экономики.
Главная тактическая задача на ближайшие три года, как полагает Антон Силуанов, — свести дисбаланс бюджета к минимуму. Это одно из двух чудодейственных средств (наряду с пресловутой борьбой с инфляцией) которое, по почти консенсусному мнению представителей экономического блока кабмина, способно «вывести нашу экономику на более высокие темпы роста и развиваться вперед, догоняя и обгоняя другие страны».
Следует отметить, что позицию Антона Силуанова поддержал его предшественник на высоком посту, председатель Центра стратегических разработок Алексей Кудрин. По словам которого, дефицит бюджета РФ за три года нужно снизить на 3%, чтобы достичь дефицита 1-1,5% от ВВП. Если же не сокращать расходы, дефицит бюджета РФ в 2017 году составит 4,5%, утверждает экс-глава Минфина.
Заведующий кафедрой экономической теории МГУ им. М.В. Ломоносова Андрей Колганов охарактеризовал заявление главы Минфина как ложную дилемму.
– Это чисто фискальный подход к решению экономических проблем, которым славится наш монетарный блок. Разумеется, если у государства недостаточно доходов, то перед ним возникает выбор – либо искать пути повышения доходной части бюджета, либо сокращать госрасходы.
На самом деле путь бюджетной экономии точно так же приведёт к сокращению экономического роста, к сжатию внутреннего рынка и уменьшению стимулов для восстановления экономики.
В такой ситуации инвестиционный бум будет столь же невозможен, как и в случае с повышением налогов. Получается, что и тот, и другой варианты неверны. Это два разных способа отказаться от решения проблемы, которая заключается в том, чтобы найти способы стимулировать экономическое развитие. В том числе с использованием госсредств.
«СП»: – Не преувеличена ли опасность бюджетного дефицита?
– В разумных пределах это совершенно нормальное явление. 2-3% ВВП это вполне допустимое значение. Зато стимулирование экономики позволит увеличить доходы казны. Иным способом проблему не решить. Это для частной фирмы путь жёсткой экономии может стать способом выживания. Вот мы поужались в расходах, пересидели кризис и дождались подъёма ценовой конъюнктуры на рынке. А теперь можем расширить производство и вернуть свои доходы.
Для государства такая логика экономического выживания не подходит. Устанавливая режим жёсткой экономии, оно лишает себя возможности перейти к экономическому росту.
«СП»: – Глава Банка России озвучила на форуме в Петербурге тезис о том, что резкое наращивание госдолга (даже в случае сокращения бюджетного дефицита) чревато попаданием в «долговую ловушку».
– Я полагаю, что самая главная проблема заключается в том, что наше государство не работает над созданием таких экономических инструментов, которые позволяли бы направлять дополнительные средства на развитие экономики. Наше государство не проявляет достаточно решительности и ума для того, чтобы проводить политику, позволяющую использовать дополнительные финансовые ресурсы (а они есть) на цели развития, а не для затыкания бюджетных дыр. Или реализации престижных проектов, которые не дают большой экономической отдачи вроде сочинской Олимпиады.
Например, крупнейшие кубанские компании, строившие дороги в Сочи перед проведением Олимпиады, обанкротились. Или другой пример, турецкие строители внесли заметный вклад (читай, хорошо заработали) в подготовку Игр. А часть инертных стройматериалов, прежде всего – песок и гравий, завозились в Имеретинскую долину из соседней Абхазии.
Наверное, туристическая привлекательность региона после этого повысилась. Но, с точки зрения баланса расходов и приобретений в экономике страны, я не думаю, что это был лучший вариант траты денег.
«СП»: – Какие меры способны не только оживить экономику, но и повысить её конкурентоспособность?
– Ситуация складывается патовая – бюджет напоминает «дырявое ведро». Речь идёт о валютном оттоке и коррупционной составляющей. Да и, вообще, об эффективности расходования средств. Свежая новость – в ходе возведения космодрома «Восточный», если верить данным правоохранительных органов, опять не обошлось без пресловутого «нецелевого расходования».
«СП»: – Почему государство с, казалось бы, выстроенной вертикалью власти оказывается неэффективным в плане финансовой и бюджетной дисциплины?
– Жёсткость вертикали власти и её эффективность это разные вещи. Первая обеспечивает иерархическую соподчинённость чиновников сверху вниз. Но вот будут ли они при этом работать рационально и в национальных интересах, это другой вопрос.
«СП»: – Глава МЭР Алексей Улюкаев вновь выступает в роли «кассандры» экономического блока. По его очередному (уже трудно сказать какому по счёту) прогнозу, экономика РФ с третьего квартала восстановит рост после падения около 1% ВВП в начале текущего года.
– Я не верю в то, что всё «рассосётся» само по себе. Не хочу сказать, что кабмин, вообще, ничего не делает. Но каких-то решительных шагов, которые бы переломили инерцию сложившейся экономической политики, я пока не вижу. Так или иначе, прогноз Улюкаева находится на уровне статистической погрешности.
По мнению заведующего кафедрой политической экономии РЭУ им. Г.В. Плеханова Руслана Дзарасова, российские министры-монетаристы пытаются переложить бремя экономического кризиса на рядовых обывателей.
– Я помню, как на сочинском форуме в октябре Антон Силуанов заявил, что в России через бюджет перераспределяется 40% национального дохода, а в таких странах как Малайзия и Таиланд только 20%. Дескать, видите, насколько они нас опережают.
«СП»: – Уже неплохо, что с Мозамбиком не сравнил или с крошечным Сан-Марино…
– В советское время Хрущёв ставил цель «догнать и перегнать Америку», теперь амбиции стали скромнее.
«СП»: – Глава «Сбербанка» Герман Греф предсказал России отрицательный экономический рост в этом году. Руководитель ЦСР Алексей Кудрин полагает, что мы можем выйти в рост даже в условиях санкций. С ним согласен и глава Минэкономразвития, который обещает +1% ВВП уже в текущем году. С чем связан такой разнобой в оценках? Это же профессиональные экономисты, а не древнеримские авгуры, гадавшие по полёту вещих птиц…
– В одном российском фильме имитируется коллегия правительства, участники которой вырабатывают экономическую политику. Причём заседание происходит в форме спиритического сеанса, в ходе которого министры вызывают «дух капитализма», чтобы узнать, каким будет курс доллара.
Курс американской валюты для нашего правительства это, практически, мистическая материя. Улюкаев надеется, что сейчас, когда цена барреля нефти колеблется вокруг $50, в России произойдёт стабилизация курса рубля. А вслед за этим в соответствии с неолиберальными догмами частный бизнес бросится делать инвестиции.
Короче, увеличим прибыли корпораций за счёт снижения зарплаты. Дескать, тогда пойдут частные вложения, и экономика заработает.
Cборы взносов на обязательное медицинское страхование в этом году выросли на 12% по сравнению с предыдущим годом. Это как – зарплаты падают, а взносы растут? Может быть, достигнут прорыв в фискальном администрировании?
«СП»: – Очередная либеральная мантра с ПМЭФ – в ближайшие два года ЦБ РФ не будет серьёзно снижать ключевую ставку из-за большого дефицита бюджета.
– Я категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Уменьшать бюджетный дефицит можно только за счёт урезания социальных и госрасходов. Тогда якобы не нужно будет печатать дополнительные деньги, которые разгоняют инфляцию. Буквально 15 июня в РЭУ им. Г.В. Плеханова читал лекцию бывший премьер-министр Украины Николай Азаров.
Когда он в 2010 г. возглавил правительство, украинская экономика была недостаточно монетизирована. Так Азаров увеличил денежную массу вдвое за один год. При этом инфляция на протяжении всех трёх лет, которые он находился у власти, не превышала 4,5%.
Когда же майданные власти стали руководствоваться рецептами МВФ, сокращать госрасходы, сжимать денежную массу, гривна обрушилась в несколько раз.
«СП»: – Каким образом это стало возможно?
– Новый премьер Яценюк раньше был председателем Нацбанка Украины. Став премьером, он в течение нескольких дней произвёл эмиссию объёмом в 50 млрд. гривен, которые достались трём крупнейшим украинским банкам (в том числе, «ПриватБанку» Коломойского). По сведениям Азарова, эти структуры тут же вышли на валютный рынок и скупили $2,5 млрд. Естественно, другие крупные игроки поступили также. В результате курс гривны обвалился.
«СП»: – Проще говоря, следует отличать инвестиционную эмиссию от потребительской или спекулятивной?
– Эмиссия в условиях подавленного совокупного спроса работает на увеличение доходов населения. Что, в свою очередь, даёт рост производства в условиях кризиса. В России в 2014-2015 гг. при спаде ВВП резко увеличилась доля прибыли в ВВП. В абсолютном выражении масса прибыли не возросла. Это означает, что большую часть скукожившегося национального «пирога» доходов стали присваивать представители крупного бизнеса, а на зарплату пошла меньшая часть. В 2015 г. реальная заработная плата упала на 9,5%, спровоцировав сужение внутреннего спроса.
А инвестиции, вопреки тому, о чём говорят министры, не выросли, а уменьшились. Потому что дополнительная прибыль была выведена за рубеж. По оценкам ЦБ, чистый отток частного капитала за последние два года превысил $200 млрд.
«СП»: – По мнению главы МЭР, вывоз капитала из РФ в 2016 г. может составить куда более «скромные» $25 млрд.
– Понятно, что в условиях продолжающейся рецессии такого гигантского оттока не будет. Но и $25 млрд. на фоне падающей экономики это тоже огромная величина. Этих денег с лихвой хватило бы на то, чтобы даже без отмены санкций преодолеть кризис. И не просто сохранить зарплаты, пенсии, но и увеличить их.