ФСБ получила в распоряжение семь СИЗО ФСИН. В большинстве из них сменили начальников

ФСБ получила в управление семь следственных изоляторов, ранее входивших в систему ФСИН. Это следует из данных ЕГРЮЛ, на которые обратил внимание The Insider. Передача изоляторов не сопровождалась публичными заявлениями со стороны ФСИН или ФСБ и ранее не освещалась в СМИ. Одновременно как минимум в четырех из них — в «Лефортово», а также в СИЗО в Краснодаре, Ростове-на-Дону и Северной Осетии — сменились начальники.

Передача произошла после вступления в силу закона, разрешившего ФСБ иметь собственные следственные изоляторы — он начал действовать 1 января 2026 года.

Из данных ЕГРЮЛ следует, что в марте 2026 года в учредительные документы семи СИЗО были внесены изменения: учредителем вместо ФСИН стала Российская Федерация в лице ФСБ. При этом сами учреждения были переименованы и теперь значатся как СИЗО ФСБ или территориальных управлений ФСБ.

Изменения происходили в два этапа. СИЗО «Лефортово» было перерегистрировано 2 марта 2026 года, тогда как остальные изоляторы — 23 марта.

В распоряжение ФСБ перешли:

• СИЗО-2 ФСИН России, Москва («Лефортово»)
• СИЗО-3 ФСИН России, Санкт-Петербург
• СИЗО-4 ФСИН России, Ростов-на-Дону
• СИЗО-5 ФСИН России, Краснодар
• СИЗО-6 ФСИН России, Владикавказ
• СИЗО-7 ФСИН России, Челябинск
• СИЗО-8 ФСИН России, Симферополь

Все эти изоляторы являлись СИЗО центрального подчинения, то есть напрямую подчинялись ФСИН России, а не региональным управлениям. После их передачи в системе ФСИН осталось только одно учреждение такого уровня — СИЗО-1 ФСИН России на улице Матросская Тишина в Москве, расположенное рядом с одноименным СИЗО московского подчинения.

После передачи СИЗО в ФСБ в большинстве из них сменилось руководство

Одновременно с передачей изоляторов в ведение ФСБ в ряде из них сменилось руководство.

Так, на посту начальника СИЗО «Лефортово» Дмитрия Ёлкина сменил Александр Павлов. О новом начальнике практически ничего не известно. Однако, согласно данным утечек, еще в 2022 году Александр Павлов оформлял доставку еды на адрес «Лефортово», что может указывать на его связь с этим изолятором или расположенным там Следственным управлением ФСБ.

Бывшее СИЗО-5 в Краснодаре с 23 марта 2026 года возглавил Евгений Грудинин. По имеющимся данным, Грудинин ранее служил в органах безопасности: в 2007 году он работал оперуполномоченным в отделе УФСБ по Краснодарскому краю в Крымске. В более поздних утечках его имя фигурирует с пометками, указывающими на возможную службу в подразделениях собственной безопасности ФСБ.

В бывшем СИЗО-4 в Ростове-на-Дону начальник сменился незадолго до перерегистрации. Согласно данным ЕГРЮЛ, 4 марта 2026 года учреждение возглавил Михаил Мухоньков. По имеющимся данным, ранее он был связан со структурой ФСБ: в 2020 году он значился прикрепленным к воинской части 02035, расположенной в Ростове-на-Дону и входящей в состав УФСБ по Ростовской области.

В бывшем СИЗО-6 во Владикавказе руководство также сменилось одновременно с передачей учреждения под контроль ФСБ. С 23 марта 2026 года изолятор возглавил Багир Карсанов. В утечках персональных данных его имя неоднократно фигурирует с указанием на связь с ФСБ, в том числе с УФСБ по Республике Северная Осетия — Алания, в частности по Пригородному району.

Информация о руководстве СИЗО ФСБ в Симферополе (бывшее СИЗО-8 ФСИН России) скрыта: доступ к этим сведениям в ЕГРЮЛ ограничен. Такая возможность предусмотрена законом и применяется по заявлению самого юридического лица — при этом по остальным изоляторам аналогичные данные остаются открытыми. Ранее в реестре в качестве начальника учреждения указывался Рауф Идрисов.

В то же время в бывших СИЗО-3 ФСИН России в Санкт-Петербурге и СИЗО-7 ФСИН России в Челябинске руководители после передачи учреждений в ведение ФСБ не менялись.

ФСБ вернули право на собственные СИЗО

Закон, разрешающий ФСБ иметь собственные следственные изоляторы, вступил в силу 1 января 2026 года. Он предусматривает передачу в ведение спецслужбы СИЗО центрального подчинения ФСИН, а также закрепляет за ФСБ полномочия по содержанию и конвоированию обвиняемых.

Фактически это возвращение к практике, существовавшей до 2005 года, когда следственные изоляторы находились в структуре ФСБ. Тогда их передали в систему ФСИН в том числе в рамках обязательств России перед Советом Европы.

При этом де-факто отдельные СИЗО и ранее контролировались ФСБ. В частности, СИЗО «Лефортово», где традиционно содержались обвиняемые по делам о госизмене, шпионаже, терроризме, а также высокопоставленные чиновники. В разное время там находились, например, бывший министр Алексей Улюкаев, бывший губернатор Хабаровского края Сергей Фургал, журналист Иван Сафронов, а также ряд других фигурантов резонансных дел.

Адвокат и основатель правозащитного проекта «Первый отдел» Иван Павлов в разговоре с The Insider называл инициативу передачи СИЗО «производственной необходимостью для чекистов». По его словам, число дел, находящихся в ведении ФСБ, резко выросло, и спецслужбе стало не хватать существующей инфраструктуры.

Адвокат правозащитного проекта «Первый отдел» Евгений Смирнов в комментарии The Insider отметил, что передача СИЗО в ведение ФСБ уже отражается на условиях работы адвокатов и содержания заключенных:

«Пока сложно оценить насколько в этих СИЗО станет сложнее работать адвокатам и находиться заключенным, но нет сомнений, что станет хуже. Уже сейчас защитники отмечают еще более строгие проверки на входе и во время свиданий, но еще идет переходный период, который продлится несколько месяцев.

Важно отметить, что эти СИЗО и ранее де-факто были под контролем ФСБ, в них были свои правила и требования, а сотрудники зачастую принимались на работу напрямую из ФСБ. Самый известный случай — начальник СИЗО “Лефортово” Михаил Свинолуп, который долгие годы работал следователем ФСБ, был замначальника первого отдела следственнного управления ФСБ, а затем перешел на работу в СИЗО».

В то же время адвокаты предупреждают, что передача СИЗО в ведение ФСБ может осложнить доступ защитников к подзащитным и снизить уровень внешнего контроля за условиями содержания. В частности, если функции следствия и содержания обвиняемых окажутся сосредоточены в одном ведомстве, жалобы на условия содержания фактически будет рассматривать тот же орган, который ведет расследование.