Извращённый феминизм. Мария Захарова рассказала об особенностях дипработы
Разговор с Марией Захаровой редакция aif.ru планировала накануне 8 Марта, однако сложная мировая обстановка внесла свои коррективы. Тем не менее тему беседы «АиФ» менять не стал, так как женская дипломатия актуальна в любой день. Официальный представитель МИД России рассказала о роли женщин в современной дипломатии, что ей даётся труднее всего в дипломатической работе и кто сегодня позорит профессию дипломата.
Мужское и женское
Дмитрий Балашов, aif.ru: Мария Владимировна, Россия стала первой страной в мире, в которой женщина получила пост чрезвычайного и полномочного посла — Александра Коллонтай. А насколько широко сегодня в нашей дипломатии представлены женщины?
Мария Захарова: Я считаю, что счёт нужно вести не от её фигуры. Безусловно, А. М. Коллонтай — ярчайший пример, в какой-то степени флагман, но, мне кажется, надо всё-таки учитывать, что в дипломатии нашей страны женщины были всегда. Можно вспомнить и княгиню Ольгу, императрицы брали на себя колоссальную, даже не роль и не функцию, а ответственность за принятие внешнеполитических решений. О вкладе в международные отношения Екатерины II знают во всей Европе точно. По этой причине не стоит сужать рамки и сводить их только к формальной привязке к должностям в дипломатическом ведомстве. Это понятие более широкое, предполагающее связи, контакты. Есть общественная дипломатия, есть публичная дипломатия, есть дипломатия в сфере культуры, экономики и в целом гуманитарных связей. Поэтому женщины у нас на этой ниве отметились мощным вкладом. Как можно, например, не сказать о той роли, которую сыграла именно в международных отношениях и в мировой дипломатии Валентина Терешкова? С одной стороны, космонавт, а с другой — первая женщина, которая продемонстрировала всем женщинам мира, что не то что на планете у них нет ограничений, но и в космосе.
— А можем ли мы говорить о существовании какой-то особой женской дипломатии, или это миф?
— Женщина-дипломат — это женщина-профессионал в первую очередь. Здесь можно привести в пример Валентину Матвиенко, создавшую Евразийский женский форум. Сейчас она возглавляет одну из ветвей российской власти, но при этом ещё и развивает не только парламентаризм, но и вот эту женскую дипломатию, причём не только внутри какого-то ведомства отдельной страны, а именно в широком плане, вдыхая новые силы в этот самый женский форум, который с успехом проходит регулярно в Санкт-Петербурге и собирает женщин всей планеты. На нём представлены не только женщины из внешнеполитических служб различных стран, это женщины всех, так сказать, направлений.
В наших посольствах профессионализм женщин-дипломатов дополнен таким особым женским взглядом, женскими возможностями, потому что женщина в особой степени знает, что такое проблемы гуманитарного плана: материнство, женский вклад в построение семьи, что такое проблемы детства. Это не только часть профессии, но ещё и особый личный взгляд на эти темы.
— Если говорить о Вашей дипломатической работе, что Вам даётся труднее всего как женщине?
— Нехватка времени на всё, что хочется реализовать. Есть особенности работы, связанные с тем, что надо в большей степени, чем мужчинам, уделять время и внимание внешнему виду. У мужчин, мне кажется, попроще: костюм, рубашка, галстук. Женщине требуется учитывать и традиции, особенности различных стран, в которых они бывают по службе. Везде есть свои нюансы.
Когда я пришла на дипломатическую работу, были какие-то стереотипы, вышедшие из того, что не было традиций работы женщин в Министерстве иностранных дел в советский период. Это всё-таки исключения, хотя были женщины и постпреды, и в международных организациях работали, но это всё-таки действительно исключения. С этим были связаны стереотипные взгляды. Такой, знаете, лёгкий элемент саркастического недоверия. Но ведь это всё можно развеять работой, и те, кто скептически смотрели, потом сами же говорили: мы ошиблись, и женщина тоже может и должна, исходя из своих профессиональных навыков, абсолютно наравне с мужчинами претендовать на должности и на работу в разных точках мира.
Я помню мой диалог как молодого дипломата на тот момент со старшими товарищами. Мне было сказано: вот, например, возникнет ситуация, связанная с тем, что нужно ехать в больницу навещать соотечественника, который получил какое-нибудь тяжёлое увечье. Я говорю: простите, но, когда женщины работают в больницах у нас в стране медсёстрами, хирургами, у вас же не возникает таких сомнений? Вы, наоборот, считаете, что, возможно, у женщины что-то даже может получиться в этом смысле лучше, учитывая её некую изначальную предрасположенность к милосердию. Здесь также нужно исходить из индивидуальных особенностей, а не просто говорить о том, что нет, это не женское дело, и так далее. Надо к этому вопросу в большей степени подходить с точки зрения здравого смысла, в том числе и взаимной поддержки, и распределения функциональных обязанностей в коллективе, учитывающих возможности и особенности каждого.
Особенности западного подхода
— Герой Леонида Куравлёва в «Мимино» говорил о позорящих республику людях. А есть в современной дипломатии женщины, которые позорят профессию?
— Достижения и провалы в первую очередь связаны не с полом, а с профессионализмом. Есть у человека сердце, есть у него душа, он их будет проявлять вне зависимости от своей половой принадлежности. Кто-то более усидчивый, кто-то более внимательный, у кого-то более аналитический склад ума, у кого-то изумительная память, у кого-то, наоборот, больше развита ментальная хватка.
На Западе женская дипломатия формировалась как антагонистическая по отношению к мужчинам, когда людей оценивали не по профессионализму, а по половому признаку. Вместо здорового отстаивания своих прав, когда они нарушаются, всё это превращается в извращённый феминизм. Проводятся конференции, на которых уничижительно говорят о мужчинах, а не о том, какой вклад женщины могут внести дополнительно в эту работу.
Апологеты вот такого подхода, вроде Анналены Бербок, допускают чудовищные ляпы. Это говорит об отсутствии знаний, политической культуры, дипломатических навыков и, вообще, в принципе, понимания дипломатии. Если говорить, например, об Урсуле фон дер Ляйен, хотя она не классический дипломат, но так или иначе занимается международной повесткой, то в этом случае в большей степени речь идёт о каком-то невероятном жестокосердии, когда росчерком пера или какими-то тремя словами людям, гражданам своих же стран Европейского союза, буквально отказывают в нормальной жизни, в защите прав и свобод человека. Лиз Трасс, побившая рекорд по краткосрочности пребывания на министерском посту в Британии, даже не знала, в каких границах находится Россия, поставив под вопрос суверенитет России над Брянской и Воронежской областями в ходе переговоров с главой МИД России Сергеем Лавровым.
Можно вспомнить Хиллари Клинтон. Вроде бы политический деятель мощного калибра, ей не откажешь в уме, в организаторских способностях, в активности, но, посмотрите, во что всё это вылилось, с каким знаком минус. Она вписала своё имя в историю, помимо всего прочего, в особенности такой «вишенкой на торте», правда, уже просроченной, как «гендерное» безумие, которым Хилари Клинтон, будучи на посту госсекретаря США, окутала американскую дипломатию. Четыре-пять разных туалетов для «многогендерных» людей, не считающих себя ни мужчинами, ни женщинами, бесконечные парады, которые должны были американские дипломаты и посольства проводить за рубежом, чтобы эту повестку пропагандировать.
Вот примеры неудачных дипломатов, каждый из которых имеет свою какую-то особенность.