Колокольников с роботом и блоха с картошкой. Каким получился фильм «Левша»
Сказок в российском прокате много, и в недавней «новогодней битве релизов 2026» первые три места поделили «Чебурашка 2», «Буратино» и обитатели «Простоквашино». Но сказки бывают разные — одни строго следуют канону или переосмысливают его, как было в случае с лидерами каникулярной «битвы», и как, видимо, будет со «Сказкой о царе Салтане», которая выйдет в прокат в феврале. А есть сказки, которые пытаются формировать вселенные, альтернативные существующей реальности, — как это сделали создатели фильма «Левша».
Российская империя, вторая половина XIX века, время правления императора, в котором не без труда узнается Александр III (Артур Иванов). Россия и Англия столкнулись в Средней Азии, в Афганистане, и дело идет к большой войне, которую ещё можно предотвратить — если агенты российской разведки сумеют доставить в Петербург планы британской армии. Но агенты один за другим гибнут в схватке с невероятно ловким убийцей, да и вообще — у императора и его окружения создается впечатление, что враг знает о каждом слове, произнесенном на секретных совещаниях. Но однажды в руки русских случайно попадает мелкая механическая блоха — и храбрый офицер-разведчик Пётр Огарёв (Федор Федотов) получает задание отправиться в Тулу, где живет мастер Сурин по прозвищу Левша (Юрий Колокольников).
Левша действительно смог разобраться, что блоха была подслушивающим устройством. Огарев уговорил его отправиться в Петербург, чтобы разработать меры защиты от этих мелких шпионов, но, оказавшись в столице, они оказываются в самом центре противостояния двух держав, в котором друзья легко могут стать врагами, а враги — искусны и коварны до такой степени, что у двух приятелей иногда опускаются руки.
Свою повесть-сказ «Левша» писатель Николай Лесков сочинил в 1881 году, но действие там происходило много раньше — история с английской блохой начинается сразу после Наполеоновских войн, а самого Левшу повелел сыскать царь Николай Первый. Собственно, и предупреждение Левши о том, что «англичане ружья кирпичом не чистят» относилось к будущей на тот момент Крымской войне. Та война была прологом к долгой и опасной Большой игре — так называлось многолетнее противостояние России и Англии в Азии, в том числе и в районе Афганистана. В основном, правда, боевые действия вели разведки двух стран, но случались и настоящие войны; герой произведений Артура Конан Дойля, доктор Джон Ватсон был ранее в одном из англо-афганских столкновений. Что касается возможной войны между Россией и Англией, то ближе всего к такому способу разрешения конфликта стороны подошли в 1885 году — Россия победила в бою при Кушке конницу афганского эмира, а затем страны договорились считать эту точку северной границей Афганистана. К тем же временам стоит отнести появление фразы «англичанка гадит», которая буквально стала лейтмотивом фильма Владимира Беседина.
В новом «Левше» от лесковской повести осталось, пожалуй, только прозвище одного из героев — у него нет правой руки, он носит протез, на котором можно менять насадки. Ещё, конечно, присутствуют и блохи — правда, это не разовая диковинка, которая служит доказательством мастерства английских ремесленников, а поставленные на поток устройства, которые могут выполнять самые разные функции. Некоторые из них, правда, и блохами назвать сложно, но персонажи пользуются именно этой терминологией.
В целом же фильм можно считать очень вольным продолжением повести Лескова — если допустить, что главный герой сказа не умер, умоляя государя не чистить ружья кирпичом, а просто удалился в изгнание, чтобы растить детей и изобретать различные приспособления, облегчающие жизнь. Но в смысле мастерства Левша-Колокольников, пожалуй, превосходит оригинального персонажа — он изобрел робота-собутыльника, быстро вникает в устройство различных технических приспособлений, слышал про науку и даже способен выполнить заковыристые расчеты. Может, ему не хватает такта и манер, что иногда вызывает недовольство князя Огарева, но тот и сам способен явиться на прием к императору в пыльных ботинках.
Но это не сиквел повести. Действие «Левши» происходит вовсе не в том Петербурге второй половины XIX века, который знаком, например, по произведениям Достоевского, хотя он и напоминает реальный город на Неве — но лишь в отдельных деталях. Мир нового «Левши» — это та самая альтернативная вселенная, в которой император открывает новую электростанцию на десяток лет раньше, чем это случилось в реальной истории. Кроме того, никто не удивляется нашествию механических блох, мотоциклу с электрическим двигателем и даже автомобилю, в котором Левша очень хотел бы «покопаться».
В общем, не стоит ждать от «Левши» Беседина исторической точности — разве что в некоторых деталях, которые, возможно, и являются важной частью сюжета, но, по большому счету, ни на что не влияют. Этим «Левша» очень похож на фильмы из серии «Майор Гром», где действие тоже происходит в совсем другом Петербурге; кстати, именно Беседин снял самую первую короткометражку про этого героя, положив начало кинофраншизе, основанной на одноименных комиксах. И, кстати, здесь тоже есть место гастрономическим пристрастиям персонажей — если Игорь Громов злоупотреблял шавермой, потребляя её в огромных количествах, то Левша оказался изобретателем картодолек, жареного во фритюре картофеля, который при некоторой предприимчивости князя Огарева может стать основным блюдом в фастфуде этого альтернативного мира.